Утро последнего дня триместра.

— Эй, Кадзуки. Эта одежда не странная?

После завтрака. Сенсей сходила на пробежку, помылась в душе, подошла ко мне и спросила.

Обычно она в олимпийке, а тут в сером брючном костюме.

Непривычно, но я не удивлён. И всё потому, что сегодня церемония окончания. В такие дни она всегда в костюме.

— Вам идёт.

— Вот как. Кстати, у меня и юбка есть, как думаешь, что лучше?

Сенсей высокая, потому брючный костюм ей очень идёт, но и ноги у неё красивые, так что и в юбке она бы хорошо смотрелась.

Потому, если спрашивать, что лучше...

— Выражу личное мнение, и выберу юбку.

— Тогда сегодня пойду в юбке.

— Ничего, что вы моё мнение слушаете?

В юбке нет ничего странного, но тут речь о Сиине-сенсей. Такое событие создаст шумиху в классе.

— Кадзуки, ты ведь хочешь увидеть меня в юбке? Значит как сестра я должна выполнить твоё желание. Если на церемонии устанешь, можешь смотреть на меня и набираться сил.

Она решила надеть юбку ради меня... Я конечно рад, но вряд ли смогу пялиться на неё в школе.

— Если буду пялиться на вас посреди церемонии, меня отчитают.

— Кто посмеет сделать это?!

— Вы!

— М. Я? И правда, если замечу, что кто-то из учеников не сосредоточен, должна буду отругать. Иначе другие последуют его примеру. Но тебе ведь юбка больше нравится?

Плохо. Так она может сказать: «Готовься, что тебя отругают, и смотри на меня в юбке».

— К-кстати, брючные костюмы мне больше нравятся.

Прозвучало неуверенно, но сенсей поверила.

— Вот как. Тогда пойду так!

Если бы не изменил мнение, она бы каждый день не в спортивном костюме, а в юбке ходила?

Тогда я точно сглупил. Сенсей в матроске была очень красивой.

— Так. Нам уже пора отправляться.

— А? Мы уже уходим?

Сегодня церемония окончания. Опаздывать нельзя, и сенсей встала раньше обычного. Потому времени у нас хватало, и я думал, что мы просто посидим дома.

— Сегодня мы идём пешком.

Вот оно как. Так даже если выйдем сейчас, придёт к нужному времени. Некогда бездельничать.

— Но почему пешком?

Бензин кончился?

— Сегодня у учителей вечеринка. Будем пить, так что я не буду брать машину.

Учеников ещё утром распустят, но у учителей много работы, и даже после церемонии они ещё до вечера никуда не уйдут.

А потом ещё пойдут вместе выпить, так что вернутся ещё позже.

— Если честно, идти не хочется.

— Тогда может лучше отказаться?

Раз она не хочет, значит кто-то настаивал.

— У взрослых бывают приглашения, от которых нельзя отказаться. К тому же в этот раз приглашены учителя из других школ. Это вроде как будет встреча по обмену опытом.

— И всё же вы не хотите идти?

Сенсей подходит к делу со всей страстью. И должна радоваться такой встрече.

— Когда с мамой жила, постоянно ходила, а теперь я живу с тобой. Как старшая сестра я не хочу оставлять брата одного.

— Мне приятны ваши чувства, но я в порядке. С детства я часто один оставался, так что уже привык.

— Ты такой молодец, Кадзуки. Но когда одиноко, прямо говори об этом. Вот мне одиноко. Я хочу есть не с учителями, а с тобой, и в игры я с тобой хочу поиграть, — избалованно говорила она. В школе она совсем другая.

— Когда вернётесь, поиграем.

— Угу! Будем продолжать, пока я не выиграю! В этот раз я вырву у тебя победу!

— Не будьте такой скупой.

Видать она хотела играть очень долго, потому расстроилась.

Правда сейчас было не до долгих разговоров.

— Мы пойдём пешком, не поедем на метро?

Сенсей кивнула:

— Сейчас поезда переполнены. Когда-то я ездила, но потом решила, что больше по утрам в поезд не сунусь.

Потому и надо было уже выходить.

Я взял сумку и вместе с сенсеем покинул дом.

***

Церемония закончилась, и я один вернулся домой. Первым делом я умылся и проверил, высохло ли бельё.

— Ага. Высохло.

Сезон дождей подошёл к концу, и небо было ясным, вот всё и высохло быстро.

Я собрал бельё, приготовил обед и вернулся в свою комнату. Сел за стул, включил компьютер и достал свою записную книжку.

Решил подумать над сюжетом для манги.

В этот раз я тоже пишу историю про старшую сестру и младшего брата. История про парня, который живёт с доброй старшей сестрой. Но с доброй сестрой история по сути получалась такой же, как была раньше. И рисунок с тех пор не улучшился, пусть даже отправлю другому издателю, всё будет без изменений, и мне откажут.

Так нельзя. Я писал и стирал, писал и стирал, а потом заметил, что прошло уже два часа.

— Отвлекусь и порисую.

Я запустил программу для рисования и взял планшет. А потом принялся рисовать идеал сестры.

Всё же нравится мне это. Я так увлёкся, что не заметил, как на улице потемнело.

— Фух, закончил... Но, а?

Когда закончил, то понял, что с монитора на меня смотрит никакая не сестрёнка... Не добрая сестрёнка, которая балует парня.

— Это сенсей?

Там была прямо точная копия Сиины-сенсей.

Её резкий взгляд, смотрящий на меня. Огонёк, говорящий о том, что она в любой момент может ударить. Не особо похоже, что она собирается кого-то баловать.

Странно. Я вроде пытался нарисовать свой идеал, а получилась Сиина-сенсей. Я что, сам не заметил, как превратился в мазохиста?

— ... Но ведь и такие сёстры бывают.

Такие злые сёстры любят братьев, и потому милые. Это ведь Сиина-сенсей! Почему я рисовал идеал, а получилась она?

Ответ был лишь один.

Она для меня идеал сестры.

Вначале я её боялся, уставал от того, что эта спортсменка всюду таскала меня за собой, но с ней было весело.

Глядя на изображении Сиины-сенсей, я придумал историю. И тут же записал... А потом понял, что это и есть моя жизнь. И тут я выставляю сенсея дурочкой. Можно ли вообще такую мангу рисовать?

Ладно. Ничего больше в голову всё равно не приходит, нарисую это.

— ... М?

Когда я расписывал детали, зазвонил телефон.

Звонила Сиина-сенсей. Что-то случилось?

— Да, это Кадзуки.

«Хи-э-э-э-э-э-э-э-э-э! Кадзуки-и-и-и-и!»

Ч-что-то случилось?! Почему она плачет?!

— Ч-что случилось?

«Я потеряла-а-а-а-ась!»

— А, потерялись?! А где другие учителя?!

«Ушли продолжать веселиться-а-а-а-а-а!»

— А почему вы с ними не пошли?

«Так ведь! Кадзуки! Я хочу поиграть! Здесь темно и страшно! Забери меня! Хи-э-э-э-э!»

Плачет. Ещё и пьяна похоже. Так Сиина-сенсей начинает плакать, как напьётся... Хотя сейчас не об этом надо думать.

— Понял. Уже иду за вами.

«Спасибо!»

— Пожалуйста. Так где вы сейчас?

«Это, не знаю».

Она так обрадовалась. Узнала, что я иду за ней, и успокоилась.

— Если вы не знаете, я не смогу прийти.

«Хи-э-э-э-э-э! Кадзуки-и-и-и-и! Ты меня бросаешь?!»

— Я вас не бросаю! Я иду! Только не плачьте!

«Ура! Кадзуки, я тебя люблю!»

Она слишком эмоционально нестабильная!

— Поблизости вы видите что-нибудь?

«Качели».

— Это парк. У входа должно быть написано название.

Похоже она шла, я слышал звуки шагов.

«Написано «Дружба»».

Это ведь близко!

В минуте ходьбы. Добралась аж сюда, и в парке заблудилась? Наверняка побежала к игровой площадке. Она ведь любит двигаться, вот её инстинкты и потянули.

Оттуда должен быть виден наш дом, даже пьяная она должна была вернуться... Но если скажу, она снова расплачется.

Ладно, придётся идти.

— Я сейчас приду, никуда не уходите.

«Буду ждать, задержав дыхание!»

— Дышать можете!

Опять её заносит. Я ещё не видел её выпившей, но лучше дома алкоголь не держать. Иначе она будет неуправляемой.

Я вышел из дома и быстро добрался до парка. Сенсей качалась на качелях.

— Кадзуки, ты пришёл.

Она подбежала ко мне.

— Да, пришёл... А где ваша туфля?

— Было скучно, и я её подбросила!

— Не ведите себя как ребёнок...

— Далеко полетела! Вон туда!

Я пошёл туда, куда она указала, и нашёл её у ограды.

— Надень!

Не дожидаясь меня, сенсей села. Эх, теперь вся в песке будет.

— Надену, только не шевелитесь.

— Я задержу дыхание!

— Хватит всякий раз дыхание задерживать!

— А-ха-ха! Щекотно!.. Я задышала!

— Вот и дышите!

Ей щекотно, сенсей такая чувствительная.

— Надел. Пойдёмте домой.

— Понеси на спине! А то меня шатает!

— Вы перебрали. Да уж... Ладно, понесу, только не буяньте.

— Хороший ты!

Я посадил сенсея на спину. Она высокая и грудь большая, так что довольно тяжёлая...

— Кадзуки, слушай! Они все такие жестокие! — внезапно стала жаловаться девушка.

— Почему жестокие?

— Старшие начали меня поучать. Быть строгим это хорошо, но иногда стоит и улыбаться! А иначе ученики будут бояться!

Не знаю, чего тут жестокого, простой совет.

— А ты что думаешь, Кадзуки? Я страшная?

— Не страшная... Ва! В-вы что делаете?

С силой она стала гладить меня, и я чуть не потерял равновесие.

— Глажу тебя за то, что ты такой добрый!

— Я не против, и не так сильно. А то я вас уроню.

— Я тебя приму, так что не переживай*!

— Я не в том смысле...

Вздыхая, я добрался до дома. На лифте доехал до пятого этажа и зашёл в квартиру.

Отпустил сенсея, и она упала в коридоре.

— Потерпите до кровати и ложитесь спать.

— У меня больше сил нет. Подбодри, и тогда я смогу дойти. Все такие жестокие. Говорят, что я должна улыбаться.

— Это я уже слышал... И почему бы вам не улыбнуться? Если не будут бояться, вы станете довольно популярной.

— Да не нужна мне популярность. Не хочу я быть популярной.

— А? Почему?

— Если буду популярной, ученики расслабятся и не будут слушаться. Ладно ещё в классе, но если не будут собраны на физкультуре, может что-то случится. Потому пусть лучше боятся.

Она играет роль демонического учителя, чтобы защитить учеников от беды...

— Я не знал, что вы так думаете. Я думал, вы не любите учеников.

— Как я могу их не любить. Когда в окружении учеников я счастлива. Потому иногда и улыбаюсь, но никаких проблем. Моя улыбка пугает.

— Кого-то пугает ваша улыбка?

— Пугает. Я так улыбаюсь, что щёки сводит. Смотри.

Лицо было жутким. Это улыбка? Она и в режиме сестры не улыбается. Довольным и жизнерадостным голосом говорит, но выражение всегда серьёзное... Я всё думал, что это за жуткое выражение, так это улыбка была.

— Моя улыбка страшная?

— Да. Страшная...

— Жестоко!

Сенсей заплакала. Сама ведь говорила, что у неё улыбка страшная... Ну, сейчас она эмоционально нестабильная.

— Простите! Не страшная! У вас хорошая улыбка!

— Кадзуки, ты врёшь!

— У. Н-ну а что я ещё могу. Вы ведь сами не улыбаетесь.

— Тогда я улыбнусь! Покажу, что если захочу, то смогу! Пощекочи меня! И тогда я улыбнусь!

Точно избалованный ребёнок. Пока не сделаю, что просит, с места не сдвинется.

Ладно, пощекочу.

— Тогда начинаю, — сказал я и защекотал через одежду. Сенсей расхохоталась.

А потом описалась.

— В-в-вы чего?!

— Сам меня щекотал... — возразила сенсей.

— Сами ведь попросили!

— Прости...

— Не извиняйтесь, а идите в ванную! А я тут приберусь!

— Хочу вместе с тобой.

— Идите одна...

— Нет!

Вот упёрлась. Я вздохнул.

— Хорошо. Я с вами, идите вперёд.

Она кивнула и побежала в ванную. Я вытер тряпкой пол и пошёл в раздевалку. Закинул снятую одежду в стиральную машину, сам разделся и зашёл в ванную.

Сенсей плакала, сидя в ванной.

— Ч-что случилось? У вас живот болит?

— Я двадцатичетырёхлетний учитель и описалась... Прости...

— Я не злюсь...

Поддерживая её, я залез в ванную. А она заплаканными глазами посмотрела на меня.

— Непутёвая я женщина... Ты ведь не хочешь, чтобы я стала твоей невестой?

Я подавился.

— П-почему вы решили стать моей невестой?!

— Так ведь на свидании ты говорил, что будет защищать меня. Прямо как мой идеал.

А, во время викторины в день знакомства она говорила про свой тип мужчин.

— Я ведь ваш младший брат...

— Даже за брата можно замуж выйти! Я подумала, что у меня наконец появится ребёночек, и так разволновалась!

У меня сердце перехватило! Сенсей так на меня смотрит?! Я нравлюсь ей как парень?!

— Есть парни, которые защитят вас.

Не так уж и много, но стоит сказать именно так. Иначе всё выйдет из-под контроля.

— Нет! Если выйду замуж за другого, расстанусь с Кадзуки! Я хочу ребёночка, но и с милым братишкой расставаться не хочу! А значит, если рожу от Кадзуки, убью двух зайцев одним выстрелом! Чмок!

Она прижалась ко мне и поцеловала в губы.

Я ощутил тепло и запах алкоголя.

Она была пьяна... К тому же обнимала меня голая и целовала... В таком случае можно потерять контроль.

Я сдержал свои позывы, а сенсей тут же присмирела. А потом пошла ко дну.

— Сенсей?!

Я её вытащил, и оказалось, что девушка заснула. Что за небрежное отношение такое...

— Не спите в таком месте. Мне же тяжело будет перенести вас...

Ну, благодаря этому мы не пересекли черту.

Вытащив её из ванной, я вытер девушку, одел и отнёс на кровать.

— Фух, наконец можно успокоиться...

Что-то я устал. Она может набросится во мне, лучше я сегодня у себя посплю.

Измученный я вернулся в свою комнату и завалился на кровать.

***

Первое утро каникул, меня разбудило рычание, напоминающее звериное.

Я поднялся и осмотрел залитую солнечным светом комнату.

Сенсей сидела на полу и стонала.

Вчера мы легли спать в разных комнатах, так почему она у меня? Выглядела она неважно, видать пришла спросить, нет ли у меня лекарства от похмелья.

— ... Это, всё хорошо? — скромно спросил я, и девушка подняла голову. Она заскочила на кровать и с горящими глазами уставилась на меня.

— К-Кадзуки! Воспоминания! У тебя остались воспоминания?!

— В-воспоминания о чём?

Было ясно, о чём речь.

Девушка была готова расплакаться.

— Это выражение... Ты всё помнишься?!

Плохо, что я не умею сохранять спокойствие. Конечно она насквозь меня видит.

— Ну да...

— Ну точно помнишь...

Сенсей покраснела и схватилась за голову. Похоже сожалела о случившемся вчера.

Ну да. Она ведь описалась... И сказала что хочет выйти замуж за меня, брата.

У, что делать... Как неловко. Я видел, как она описалась, но ещё она мне предложение сделала.

Наверняка сенсей думает о том же. Более неловко от предложения жениться.

Я не мог посмотреть ей в глаза и сказать что-то.

Но и не мог оставить, когда она вот так хватается за голову.

— Э-это, сенсей. Я притворюсь, что ничего не слышал.

Забудем то, что было вчера... Я хотел сказать это, когда девушка подняла голову.

— Не слышал?! Не «не видел», а «не слышал»?! — приблизилась она.

— Д-да...

— Так я описалась, говоря что-то странное?!

А? Какая-то она странная. Неужели сенсей переживает лишь о том, что описалась?

То есть не жалеет о том, что жениться предложила? Это не потому, что она была пьяна, девушка правда этого хочет?

— Я ошибся, хотел сказать «не видел».

— ... Правда? Я молча описалась?

— Да. Просто взяли и описались.

— Вот как... Тогда ладно. Хотя не ладно... Так опозорилась перед братом... Ужасная я сестра.

Сенсей сказала не «ужасная невеста», а «ужасная сестра».

То есть после того, как описалась... Она не помнит о том, что было в ванной.

Чего? Вот так провал...

Я думал, она хочет за меня замуж.

Она меня любит не просто как брата, а как парня.

Я старался не замечать этих чувств и терпел её объясняя и поцелуй...

Смогу ли я и дальше сдерживаться перед такими близкими контактами?

Раньше я просто мог думать о ней как об избалованной сестре... А теперь буду думать «она хочет от меня ребёнка», и могу отдаться на волю инстинктам.

Надо отбросить это и найти себе подружку.

Пойду с Исоямой и Каватани и найду себе девушку до конца лета!

Тогда и сенсей сдастся. Мы будем обычными братом и сестрой.

Отлично! Тогда надо обо всём узнать у Исоямы!.. Но перед этим надо сделать что-то с Сииной-сенсей.

— Сенсей, вы не ужасная сестра. Скорее уж идеальная.

Я сказал от всего сердца, и девушка влажными глазами посмотрела на меня.

— Но я ведь такое натворила перед тобой...

— Ничего. Я не переживаю из-за этого.

— П-правда? Ты во мне не разочаровался?

— Не разочаровался.

Я улыбнулся, и из глаз сенсея начали капать слёзы.

— П-почему вы плачете? Я правда не разочарован! Я не вру!

— Я понимаю, что Кадзуки-кун не врёт.

— Т-тогда почему плачете?

— От радости... Я рано проснулась, вспомнила, что натворила и испугалась... Вдруг Кадзуки меня возненавидит, было очень-очень страшно... Но ты меня не возненавидел. Потому я и плачу.

Она так сильно боялась, что я её возненавижу, что даже расплакалась от облегчения...

— Я ведь и дальше могу жить с тобой?

— Да. Будем жить полной жизнью.

— Слава богу... — она вздохнула от облегчения, вытерла слёзы и протянула руку. — Я не умею готовить и убирать, терпеть не могу зелёный перец, но позаботься обо мне.

— А я не дружу со спортом, и всё же полагаюсь на вас.

И вот сенсей заговорила.

— Э-хе-хе... Как-то неловко снова представляться.

Её улыбка выглядела такой детской.

Она... Демонический учитель, которого все боятся в школе, одним взглядом Сиина-сенсей может заставить замолчать, и впервые увиденная улыбка похитила моё сердце.

— М? Что такое, Кадзуки? Ты в облаках витаешь.

— В-Всё в порядке! — тут же оправдался я.

Н-надо поскорее найти себе девушку!

Иначе я точно влюблюсь в сенсея!

— Кадзуки. Я проголодалась. Хочу съесть что-нибудь вкусное.

Не зная о моих мыслях, сенсей высказала мне свою капризную просьбу.

1. ↑Шутка слегка неоднозначная. Предполагаю, она «уроню» приняла за «влюблюсь».