Старший слуга шёл по коридору, освещённому лунными лучами, его шагов не было слышно.

Он постучался в дверь и больше никак не нарушал тишину ночи.

Внутри комнаты была Канами, что тоже не издавала никаких звуков.

Старший слуга, Ран – святой Киришима Ран, наслаждался невероятным зрелищем, что открылось перед ним, вместе с распахнувшейся дверью

— Милота – это правосудие...

Две девушки сидели на полу на коленях и склонили головы, их попки бесстыдно предстали перед Раном.

На них были тёмно-синие фартуки.

Белые кружевные носочки просматривались из под юбок, что ели скрывали их бёдра.

А на ножках были чёрные, словно беззвёздная ночь туфельки на высоких каблуках.

— Я не привык такого говорить, но разве это не то что называют "моэ", верно?

Попки двух красивых девушек продолжали торчать вверх, пока они ползли к Рану.

Их одежда отличалась от обычной униформы.

Милые одеяния в тёмно-синих тонах.

И белые, словно взбитые сливки носочки.

На них не было стринг, но всё равно они выглядели очень очаровательно.

Их одежда была создана для обслуживания.

Так называемый наряд горничных.

— Ран-кун, тебе нравятся горничные?

Спросила Мисудзу, пока трясся своей попкой.

Ран конечно же не ненавидит горничных, но они его не сильно интересовали. Он не заставлял их одевать это из-за любви к служанкам. Но две одноклассницы, что в униформе горничных и искренне желали обслужить его, не на шутку возбудили парня.

Он не мог насладиться мэйд кафе на школьном фестивале.

Да, девушки так носили униформу, но они не были настоящими горничными.

Нет, и дело здесь не в физиологии.

Просто, даже если ты носишь одеяние служанки, без желания "искренне обслужить хозяина" ты не станешь горничной.

Ну а ещё...

Школьницы из мэйд кафе никогда не предоставят особые услуги.

В отличии от этих двоих...

— Будет освежающе и приятно быть изнасилованной в таком виде.

— Верно. Почему-то, моё сердце невероятно трепещет.

Прежде чем он успел попросить их что-то сделать, их головы уже были заполнены желанием вытворят что-то похотливое с Раном.

Ему не нужно склонять голову и говорить: "Прошу, позвольте мне заняться вами", они обслужат его от начала и до конца.

Эти две горничных были абсолютно покорны Рану.

С чепцами на голове, щёчки девушек краснели, выпуская напряжение.

Увидев это, Ран стащил с себя пояс.

Штаны дворецкого упали на пол. Он убрал их в угол комнаты, так как не хотел запачкать. Ран поступил так же и с пиджаком.

Подняв попки, Канами и Мисудзу с интересом наблюдали за тем, как Ран раздевается.

Канами радостно улыбалась, пока её щёчки краснели. Мисудзу же лихорадочно вертела головой, прикрывая свой ротик. Они обе прекрасно реагировали на Рана, но интересно, почему так отличались их действия?

— Пенис Рана высунулся из-за трусов.

— О-он уже встал...

Две красивых одноклассницы в костюмах горничных, смиренно сидящие на полу с поднятыми попками. Нет такого школьника, кого бы это не возбудило. Ран подумал что пора снимать трусы, но делать это самому не интересно.

Парень сдвинул их тёмно-синие юбки, пока кончик его пениса просматривался из-за трусов. На Мисудзу были возбуждающие светло-голубые трусики, Канами же носила белье этого мира.

— Так, с кого бы мне начать?

Сдвинув их юбки, Ран погладил попки девушек.

— Ах!

— Ня!

Удивившись двум милым крикам, Ран начал запускать свои пальцы под их белье. Медленно оттаскивая их в бок, понемногу начали показываться их милые щёлки. Мисудзу была гладко выбрита.

Поглаживая их попки, он медленно стягивал с них трусики. Как вдруг две пухленьких задницы врезались в него.

Они трахались уже много раз, но впервые на их попки так смотрели. Их голые булочки были очень очаровательными, особенно когда те немного вспотели.

«Она возбудилась от этого?»

Щёлка Мисудзу уже намокла. Киска же Канами все ещё была суха, но уже подёргивалась и сжималась.

— Вы такие милые, Мисудзу, Канами.

— Ах, ах, здесь, хорошо...!

— Штука Рана трётся об меня...

Достав свой член, на головке которого уже появилась прозрачная жидкость, он начал хлопать им по круглым попкам девушек. Медленно проводя ним по их щёлкам он слегка заталкивал в них кончик. Мисудзу уже была достаточно влажной, так что он мог вставить в неё немедля.

— Мисудзу, ты уже так намокла.

Он наслаждался видом белоснежной попки Мисудзу, укутанной в костюмчик служанки. Накинувшись сверху на неё, он сильно обнял девушку.

Ран мял и ласкал груди девушки, скрытые за тёмно-синей тканью. Он понял что сегодня на ней нет лифчика. Даже в одежде, её грудь прекрасно ощущается.

«Прекрасно! Просто удивительные чувства!»

— М-м-м, ааа...

— Твои сосочки затвердели.

— М-м-м, не говори такого.

Пока он прижимался к Мисудзу, сбоку за ними следил похотливый взгляд. Канами смотрела на его пальчики, пока трясла своей обнажённой попкой.

Положив свой пальчик в рот и причмокивая ним, она наблюдала за ними. Её жест, показывающий, что ей требуется больше внимания говорил сам за себя.

Пока руки Рана забавлялись с грудью Мисудзу, кончик его члена целовался с её потайной частью. Когда он ввел в неё свой член, дырочка девушки сжалась. Он не заходил слишком глубоко.

— Ах, горячая штуковина Ран-кун достаёт до странных мест, ууу...

Натерая её затвердевшие соски, Ран похлопал Мисудзу по голове. Она застонала от удовольствия, киска девушки сочилась нектаром любви.

Рука, что только что похлопала её по голове, уже нежно гладит её дырочку. Она уже достаточно взмокла, чтобы вставить в неё полностью, но...

— Р-ран... поторопись и займись мною тоже.

Ему не стоит забывать про трясущую талией Канами. Убедившись что соски Мисудзу достаточно затвердели он слез с неё.

Он наваливается, на уставшую от ожидания Канами, так же как и на Мисудзу.

— Р-ран. Я хочу, чтобы ты поигрался с моей грудью.

— Нет смысла спешить. Я ещё дойду до этого.

Обняв её сзади, он схватился за здоровенные груди Канами. Большие и мягкие, груди, что воплощают в реальность мечты мужчин. Они легко меняют свою форму, под натиском рук Рана. Пока он гладил её выпуклости, у Канами начал просачиваться сладенький голосок.

— М-м-м. Вот здесь, да... Как хорошо, ещё...

Сжимая пальцами её сосочки, он продолжал гладить грудь ладонью. Мисудзу пока ждёт своей очереди, поэтому её вовсе не слышно.

— Ты сдерживаешь свой голосок?

— Э-это не та...

— Хочешь проверить?

Своим указательным и большим пальце он сильно сжал её сосочки.

Тело Канами аж подпрыгнуло, а потом из её уст вырвалось очаровательное дыхание. Она старалась сдерживать голос. Ран посчитал что это очень мило, но теперь он стимулировал не только её груди, но уже и киску.

— Хья-а!

Ран затолкнул свой член в киску, что взмокла быстрее, чем кто-либо это заметил. Но пока он ласкал кончиком лишь её вход, не вставляя глубже.

Благодаря всему этому, щёлка Канами больше не могла сдерживаться, и промокла до самого основания.

Вздрогнув от такого насыщенного женского запаха, Ран сбросил свои трусы. Он стоял на коленях, смотря на двух девушек, что выставили свои попки.

— Здесь!

— М-м-м... ах!

— Нья, нья-а!

Его пальцы вторглись в две дырочки, наполненных соками. Наблюдая за двумя дрожащими попками, Ран разрабатывал их щелки.

От удовольствия, киска Мисудзу всосала пальцы парня. Канами же, напротив, начала истекать любовным нектаром, как сучка во время течки, словно приветствуя кончики пальцев Рана.

Щёлка Мисудзу говорит, что она уже готова принять его член, а Канами же наоборот, заявляет, что хочет ещё больше ласк.

— П-поторопись и вставь свой пенис...

Просьба Мисудзу, в уголках глаз которой собрались слёзы, разожгла его садистскую натуру. Канами же просто прижалась лицом к полу, но не нужно слов, чтобы всё понять, смотря на то, что творится с её промежностью. Щёлка девушки сочится с невероятной силой, словно говоря: "Вставь в меня что-то, чтобы перекрыть эту течь".

— Но сперва.