Не хватало нам внесезонной вспышки простуды...

Конечно Канон уже переболела.

Но сейчас я стучал по клавишам и был готов закричать.

Сразу четверо ушли на больничный...

А в бухгалтерии работы было больше чем обычно.

Если одного или двоих не хватает, справиться можно, но четверо — это уже слишком.

— Чёртов Исобе, угощаешь меня, когда поправишься... — жаловался я коллеге, которого здесь не было.

Обычно ведь сил хоть отбавляй.

Хрупким его вообще никак не назовёшь, так как его угораздило?..

Помимо меня все остальные работали, выглядя как самые настоящие зомби.

— Комамура-сан. Можете разобрать чеки отдела продаж, пожалуйста.

Пока я был поглощён работой, мне на стол положили чеки. Голос принадлежал Сатихаре-сан, но со спины я этого подтвердить не мог.

Я проверил чеки, но понял, что кое-какие товары не значились.

Эй. Торгаши чёртовы. Я тут занят, так ещё и за вами проверять надо.

Я посмотрел на часы, на монитор компьютера и на состояние отдела.

... Вряд ли я сегодня вернусь вовремя...

***

В этот день у Химари был выходной.

На обед были онигири собственного приготовления.

Канон научила, как сделать ориниги, не запачкав руки, с использованием пищевой плёнки и миски, потому девушка с нетерпением ждала, когда попробует сама.

Даже неуклюжая Химари могла придать им эстетичную форму.

Всё необходимое Канон приготовила ей с утра.

Сегодня из ингредиентов были икра трески и майонез.

— Спасибо за еду, — доев, она свела руки.

После чего девушка случайно бросила взгляд на полку для обуви и увидела на ней кошелёк.

— А...

Чёрный и длинный кошелёк точно принадлежал Кадзуки.

Сейчас как раз обед, и мужчина наверняка озадачен пропажей...

Только она так подумала.

«Би-ри-ри-ри-ри», — зазвонил телефон.

Это наверняка Кадзуки.

Он наверняка заметил, что бумажника нет, и позвонил домой, чтобы проверить.

Химари сразу же так подумала и ответила.

— Да...

Однако как только она ответила, не представившись, трубку положили.

Положив трубку, Химари сама наконец успокоилась...

Она поняла, что ответила без разрешения, и тут же побледнела.

В спешке она проверила историю звонков.

Там было сказано «неизвестный номер».

Кто же это?

Точно не Кадзуки или Канон.

Этот кто-то сразу повесил трубку, потому что понял, что ошибся номером?

В таком случае никаких проблем, но Химари было неспокойно от того, что номер был неизвестен.

В следующий раз она точно не ответит... Так решила девушка, но больше никто не позвонил.

***

Как и в прошлый раз, Юри ждала у офиса Кадзуки с вещами для Канон.

Но в этот раз он не выходил.

— Кадзуки-кун задерживается...

Рабочий день закончился уже давно, но было не похоже, что мужчина сейчас выйдет из лифта.

Может сегодня слишком загружен?

Юри пожалела, что не обменялась с ним контактами.

У неё была возможность сделать это полгода назад, когда они встретились, но она так и не предложила.

С тех пор она так и не смогла сблизиться с ним.

В начальной школе они жили в одном районе, а их матери дружили, потому они и играли довольно часто вместе.

В школе они почти не общались, чтобы никто их не дразнил, но дома они помогали друг другу по тем предметам, по которым хорошо разбирались, и успешно сдавали экзамены в средней школе.

В старшей школе они вместе ходили на занятия, обсуждая всякие тривиальные темы.

В университете они разошлись, а как устроились на работу, вообще перестали видеться.

И вот компания Юри обанкротилась, и она устроилась на подработку, пока искала новую работу.

Работу рядом с офисом Кадзуки она выбрала не случайно.

Женщина искала возможность снова сблизиться с ним.

Потому обрадовалась, когда узнала, что он часто заходит в это кафе.

У Юри получилось восстановить их узы, и она была невероятно рада этому.

Когда работала в компании, её звали на групповые свидания, там постоянно кто-то пытался узнать её контакты, и коллеги не раз признавались ей в чувствах.

Но Юри всегда продолжала отказывать.

В её сердце место было для одного лишь Кадзуки.

Пусть в нём не было ничего особенного и внешне он был совершенно заурядным.

Интересные беседы он вести не умел. И всё же Юри нравилось с ним разговаривать.

И прежде всего она знала.

Знала парня, который старается осуществить свою мечту.

Но признаться ему ей смелости не хватало.

И вот они всё ещё друзья детства...

Но Юри ещё не сдалась.

Даже теперь, когда стала взрослой.

— Если Кадзуки узнает, что я веду себя как одержимая, наверняка возненавидит... — усмехнулась она над собой и посмотрела на здание, где находился мужчина.

Вечернее небо освещал свет из многих окон.

Возможно сегодня даже другие отделы заняты.

— Тогда я пойду вперёд...

Она знала дорогу до дома Кадзуки.

Задерживаться женщина не собиралась, просто отдаст вещи Канон и всё.

Было грустно, что увидеться не получилось, но будут ещё возможности.

Решив так, Юри пошла на станцию.

***

З-закончил...

Выключив компьютер, я завалился на стол.

Я разобрался с этим безумным объёмом работы.

И переработал не так уж и много.

Так и хотелось себя похвалить за это.

Я был готов растаять прямо на столе, но напавший голод напомним, что надо идти домой.

Сегодня я забыл бумажник, потому толком не поел в обед...

Только у коллеги одолжил денег на самый дешёвый удон в столовой.

Я не из тех, кто много денег занимает.

Ладно, надо возвращаться.

Проездной в кармане, так что вернусь я и без денег.

Только пива дома не осталось.

Ну и ладно. Придётся сегодня отказаться...

Подавленный, я покинул офис.

***

— Я дома.

— Канон-тян, с возвращением.

Химари встретила вернувшуюся из школы Канон.

В руках у девушки были пакеты из магазина. Похоже зашла за покупками по пути.

— Что ж. Приготовлю сегодня мапо-тофу. Химари, тебе же не сильно остро сделать?

— Именно так. И ещё, Канон-тян. Могу я сегодня тебе помочь?

— Да, без проблем. Но что твоя картина?

— Иногда просто хочется переключиться на что-то другое.

— Ну ладно. Я пока руки помою, подожди немного.

Канон пошла в ванную, а Химари достала из пакета тофу и мясо.

И тут в дверь позвонили.

Из ванной выбежала Канон и переглянулась со встревоженной подругой.

— Химари. В комнату братика Кадзу.

— Хорошо.

Стараясь не шуметь, но всё же достаточно быстро девушка ретировалась в комнату Кадзуки.

А Канон нажала на кнопку ответа.

— Да.

«Служба доставки», — сообщил мужской голос.

— А, да, хорошо.

Кадзуки что-то заказал?

Так подумала девушка и пошла в коридор.

Она открыла дверь: за ней стоял мужчина в кепке. С виду от тридцати до сорока.

Но в руках у него ничего не было.

И на нём не было формы доставщика, обычная синяя рубашка и джинсы.

— ?..

Заподозрив неладное, Канон нахмурилась, и тут.

Мужчина вломился внутрь.

— А?..

Всё случилось слишком неожиданно, и Канон не смогла отреагировать.

Нет. Мужчина был слишком сильным и с лёгкостью ворвался.

— Что?!

— Не двигайся, — его резкий взгляд пронзил Канон.

Его нескрываемой ярости было более чем достаточно, чтобы напугать непривычную к мужчинам девушку.

Канон застыла, а он прямо в обуви прошёл в квартиру.

— Сёко! Где ты?!

— ... М!

У неё подпрыгнуло сердце, когда девушка услышала имя.

«Почему он произнёс имя мамы?..»

Канон ни разу его не видела.

Девушка не понимала, как связана её мать и этот мужчина.

Она лишь знала, что у него какое-то дело к её матери.

— Сёко!

Выкрикивая имя, он открыл двери в ванную и туалет.

И тут понявшая, что что-то не так Химари вышла на кухню.

«Химари! Не выходи!»

Канон хотела закричать.

Но голос не выходил.

Когда увидела мужчину, Химари тоже застыла.

Их взгляды встретились.

В голове Канон уже представляла худший из возможных исходов.

Прошу.

Пусть Химари не пострадает.

Умоляю...

Вряд ли кто-то мог услышать желание Канон, но мужчина просто прошёл мимо Химари.

Он распахнул шкаф в гостиной.

— Сёко! Если ты здесь, выходи! — продолжая звать мать Канон, мужчина обыскивал квартиру.

Он проверил за занавесками и зашёл в комнату Кадзуки.

Напуганные жутким мужчиной и странным зрелищем, девушки не двигались...

И вот первой пришла в себя Химари.

Пока мужчина был в спальне, она подбежала к Канон.

И обняла бледную и дрожащую девушку.

— Ты в порядке? — тихо спросила она, и подруга кивнула.

Чувствуя тепло, девушка испытала облегчение и была готова заплакать.

Перестав её обнимать, Химари поднесла указательный палец к губам, прося не шуметь.

Канон не успела спросить, в чём дело, как Химари взяла на кухне сковороду.

И вместе с ней забралась на стол.

Вот стали слышны шаги мужчины, он выходил из комнаты Кадзуки.

Дрожащими руками Химари сжимала сковороду, наблюдая за гостиной из кухни.

— Эй вы! Вы дочери Сёко? Где она?..

— Йа-а-а-а-а-а!

Когда мужчина вошёл на кухню, Химари спрыгнула со стола и ударила его по голове сковородой.

— Гха?!

Великолепный удар пришёлся по темечку.

А колено девушки зарядило ему в грудь.

Приземлившись, она стала бить скривившегося от боли мужчину по голове и спине.

— Заставил! Канон-тян! Испугаться! Не прощу!

Со слезами на глазах Химари продолжала бить тупой стороной сковороды мужчину.

— Ещё и! Вломился без разрешения! Гад!

— Больно! Прекрати! Э-эй! Хватит! Кому сказал! Я...

— Ч-что случилось?! Ты в порядке, Канон-тян?!

Из коридора послышался новый голос.

Все повернулись туда и увидели Юри-сан, стоявшую с бумажным пакетом.

Через дверь она услышала шум и вошла.

Подумала, что с Канон что-то случилось, и стала переживать, но происходящее было далеко за пределами того, что она сейчас могла понять.

Канон стояла совершенно бледная.

А незнакомая девушка избивала незнакомого мужчину сковородой.

— А?.. Что, кто?.. Это... А, что? Кто это?.. — Юри просто застыла.

Время будто остановилось, и никто не шевелился.

Мужчина успел воспользоваться этим и уполз от Химари.

— Вы же дочери Сёко! У-успокойтесь уже! Я ничего такого...

Тут дверь открылась.

И все посмотрели в одном направлении.

На этот раз вернулся хозяин... Кадзуки.

— ...

Как и Юри он застыл.

Но дальше стал действовать стремительно.

Он направился прямо к постороннему... К мужчине.

Кадзуки зашёл со спины и провёл захват Нельсона.

***

Кто мог подумать, что придя домой застанет такой бардак?

Юри в коридоре, Химари и не думает прятаться...

Но что важнее, тут был незнакомый мужчина, и я сам удивился тому, как спокойно начал действовать.

Даже спокойнее, чем на соревнованиях по дзюдо.

Если бы Канон не сказала, что он её мать ищет, я бы его так и вырубил.

Похоже ему серьёзно досталось от меня и Химари, так что он сидел на полу кухни и даже не думал подняться.

Надо ещё много всего прояснить, но для начала...

— Полицию вызвали? — спросил я, а Канон и Химари замотали головами.

— Эй...

Я собирался их отругать, но не стал.

Когда тут такая паника, это сложно сделать...

Хотелось, чтобы они позвонили... Но так я и сам попаду в неприятности.

Я уже так привык к обществу Химари, что успел позабыть об этом...

— Братик Кадзу. Похоже он мамин знакомый... — неуверенно заговорила Канон.

Конечно её это больше всего волновало.

В таком случае надо выяснить, кто он такой.

— Это... Так что ты такой?

— ... Муракумо. Встречаюсь с Сёко.

Так я и предполагал, и похоже не ошибся...

Я взглянул на Канон, она похоже предполагала то же самое и не удивилась.

— И зачем влез в квартиру?

Муракумо лишь обронил «простите».

— Нет, извинения пока придержи, лучше объясни причину.

— Я искал Сёко.

Это я уже из слов Канон и Химари понял.

Сейчас меня интересовало другое.

Я одним взглядом велел говорить дальше, и Муракумо, заикаясь, он стал рассказывать...

Подводя итог.

Мать Канон, Сёко, покинув дом, какое-то время жила у Муракумо.

Но несколько недель назад исчезла.

Пытаясь найти женщину, он использовал дубликат ключа, полученный от неё, и побывал у неё дома.

Но никаких зацепок не обнаружил.

Однако нашёл записку с номером телефона родственников.

Там были написаны номера моего родного дома и этой квартиры.

Муракумо вначале позвонил в мой старый дом, но там никто не ответил.

Ну да.

Мама в больнице, а отец постоянно занят в том числе и из-за этого.

Он позвонил по второму номеру... Уже ко мне, и ответил женский голос.

Тут у Химари вырвалось «а», так что всё стало очевидно.

Муракумо подумал, что она Канон.

Кстати про Канон он похоже только лишь слышал.

Подумав, что раз девушка здесь, возможно и Сёко тоже здесь, Муракумо пришёл...

И вот у меня дома был учинён беспорядок.

Как только узнал, куда идти, кровь ударила в голову, и он слетел с катушек.

Вот что значит «доставить проблемы».

Я вспомнил, что Канон говорила, что дома ощутила что-то странное, когда мы туда ходили.

Похоже она поняла, что туда заходил Муракумо...

Ну и интуиция у неё...

— Сам понимаю, что зашёл далеко... Но из всех тех, кого я встречал, она... — он смотрел куда-то вдаль.

Глядя в лицо мужчины, я подумал, что тётя Сёко похоже настоящая обольстительница.

Сам я никогда и никем не был одержим, потому и не понимаю его чувств, и всё же.

— Я сожалею о том, что не сдержался и проник силой в чужой дом. Простите меня...

Он опустился на колени, а мы переглянулись.

И как в таких случаях реагировать?

— Это... Простите, что изо всех сил ударила... — позади меня говорила сжавшаяся Химари.

— Что ты. Ты же защищалась. Не переживай, малышка.

— Д-да...

Хм. Прямо ощущается разница между остывшим Муракумо и тем, кто вторгся в квартиру.

Похоже это яркий пример того, как любовь меняет человека.

— В общем мамы тут нет.

— Мы бы и сами хотели знать, куда делась тётя Сёко.

— Вот как...

— И что нам теперь с тобой делать?..

Нарушителя стоило сдать в полицию, но тогда выяснится, что тут была Химари.

И по глазам девушек было видно, что вызывать полицию им не хочется.

Я взвесил нынешнюю жизнь с ними и необходимость сдать грубияна полиции... И остановился на нынешней жизни.

Ох и бестолковый я взрослый...

— Если найдём тётю Сёко, мы свяжемся с тобой. Так что больше не приходи ко мне.

— ... Хорошо.

Я узнал контактные данные Муракумо и выдворил его.

Когда мужчина ушёл... Воцарилась тишина.

С одним вопросом мы разобрались, но...

Дальше переходим к главному вопросу.

Я повернулся к робко наблюдавшей за всем Юри.

Она оставалась в сторонке и хранила молчание.

Наши взгляды встретились, и она вздохнула.

— Мог бы представить мне эту девочку, — женщина посмотрела на Химари и спокойным голосом проговорила.

Получив объяснения, Юри, глядя на меня, протянула «понятно».

И более холодный взгляд мне явно не показался.

Хотя даже от великодушной Юри следовало ожидать такой реакции...

Наше поведение можно было назвать абсурдным.

— Это, Комамура-сан не виноват! Это я его попросила...

— Да, братик Кадзу не виноват. Это я попросила разрешить Химари остаться у нас!..

Заметив натянутую атмосферу между нами, они обратились к Юри.

— А... Ага...

Девушки начали напирать, а Юри под таким напором отступила.

— Потому не вините ни в чём Комамуру-сана!

— Это мы виноваты!..

— Я всё поняла, успокойтесь, — успокоила их женщина и посмотрела на меня.

Вот только я сам в глаза ей взглянуть не мог.

— Кадзуки-кун... Если кто-то узнает об этом, тебе не поздоровится...

— Знаю. Но я...

Я хотел защитить эту жизнь?..

Если спрошу у себя самого, то ответом будет «да».

Какой же я всё-таки дурак.

— Они обе несовершеннолетние. И взрослые должны оберегать их.

Она не пыталась меня упрекать, но слышать это было больно.

Особенно сильно отдавалось в груди.

Я и сам это понимаю. Правда понимаю...

— ... Да.

— Потому я тоже помогу.

— ... А?

Я поднял голову.

Всё же не ожидал, что Юри так скажет.

— А... Что?

— Слушай внимательно, когда с тобой говорят! Я сказала, что помогу тебе! Тебе ведь нелегко присматривать за двумя милыми девочками?

Она вела себя так, будто больше ничего не остаётся и улыбнулась прямо как в детстве.

— Юри...

— В общем, Канон-тян, Химари-тян. Теперь я тоже соучастница... Вы не против? — склонив голову, она посмотрела на девушек.

Какое-то время парочка хлопала глазами, после чего переглянулась...

И вот, улыбнувшись, девушки кивнули.

— Я ещё зайду, — сказала Юри перед уходом.

И когда она ушла, я посмотрел на Канон и Химари.

— Так... Пришло время отчитать вас.

— А? Почему? Мы обошлись без полиции и всё нормально ведь закончилось...

— Просто удачное стечение обстоятельств.

Я смотрел очень серьёзно, и Канон могла лишь невнятно бубнить.

— В этот раз вам просто повезло. Окажись у него нож, неизвестно, что бы с вами было.

— Это... — Химари повесила голову.

— Слушайте внимательно. Если поймёте, что попали в беду, не пытайтесь драться, а бегите. За меня не волнуйтесь и вызывайте полицию. Ты тоже, Химари, даже не думай в такие моменты переживать, что тебя родители найдут. Пойми, что второй жизни у тебя нет.

— Да...

— Поняла...

Девушки ответили мне.

Вроде поняли, что я хочу сказать.

— Отлично, главное, что вы всё поняли. А теперь... Конечно уже довольно поздно, но я голоден.

— У... Я так и не приготовила ужин. А собиралась мапо-тофу сделать.

— Это, ты прости, Канон-тян... Я твою сковороду помяла немного...

Вообще-то она моя.

— Ну, купим новую. А сегодня рамен поедим.

— Точно... Конечно она не дырявая, так что готовить на ней можно, но она пропиталась клетками мужика, так что теперь мерзкая. Не хочу больше на ней готовить.

— У, прости...

Вот наговорили. У старшеклассниц никакой жалости нет...

— Кстати, Химари, ты какими-то боевыми искусствами занималась? Ты так круто выглядела, когда пошла против этого мужика.

— Это... В начальной школе кендо...

— А. Потому и взяла сковороду, типа это меч. И братик Кадзу продемонстрировал свой опыт владения дзюдо.

— Ну да...

Повезло, что у противника ножа не было.

Но давно я столько не двигался, мышцы точно болеть будут. Несдобровать мне завтра.

— Значит сегодня на ужин лапка. Вкусы разные... Кто первый, тот и выбирает!

— А, так нечестно, Канон-тян!

— Эй. На мои деньги куплено. Я первый выбираю!

Мы бросились к полке, где хранилась лапша.

Как же здорово, когда потасовка с низкими ставками.

Той ночью мне приснился сон.

О времени, когда я занимался дзюдо.

Я был в каком-то спортзале на соревнованиях.

Собравшаяся толпа держала флаги, размахивала полотенцами и поддерживала участников.

Соревнования начались, и я был следующим.

В предыдущем бою мой товарищ по команде одержал чистую победу.

И дальше моя очередь.

Полный решимости, я поднялся...

Поединок закончился сразу же.

Уже через десять секунд противник провёл осотогари, уложив меня на спину.

Переживая из-за поражения, я извинился, а товарищи стали поддерживать меня.

Пока одна победа и одно поражение, рано переживать.

Но я сожалел о том, что из-за меня нам было засчитано одно поражение.

Не обращая внимание на мои душевные страдания, начался следующий матч...

Это был лишь сон, но он отражал реальность.

Да, верно.

Я и в прошлом вспоминал это.

Я занимался дзюдо с начальной школы и верил, что продолжу даже когда стану взрослым, но с годами это чувство угасло.

Я не был крупным и не был так уж хорош.

Я понял, что не являюсь особенным...