Биско разлегся на вершине дюны, настраивая дальность своих, похожих на кошачьи глаза, очков, наблюдая за громадной белой стеной, возвышавшейся посреди ночной пустыни. Большими буквами на ней было написано дружелюбное: “ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИМИХАМУ, ГОРОД ЛЮБВИ!” с запятой в виде улыбающегося лица талисмана Имихамы, Иммиэ. Над словами пожаловать и город были расположены два внушительных пулемета, предположительно поставленные кем-то не прочитавшим надпись ниже.

За стеной находился вечно бодрствующий город Имихама, окрашивавший небо калейдоскопом цветов своего неонового сияния. В центре разросшегося города стояла громадная, пронзающая небеса башня управления префектуры, затмевая окружающие ее здания своим великолепием. На самой ее вершине стоял розовый кролик Иммиэ, гордо указывающий в небеса. Однако Ржавый Ветер сделал свое дело с раскрашенным лицом статуи, и теперь казалось, будто кровь ржавого цвета стекала из ее глаз и рта.

Город-крепость Имихама. Предположительно, в попытке отгородиться от Ржавого Ветра, жители Сайтамы сначала возвели эти стены, а город образовался уже после. Здесь человечество могло вновь вернуться в давно потерянное прошлое и ненадолго забыть про постоянно представляющую опасность Ржавчину.

— Тц. Зачем они построили эту штуку прямо на моем пути?

Пока Биско лежал, рассматривая стены города, хамелеон плавно прошелся по его неподвижному телу, забрался на очки, а затем полез на лицо, сразу после чего Биско засосал животное ртом и разжевал. Выплюнув извивающийся хвост в песок. Биско поднял очки и скатился с дюны в сторону находящейся ниже палатки, источающей изнутри свет.

Ржавый Ветер. Напасть человечества, разъедающая плоть живых. Техники, необходимые для того, чтобы расследовать причину его появления, уже давно были погребены под песками вместе с остатками человеческой цивилизации. Люди знали, что он был результатом массивного взрыва, вызванного плодами технологического совершенства старой Японии, супероружием под названием Тэтсуджин. Кроме этого остаются только разросшиеся слухи, больше похожие на сюжет фильма о катастрофе категории Б. Некоторые говорят, что оно взорвалось из-за несчастного случая, произошедшего во время исследования нового типа экспериментального двигателя. Другие заявляют, что развязалась война между правительством Токио и группой изменников из ультракапиталистических мегакорпораций. Кто-то даже говорил о человечестве и пришельцах, истребляющих друг друга в противостоянии с гарантированным взаимным уничтожением.

Какова бы ни была причина, результат был очевиден. Громадная дыра появилась на месте, где когда-то стоял Токио, и из нее вырывался разъедающий ветер, распространившийся по всей стране. Этот ветер превратил в ржавчину величайшие достижения человечества, продолжая дуть и по сей день.

Из-за призрака смерти, повисшего над человечеством словно грозовая туча, оно нашло утешение в грязной корысти и сомнительных верованиях. Люди воздвигли высокие стены вдоль границ префектур, чтобы отгородиться от Ржавого Ветра. Внутри них человечество могло избегать разочаровывающей правды этого мира.

Железная Пустыня Северной Сайтамы, наверное, была местом, больше всего затронутым апокалипсисом. Эти земли когда-то являлись величайшим промышленным центром во всей Японии, но теперь здесь остались только пустоши. Когда Токио исчез, ветер вырвался из кратера и начал ровнять с землей каждый завод, мастерскую, электростанцию, пока не осталось ничего, кроме бескрайних железных песков.

Южнее, за кратером, никто понятия не имел, были ли префектуры Канагава и Чиба пригодными для жизни, не говоря уже о том, остались ли там уцелевшие здания. С учетом всего вышесказанного, большинство людей не решались ступать южнее Сайтамы.

Дорога из Гунмы в Имихаму была полна опасностей, так как в этих землях охотились Свинцовые Акулы и Паленые Угри. Путь на крабе занимал примерно четыре дня, и сегодня был четвертый день с относительно прохладной летней ночью.

— А, ты вернулся, парнишка!

Когда Биско вошел в палатку, старик с глазами-бусинками повернулся к нему, все еще помешивая что-то в большой, испускающей пар кастрюле.

— Ну? Что увидел? Там были часовые?

— Нет. Охрана вообще не выглядит серьезной. Кажется, объявления о розыске еще не дошли сюда.

— Хе-хо-хо! Гунма и Имихама всегда были готовы перегрызть друг другу глотки! Особенно это касалось предыдущего губернатора, чей…

— Прекрати, Джаби. Я слышал столько твоих историй, что мне до конца жизни хватит. В любом случае, пора принимать лекарство. Снимай одежду.

Биско снял плащ и бросил его куда-то в сторону. Джаби поднес ложку ко рту, чтобы попробовать бульон, игнорируя слова Биско.

— Джаби! Сколько раз мне нужно тебе повторять?! Сначала мы проверяем твою Ржавчину! Затем ты можешь поесть!

— Успокойся, сынок, я просто пробую на вкус! Дай мне чем-нибудь насладиться перед тем, как сбросить смертную оболочку!

— Сброс твоей смертной оболочки — это как раз то, что я пытаюсь предотвратить! — ответил Биско. — А теперь перестань жаловаться и иди сюда.

Столкнувшись с давящим взглядом Биско, Джаби подчинился и кротко снял с себя плащ и верхнюю одежду. Биско ловко снял бинты с туловища старика, открывая взору Ржавчину, разъедавшую его дряхлое тело.

— …

Биско нахмурился. Он прошелся пальцем по Ржавчине, заразившей кожу его мастера. Она начиналась с шеи и шла через правое плечо, покрывая предплечье и большую часть правой половины груди.

— Видишь, парень? Не о чем волноваться! Я здоров как бык! Я даже могу поднять руку, смотри!

— Не говори глупостей. Я удивлен, что она еще не оторвалась. Я понятия не имею, как ты до сих пор жив.

Биско ввел инъекцию, сделанную из грибного сусла*, после чего поменял бинты Джаби.

[П/П: Сусло — сладкая жидкость, подвергаемая брожению, питательная среда для бактерий из закваски, часто называемая настоем или наваром. Используется при изготовлении алкогольных и безалкогольных напитков, а также некоторых ферментированных продуктов питания.]

— У нас осталось мало времени, — пробормотал он себе под нос. — Когда она достигнет твоих легких…

— Не унывай ты так, Биско, мальчик мой. Вот, поешь что-нибудь! М-м-м, вкуснотища-а-а!

Джаби быстро надел плащ перед тем, как попробовать тушенку и налить ее себе в миску.

— Тебя сегодня ждет особенный вечер! Здесь тонны крысиного жира. Съешь все, иначе ты будешь слишком слаб, чтобы натянуть тетиву, когда это будет действительно важно!

Он вел себя так, будто его неизбежная смерть не имела никакого значения. Биско вздохнул в ответ на легкомыслие своего мастера, после чего сел на песок, скрестив ноги, и взял свою миску.

Сегодня на ужин был золотистый суп, сделанный из фаршированного мяса железных крыс и песчаных червей, завернутых в пельмени, после чего их тушили с сушеными курчавыми грифолами*. Скромные виды мяса были результатом сегодняшней песчаной рыбалки, которая состоит из стрельбы стрелами с парализующей крапивой в песок с последующим вытягиванием любопытных тварей, клюнувших на наживку. Конечно, большинство существ, живущих в песках, было заражено Ржавчиной, делая их практически несъедобными, а мясо получало очень сильный привкус железа, но Биско не мог позволить себе привередничать.

[П/П: Грифола курчавая — съедобный гриб, растущий колониями, состоящими из множества плоских, тонких, полукруглых или лопаткообразних шляпок 0,5–5 см диаметром, серовато-бурой или желтой окраски, сидящих на ветвящихся ножках, которые сливаются в общее основание.]

В блюдах Хранителей Грибов определенно были плюсы и минусы. Например, во время готовки песчаного червя было важно замочить его в воде, чтобы убрать песчинки. Чем больше времени ты проведешь за готовкой, тем лучше становился вкус.

— …Фу! Ах! Кха! Тут что-то горькое! — Биско прокашлялся. — Ты уверен, что правильно их выпотрошил?

— Ты не должен жевать, мой мальчик! Заглатывай залпом, как я!

— Не рассказывай мне тут. Ты просто не можешь жевать, потому что у тебя нет зубов!

— Хе-хо-хо!

Сморщенный пучеглазый старик не беспокоился о таких вещах. Это был герой Хранителей Грибов, мужчина, приютивший Биско как собственного сына и тренировавший его для становления мастером. Джаби поделился с Биско мастерством лука, техниками, которые в прошлом заслужили ему титул Божественного Лука, которые развили навыки Биско с невероятной скоростью, и вдобавок, никто не мог ездить на стальном крабе так же хорошо, как Джаби.

И тем не менее, даже он не смог предотвратить разъедание своего тела Ржавчиной. У него осталось не так много времени.

— Джаби, обычные грибы больше не годятся. Нам нужно поторопиться и найти Пожиратель Ржавчины, пока не поздно.

— …

— Когда мы пройдем Имихаму, нам больше не попадутся контрольно-пропускные пункты. Это прямая дорога в Акиту.

Пожиратель Ржавчины. Чудесный гриб, способный моментально вылечить Ржавчину и вернуть поврежденную плоть в прежнее состояние. Даже среди Хранителей Грибов его считали мифом. Ходили истории о том, как его использовали, чтобы спасти умирающую деревню, готовую быть вот-вот разрушенной Ржавчиной, но единственным человеком, все еще помнящим, где его можно было найти и как вырастить, был Джаби.

— Биско.

— А? — Биско оторвал взгляд от своего ужина, заглотив крысиный хвост, свисавший из уголка его рта. Джаби, который обычно жил в своем мирке, улыбнулся с нехарактерным для него лицом, а его слова были нежными и уверенными.

— Я научил тебя всему, что знаю. О грибах, езде на крабе, стрельбе… В мастерстве лука, осмелюсь сказать, ты меня даже превзошел.

Пока Биско слушал речь мастера, выражение его лица стало серьезнее.

— Только в медицине ты никогда не был хорош, ха! Но даже так, в живых нет ни одного другого Хранителя Грибов, способного делать то же, что и ты. Есть… еще кое-что, о чем я хочу сказать.

Джаби сделал паузу и посмотрел Биско прямо в глаза.

— Биско, когда я умру…

— Прекрати.

— Биско, послушай…

— Нет, прекрати! Заткнись! — Биско ударил своей миской тушенки об пол и поднялся на ноги. Его зубы были стиснуты, а изумрудные глаза, смотрящие на старика пронзающим взглядом, дрожали. — Ради чего мы, думаешь, столько трудились? Ради чего проскакивали все эти контрольно-пропускные пункты? Это все было ради тебя, разве ты этого не понимаешь?! Или тебе все равно, что Ржавчина убьет тебя?!

— Хе-хо-хо… Было весело. Помнишь Чигу, у горы Хиэи? Мы использовали трос от канатной дороги, чтобы перемахнуть через контрольно-пропускной пункт, помнишь?..

— Ты что, думаешь, это экскурсия?! — проревел Биско, схватив Джаби за грудки и впившись в него взглядом. Однако, смотря в ласковые глаза Джаби, Биско не смог сделать ничего, кроме как прикусить губу и отпустить его в отчаянии.

— …Я не тащу тебя с собой, чтобы ты просто помер, — сказал он чуть ли не выплевывая эти слова, после чего натянул на себя плащ и направился к выходу из палатки. — Еще раз услышу такой бред… Порву тебя в клочья.

Еще раз взглянув на Джаби, Биско вышел в ночь, сердито застегнув дверь палатки. Пламя в печке мерцало, а брошенная миска Биско отбрасывала танцующую тень на пол палатки.

— …Он такой хороший ребенок, — пробормотал Джаби себе под нос, пока мыл миски. — Однако, Биско, скоро меня не станет, и не останется никого, кто позаботился бы о тебе.

Когда это произойдет, кто-нибудь… Пожалуйста, кто-нибудь…

Джаби не смог закончить мысль. Он просто смотрел на пламя своими большими черными глазами.

Плащ Биско взмыл в воздух вместе с пылью и песком, сдуваемыми ветром. Прикрыв глаза, он обошел палатку, за которой слонялся гигантский краб.

— Ты ел, Актагава? — спросил Биско, заглядывая в ведро для корма животного. Конечно же, оно было пустым. Биско не знал, испытывали ли крабы стресс так же, как люди, но по крайней мере он никогда не видел Актагаву непослушным. Он был как брат для Биско, и они знали друг друга еще с раннего детства.

Биско сел, откинувшись на живот Актагавы, и посмотрел вверх, на его неописуемое лицо.

— …Посмотри на себя, Актагава. Ничто и никогда тебя не расстраивает, не так ли? Хорошо, должно быть. Хотел бы я тоже быть крабом… Хотя нет, забудь. Я б не вынес возить людей на своей спине.

Было неясно, слушал Актагава или нет. Только тихий хлопок прозвучал, когда он лопнул надувший ртом пузырик. Биско усмехнулся перед тем, как натянуть плащ поверх себя и залезть в объятия Актагавы. Там он и закрыл глаза.

Биско почти уснул, но Актагава внезапно поднялся. Биско быстро вышел из полусонного состояния, после чего настороженно вскочил на ноги и подал сигнал Актагаве опуститься.

Будто громкий звук прозвучал посреди ночи. Что-то зловещее было здесь, в пустыне, и для такого бывалого Хранителя Грибов, как Биско, было очевидно, что что-то очень неестественное приближалось к ним.

Биско направил взгляд в сторону источника, высоко над песками. Там, в небе, большое, жуткое и тихое нечто летело прямо в сторону лагеря.

— Что это?..

Внезапно что-то рассекло воздух с такой силой и громкостью, что Биско наконец-то смог окончательно проснуться. Он спустил похожие на кошачьи глаза очки и увидел тонкую белую трубу, выпускавшую дым с дальнего конца, мчащуюся прямо на Актагаву.

— Что за?!.

Биско натянул лук, нацелился на объект и выстрелил. Его стрела поразила трубу прямо в центр, которая после этого, немного поколебавшись в воздухе, упала на землю, сделав мощный взрыв.

— Ракета?! — Пот Биско блестел, освещенный взрывом. — Черт возьми, что происходит? Актагава, защищай Джаби!

Проводив его взглядом, Биско вернул свое внимание обратно к небу над пустыней, где вдалеке, освещенный взрывом, находился громадный военный самолет. Пока он летел по воздуху, поднимая за собой тонны пыли, Биско заметил, как что-то странное и мягкое, с двумя антеннами на голове, извивалось между крыльями самолета. На спиральной ракушке его спины был нарисован знакомый логотип в виде звезды.

— Металлургический завод Матоба!.. Но почему?

— Биско! — крикнул Джаби, хватая поводья Актагавы. — Летит рвота, прячься под Актагаву, быстро!

Как по сигналу, улитка будто надулась, после чего запустила ужасно выглядящую розовую жидкость прямо туда, где стоял Биско. Он рванул с места за мгновения до того, как ядовитая жидкость попала по земле за ним, начав разъедать песок прямо под ногами. Жидкость настигла убегающего Биско, плавя камень и сгибая сталь.

Биско добежал до Актагавы и забрался в укрытие в тот же момент, когда кислотная дрянь полилась на спину краба, шипя и испуская белый дым. Однако внушительный панцирь Актагавы смог выдержать рвотную бомбардировку, успешно защитив своих двух хозяев.

Черная тень пролетела над ними и продолжила лететь в другом направлении.

— Улиточный Самолет, — Джаби перекрикивал рев двигателей, бросив взгляд в сторону быстро разлагающейся палатки. — Он не раскрашен в цвета Имихамы. Что он здесь делает?!

Из-за Ржавого Ветра любое сложное механическое оборудование заедало и переставало работать практически моментально. Нынче многие префектуры стали использовать так называемое животное вооружение, которое использует органические двигатели, сделанные из новых экзотических форм жизни. Эти формы жизни эволюционировали естественным путем, чтобы противостоять Ржавому Ветру, а производственные предприятия быстро нашли им хорошее применение. Встреченные ранее Песчаные Бегемоты были еще одним примером этого. С другой стороны, этот бомбардировщик был гораздо большего размаха, используя практически бесконечную энергию моллюска, известного как платиновая улитка, для полетов, при этом сохраняя возможность нести изрядное количество вооружения на борту.

— Он поворачивает, Биско! Твои стрелы его даже не поцарапают! Дуй в Имихаму, быстро!

Улиточный Самолет снова устремился в сторону этой парочки и, испустив облако белого дыма, выпустил еще одну ракету. Биско смотрел, как Джаби мастерски прицелился луком и сбил ее в небе.

— Чем мы вам не угодили?! Зачем вы преследуете нас?! — сказал он, стиснув зубы. Убегая, готовый отбиваться, он схватил стрелу и натянул изумрудный лук. Злость наполнила его сердце, и ветеран Биско отвлекся лишь на мгновение.

Вдруг резкая боль пробежала по его ноге. Он был так сконцентрирован на Улиточном Самолете, что не заметил, как угорь, выпрыгнувший из песка, впился в лодыжку своими клыками. Биско выронил стрелу, и Улиточный Самолет переключил внимание на него. Он сразу же раздавил угря кулаком, но яд уже начал действовать, а Биско почувствовал, как нога стала неметь.

— Черт, моя нога!..

Самолет нацелил два пулемета на крыльях на Биско и выстрелил. Но маленькая тень прыгнула через пустыню и толкнула его в сторону в самый последний момент.

— Ах!..

Пушки самолета оставили дорожку из маленьких дырочек в земле. Вместе с ревом двигателей над головой слышался противный звук рвущейся плоти, а песок был окрашен полосами крови. Когда Улиточный Самолет пролетел, лунный свет осветил потрепанный плащ упавшей тени.

— Биско… Беги…

— Не-е-е-е-ет! Джаби! — крикнул Биско, пока Улиточный Самолет разворачивался для очередной атаки. Склизкая голова улитки блестела под ночным небом.

Зеленые глаза Биско засияли. Его волосы ощетинились от гнева, и он посмотрел в небо нахмуренным взглядом, полным враждебности и способным остановить самого дьявола. Он медленно натянул стрелу до самого конца, вкладывая всю силу в один-единственный выстрел.

— Ублюдо-о-о-о-ок! — взревел он.

Его стрела сверкнула, разделив небо надвое. Она поразила тыл самолета, когда тот поворачивался, прямо в центр похожего на звезду логотипа металлургического завода Матоба. Внушительная железная броня погнулась, а затем порвалась, когда стальная отравленная стрела прошила самолет насквозь, после чего исчезла в ночи, ничуть не замедлившись.

Корпус самолета был согнут пополам как сломанная ветка, будто большое пушечное ядро врезалось ему в бок, вдавив толстую броню.

Это не было чем-то, что можно назвать просто хорошим выстрелом. Это было нечто большее. Что-то за пределами человеческих возможностей.

Улиточный Самолет простонал и расплескал повсюду розовый яд. Улитка мотала головой из стороны в сторону от боли, вызванной неожиданной атакой и разъедающим ее тело грибком. Прозвучал громкий *БА-БАХ*, когда грибы резко выросли в размере, срывая железный покров, после чего Улиточный Самолет упал на землю и разбился. Он проскакал по песку около пятидесяти метров, словно пущенный по воде блинчик перед тем, как полностью остановиться, после чего загорелся, напоминая огненный шар.

— Джаби! Джаби! О боже, кровь… Джаби, оставайся со мной! Не умирай!

Пока пылающие обломки освещали окрестности, Биско подбежал к Джаби и попытался взять его в руки, но когда он коснулся теплой влажной крови, его лицо стало бледным.

— У-у-ух… Я же сказал тебе бежать, сынок! Я мог бы снести эту штуку одним выстрелом… Хорошая работа, мой… Ух! Кха!

Его белые волосы были запятнаны красным.

— Не разговаривай, Джаби! Я принесу тебя в Имихаму, там мы найдем доктора! Джаби никогда бы… Джаби никогда бы не умер в таком месте!

— Какой… хоро-о-оший… выстрел…

Глаза Джаби потускнели, будто ему снился сон, пока он бессвязно бормотал.

— Этой стрелой был ты, знаешь ли. Летящий по воздуху, сносящий все на своем пути…

Когда он встретился взглядом со своим любимым учеником, он продолжил, будто напевая.

— …Найди свой лук, Биско. Найди себе лук…

Его дрожащий палец нежно прошелся по щеке Биско, нарисовав линию из крови. Затем последние силы покинули его, и он потерял сознание. Биско покачал старика на руках, тихо всхлипывая. Две, три слезы намочили пески пустыни, а после четвертой Биско вытер глаза, уложил умирающего учителя себе на спину и запрыгнул на Актагаву, когда гигантский краб прискакал к ним.

— Я спасу тебя, Джаби! Не смей умирать!

Любые следы только что пролитых слез исчезли, а пятна были поглощены раскаленным песком. В глазах Биско сияло пламя решимости, а Актагава мчался по дюнам как стрела в сторону светящегося неоном Имихамы.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist