Как я и решила вчера вечером, с восходом солнца ноги сами принесли меня к комнате Локхерда. Пока прислуга крутится рядом, выполняя поручения, я расхаживаю туда-сюда перед его дверью, не решаясь войти. В конце концов, я все-таки осмелилась прийти к нему, хотя еще недавно думала, что не сделаю этого даже под страхом смерти.

Тук-тук.

Стучу в дверь дрожащей рукой. Встать на колени перед собакой и то было бы менее унизительно.

Вскоре дверь открывается, и Локхерд, облаченный в военную форму, выходит. Узнав в неожиданной гостье меня, он так удивлен, что его зрачки расширяются, но на лице появляется лучезарная улыбка — такая, от которой меня обычно тошнит больше всего.

— Наша милая хулиганка с утра пораньше заявилась в гости. Что случилось, солнце взошло на западе?

Голос Локхерда такой же мягкий и скользкий, как кусок подтаявшего масла. От него у меня руки покрываются мурашками. Вне всяких сомнений, из всего, с чем мне доводилось столкнуться в последние годы, его улыбка — самая отвратительная вещь на свете.

В сердце закрадываются сомнения, и я уже было хочу развернуться, но останавливаю себя. Прийти сюда стоило мне немалых усилий, поэтому отступать нельзя — нужно спросить о том, ради чего явилась. Я с трудом выдавливаю из себя слова:

— О, когда ты собираешься на службу?

— Прямо сейчас.

Вот незадача! Я думала, что у меня перед его уходом есть в запасе еще полчаса. Потому и оделась так легко.

Увидев озадаченное выражение моего лица, Локхерд прислоняется к дверному косяку и подозрительно вскидывает подбородок.

— С тобой все в порядке? Если тебе есть что сказать, Кейт, говори. Как я уже сообщил, твоему брату нужно прямо сейчас отправляться в императорский дворец.

Императорский дворец, сердце Кавальской империи, находится в трех часах езды от поместья Эгелот. Однако, поскольку имперская гвардия номинально отвечает и за имперскую крепость и за территорию за ее пределами, Локхерд может возвращаться в Эгелот примерно раз в четыре дня. Другими словами, это означает, что если я не поговорю с ним сегодня, то увижу его не раньше, чем через четыре дня.

— Возьми меня с собой в императорский дворец.

Я выпаливаю эти слова без объяснения причины, однако Локхерд поворачивается ко мне спиной, хватается за дверную ручку и бросает мне через плечо:

— Хорошо. Я дам тебе десять минут, чтобы ты собралась и спустилась. Я не могу ждать дольше, так что тебе лучше поторопиться.

Ого! Неужели он так легко согласился? Заметив, что я стою как вкопанная, он хватает меня за плечо и тянет за собой.

— Ты меня слышишь? У тебя всего десять минут. Скорее иди в свою комнату и собирайся. Ты же не планировала отправиться прямо в этом, не так ли?

— Ты даже не спросишь, зачем?

— Не волнуйся. Я и без твоих объяснений все знаю. Так ты не собираешься подготовиться? Или отнести тебя прямо вот так?

Локхерд хватает меня за талию и перебрасывает через плечо. И проблема даже не в том, что я вишу высоко в воздухе, а в том, что мое тело так сильно раскачивается, что говяжий суп, съеденный на завтрак, вот-вот попросится обратно. Я бью братца по спине сжатыми кулаками, раскачиваясь в такт его шагов. Он определенно намного сильнее и выносливее, потому что, кажется, совершенно не замечает моих ударов.

— Отпусти меня сейчас же. Разве я не просила тебя перестать обращаться со мной как с ребенком?

— Вчера подняла шум из-за того, что собралась стать леди, а сегодня уже вернулась в свое хулиганское «я»? Неужели все это было лишь сиюминутной прихотью?

— Это не прихоть! Я буду молчать, так что опусти меня!

Плечи Локхерда содрогаются от смеха. Несмотря на извинения, он и не думает выполнять мою просьбу. Ну как он может быть таким?.. Я прикусываю губу и сердито вздыхаю. Услышав это, он снова смеется. Только когда мы спускаемся на этаж ниже, он, наконец, удосуживается поставить меня на ноги.

— У Незара дела с утра, так что он сможет встретиться с тобой только после полудня. Ждать его будет скучно, поэтому возьми с собой ту толстенную книгу по этикету, которую читала вчера. Проведешь в саду всего десять минут и поймешь, насколько становится скучно.

Незар?

Я открываю дверь своей комнаты и удивленно смотрю на него.

— Я не собираюсь встречаться с Незаром.

Его брови хмурятся от услышанного.

— Нет? Тогда зачем тебе со мной?

— Чтобы посмотреть, как ты тренируешься. Дейзи! Иди сюда скорее, мне нужно подготовиться к выходу!

— Чтобы посмотреть, как я тренируюсь?..

Дейзи устремляется ко мне, а Локхерд скрещивает руки на груди и хмурится. В руках у горничной — свежее светло-зеленое платье. Я заранее сказала ей, что мне нужно немедленно уйти, так что она подготовилась, чтобы одеть меня побыстрее.

Я пропускаю Дейзи в комнату, оставляя дверь приоткрытой, и обращаюсь к брату.

— Ты ведь не передумал брать меня с собой, верно?

Мой отчаянный голос заставляет его немного расслабиться, и он задумчиво потирает шею. Тем не менее, все еще смотрит на меня озадаченно.

— Раньше тебя совершенно не заботило, где я и чем занимаюсь. С чего это вдруг ты захотела посмотреть?

Произнеся это, он замолкает, глядя, как зазор в двери превращается в узенькую как нитка щелку. Нужно поскорее закрыть дверь, пока он не передумал.