Глава 8
Из-за предстоящей посиделки эти двое вновь приободрились и занялись поиском хорошего ресторанчика с таким энтузиазмом, будто намеревались перепробовать все блюда мира. Так миновало двадцать минут, и пока они были поглощены выбором, я тихо выскользнул в соседнюю комнату. Третий этаж был заполнен небольшими конференц-залами, которые, вероятно, использовались артистами и менеджерами для проведения встреч.
Опершись о стену, я рассеянно блуждал взглядом по пустому помещению. Мыслей не было. Я просто ждал, когда они наконец найдут подходящее заведение и позовут меня. Дверь приоткрыта, так что, если кто-то выйдет из соседней комнаты, будь то менеджер или Хансу, – я сразу это услышу. Однако неожиданно до меня донёсся голос совершенно другого человека:
— Какого чёрта? Что вы двое тут забыли?
За возмущённым криком Мёншина незамедлительно последовал ответ Хансу:
— Мы здесь, потому что имеем на это право! И вообще, разве вас это касается?
Я повернул голову и выглянул за дверь. Мёншин стоял ко мне спиной, холодно выплёвывая гадости в сторону повёрнутого к нему Хансу:
— А тебя ещё не вышвырнули отсюда? Я не понимаю, как идиота, который даже не может стоять перед камерой из-за своей фобии, так долго здесь терпят.
Менеджер Чой, вышедший, чтобы уладить ситуацию, нахмурился на этих словах.
— Юхан, что ты такое говоришь? Хансу…
— То же самое хочу спросить у тебя. Какого чёрта ты здесь делаешь, если у тебя больше не осталось ни одного действующего артиста? Вы два неудачника.
Хансу покраснел, словно оскорблённый внезапной вспышкой Мёншина.
— Это мы-то неудачники? Ха, думаете, кроме вас, хён, менеджеру больше не с кем работать? Менеджер-ним уже нашёл кое-кого. Этот человек прошёл сегодня личное собеседование и даже получил контракт!
То, что Хансу начал нести после, не позволило мне, ранее равнодушно наблюдающему за их разговором, оставаться безразличным.
— На собеседовании его игра была настолько хороша, что ему даже удалось довести руководителя Пака до слёз! Он гениальный актёр! Гениальный!
Речь точно идёт обо мне?
— Так что можете о нас больше не беспокоиться. Даже с небольшой поддержкой компании он станет таким выдающимся актёром, что вы, хён, ни за что не сможете с ним сравниться, — Хансу задрал подбородок, схватил смущённого менеджера и, потянув его обратно в кабинет, громко хлопнул за собой дверью.
Мёншин стоял неподвижно и продолжал смотреть на закрытую дверь. Я мог видеть только половину его лица, но этого было достаточно, чтобы с уверенностью сказать: он сейчас в ярости.
Став свидетелем подобной сцены, мне действительно захотелось рассмеяться. Ничего не изменилось. Мёншин всегда был таким. То, что другие сочли бы мелочью, не стоящей внимания, он долго вынашивал в себе и превращал в настоящую проблему.
Мёншин сменил имидж, стал популярным актёром, который может позволить себе разъезжать на дорогих спорткарах, однако внутри остался прежним. К примеру, сейчас было бы правильно просто проигнорировать бывшего товарища и директора компании, которая разрушилась по его вине, но он не может.
Простояв так ещё какое-то время, Мёншин выудил телефон из кармана и направился куда-то быстрым шагом. Я тихо последовал за ним. Он вошёл в пустой лифт и начал подниматься вверх. Убедившись, что лифт остановился на самом верхнем этаже, я без колебаний отправился сразу на крышу, ведь, насколько мне было известно, на верхнем этаже обычно находятся только технические помещения, доступ к которым требует отдельной карты.
Разумеется, Мёншин туда не пойдёт. Поэтому остаётся только одно место – терраса на крыше. Я поднялся по лестнице, на которой уже был несколько дней назад. Осторожно приблизился к открытой двери и, спрятавшись за деревом в центре террасы, прислушался. Оттуда до меня дошли сердитые крики Мёншина:
— …Блять, да просто это раздражает! Они же специально приходят сюда, чтобы следить за мной. И вот как мне узнать, что они там придумывают за моей спиной? Грёбанные пиявки, не могут оставить меня в покое… Серьёзно, мне аж дурно от этого. …Да, знаю. Но ты всё равно должен это выяснить. Он прошёл собеседование сегодня… Ага. Просто достань мне его график, а об остальном я позабочусь сам. Что? Ха, ещё бы. Растопчу его до того, как он начнёт что-то из себя представлять. Будет ему уроком, что работать с директором Чоем – равно обречь себя на провал.
Я нисколько не переживал, узнав, что являюсь объектом его гнева. Напротив, находил забавным то, как он засуетился из-за меня. Конечно, пока ему неизвестно, кто я. Это облегчит мою работу и гарантирует веселье в будущем. У меня даже поднялось настроение от того, как удачно всё складывается, но внезапно Мёншин резко повернул голову:
— Кто здесь?!
Его голос разлетелся по крыше.
От неожиданности я неосознанно присел. Практически опустившись на землю, склонил голову вниз и прислушался. Мне совсем не хотелось быть обнаруженным. Ещё слишком рано раскрывать свою личность – я пока даже не вошёл в эту индустрию.
Какой бы сильной ни была моя жажда мести, сейчас я всего лишь нищий курьер. Если выйду против популярного актёра, владеющего автомобилем за несколько сотен миллионов вон, то просто выставлю себя посмешищем. Поэтому, какой бы нелепый у меня сейчас ни был вид, я пригнулся, чтобы не привлекать к себе внимание, и старался не издавать ни звука.
Послышались приближающиеся шаги. Я огляделся в поисках нового укрытия, но поблизости не было ничего подходящего, а дверь находилась слишком далеко.
— Я спросил, кто там? — его голос становился всё громче. — Ты же прячешься, да?
Как мне поступить? Встать и встретиться с ним лицом к лицу?..
— Кто это прячется?
Хм? Неожиданно вмешавшийся голос заставил моё тело напрячься. Неужели всё это время здесь был кто-то ещё? Не раздумывая, я поднял голову, чтобы найти источник звука. Мёншин стоял недалеко от дерева, за которым я прятался, а с противоположной стороны к нему приближался мужчина.
У меня не было возможности рассмотреть его, так как он стоял ко мне спиной, но я мог спокойно наблюдать за лицом Мёншина в этот момент. Оно выражало даже большее удивление, чем моё. Я отчетливо уловил, как он задержал дыхание. Однако тем, что показалось мне ещё более странным, чем удивлённое выражение Мёншина, были слова, вырвавшиеся из его рта:
— Ох, п-прошу прощения.
Узнав человека перед собой, Мёншин поспешил извиниться. Он растерянно глядел на медленно приближающегося мужчину, словно только что совершил огромную ошибку.
— Я услышал шум, поэтому подумал, что кто-то подслушивает мой телефонный разговор. Не знал, что это были вы, господин Ю...
— Где, по-твоему, ты сейчас находишься? — мягкий голос прервал Мёншина.
Приятный и доброжелательный тон показался мне знакомым. Позабыв о том, что прячусь, я снова высунул голову.
— Разве это твоя личная территория?
— Н-нет, просто...
— К тому же разговор был не настолько интересным, чтобы его подслушивать.
И тем не менее он всё равно подслушал. Как бы подтверждая это, мужчина бесстыдно добавил:
— Обычная болтовня о том, как бы избавиться от новичка, не так ли?
Несмотря на противоположное содержание, сладким голосом он словно расточал похвалу. На лице Мёншина застыло каменное выражение. И тогда я наконец-то смог увидеть человека, способного одной своей улыбкой лишить собеседника дара речи. Это был тот сумасшедший, с которым я столкнулся ночью два дня назад. Он тихо хмыкнул и вынул сигарету.
— Я бы хотел покурить в одиночестве.
Оцепеневший Мёншин тут же пришёл в себя и раскрыл рот.
— П-прошу прощения. Думаю, вы неправильно поняли тот разговор. Я просто хотел разыграть своего приятеля, — он неловко улыбнулся. — Вы же не подумали, что это правда?
— Сигарета.
— Что? Ах, вы имеете в виду, что хотите покурить в одиночестве?
Понимая, что не имеет другого выбора, кроме как отступить, Мёншин поджал губы.
— Тогда в следующий раз, если это возможно, вы позволите мне составить вам компанию?
Глядя в его сверкающие глаза, мужчина расплылся в широкой улыбке и ответил:
— Нет.
— …
— Неужели у тебя вообще нет такта? Не думаешь, что пора уходить?
Рукой, в которой держал недокуренную сигарету, он указал в сторону выхода. Мёншину оставалось только печально взглянуть на него, прежде чем тихо попрощаться и скрыться в дверях.
Звук его шагов по лестнице постепенно отдалялся, но я не спешил подниматься с корточек. Пускай Мёншин ушёл, здесь ещё оставался человек, которого я не хотел видеть. Однако моему желанию не было суждено сбыться.
— Эй, Ли Бэквон. Выходить не собираешься?
Блять.
Меня охватила отчаянная необходимость высказать свое негодование, но я ограничился мысленными проклятиями. Медленно поднявшись, я вышел из укрытия и увидел его, стоящего с сигаретой во рту. В ярком свете его улыбка приобрела ещё более пугающий вид, а надменное выражение на лице вызывало раздражение.
Но отношение Мёншина к нему было странным – он буквально пресмыкался перед этим психом. В таком случае можно полагать, что у него много власти, верно?
— Так это Сон Юхан? Ему ты собрался мстить?
Сейчас, встретившись с ним во второй раз, я ещё отчётливее ощутил, что он кажется мне знакомым. И не только его лицо – этот прямолинейный тон тоже кого-то напоминал.
— Я задал тебе вопрос, Ли Бэквон.
Меня больше бесило прозвище «Двести Вон», чем тот факт, что он узнал обо мне и Мёншине. А ещё его самодовольная ухмылка. На язык так и просилось слово на букву «с», но я не хотел быть банальным. Нужно что-то серьёзнее… Ах, вот оно. Мне неожиданно вспомнилось английское ругательство, которое я услышал от Хансу.
— Не твоего ума дело. Психопат.
Поскольку «псих» – это оскорбление, то «пат» на конце наверняка усиливало его. Я предположил, что это слово имело примерно такой же смысл, что и «сукин сын», поэтому говорил уверенно.
Реакция последовала незамедлительно. Всего на мгновение, но его глаза слегка сузились. И пускай он быстро принял прежний вид, было очевидно: мой выпад его удивил. Однако, когда он снова открыл рот, моё настроение окончательно испортилось.
— Что ж, я слышу это время от времени.
Не могу поверить, что он так легко это принял. Выходит, я не первый, кто его так назвал. Придя к заключению, что этот парень может быть ещё хуже, чем мне казалось, я поморщился.
— Так это Сон Юхан?
— …
— Поэтому ты сейчас гнался за ним? — вновь повторил он.
— Как ты об этом узнал?
— Просто в тот момент я гнался за тобой, — бесстыдно пробормотал он, затянувшись сигаретой и наклонив голову вбок. — Ты ведь прошёл собеседование? Ходят слухи, что ты запугал руководителя Пака ножом и едва не довел его до слёз.
Его прищуренные глаза устремились к моему карману, где был спрятан нож.
— А ещё я слышал, что ты угрожал ему, как какой-то мелкий хулиган, и играл на уровне пятилетнего ребёнка. Ситуация могла повернуться иначе, не будь руководитель Пак таким трусом.
Его мягкий голос пронзил меня, точно лезвие. На губах у этого психа играла улыбка, но глаза были холодны, как лёд.
Глядя на него, я неторопливо ответил.
— Ты прав. У меня почти не было шансов.
На мгновение его улыбка исчезла. Но вскоре, словно по привычке, уголки губ снова приподнялись.
— Ни выдающейся внешности, ни природного актёрского таланта. И тем не менее ты собираешься мстить?
— Тебя это не касается.
Собеседник не придал значения моим резким словам и только шире улыбнулся. Теперь он открыто наслаждался этой ситуацией.
— С такими навыками тебе и десяти лет не хватит, чтобы подняться до уровня Сон Юхана. Разве только если ты не найдёшь себе спонсора. А, точно. Ты ведь говорил, что нацелен на директора Юна? — он осмотрел меня с головы до ног. — С такими-то данными?
Как ни странно, меня это совсем не разозлило. Возможно, причина была в его сухом тоне. Или в том, что это было вполне справедливое замечание.
— Я осознаю свои возможности, — спокойно ответил я.
— Да, похоже на то.
Он снова затянулся и выпустил облачко белого дыма.
— Кажется, ты действительно осознаёшь, в каком положении находишься. Шансы у тебя нулевые. Знаешь, я нахожу тебя довольно разумным и рассудительным человеком. Поэтому не кажется ли тебе самому забавным, что, будучи таким безнадёжным актером, ты собрался мстить?
Нет, не кажется. Зато кажется, что я никогда не смогу найти общий язык с этим типом. И не только из-за его вечных провокаций. Просто подсознательно я воспринимал эту пугающую разницу между его улыбающимся лицом и безразличным тоном, как предупреждение о потенциальной опасности. И даже сейчас он с лёгкостью вытащил то, что я скрывал внутри. Как всегда, сохраняя улыбку на лице.
— Знаешь, ты в самом деле…
«В самом деле» что? Я пристально уставился на него, и он взглянул на меня в ответ.
— Для тебя месть – лишь инструмент, но истинная цель совсем иная, не так ли?
Я не мог произнести ни слова. Моё лицо ничего не выражало, но, глядя на его жестокую усмешку, я понял: он заметил моё волнение. Удерживая меня взглядом, он прошептал:
— Да, определённо. Ты очень забавный.
***
Я облажался.
Только эта мысль крутилась у меня в голове с тех пор, как я вернулся с крыши. Как я умудрился связаться с этим ненормальным парнем? Чёрт возьми, просить у него сигарету было огромной ошибкой. Он из тех людей, которые видят других насквозь. Станешь такому врагом – и он превратит твою жизнь в ад.
«Если планируешь остаться в этой компании, готовься к тому, что мы будем часто пересекаться. И, как я уже говорил, я нахожу тебя довольно интересным, поэтому планирую всячески вмешиваться во всё, что ты делаешь. Так что хорошенько подумай, что ты сможешь дать мне в ответ».
Я даже не знаю, кто этот парень, а он уже ставит мне условия. Он был так любезен, что оставил свой номер телефона и дал неделю на размышления. По правде, мне хотелось просто проигнорировать его предложение, но то, как Мёншин лебезил перед ним, заставило меня передумать. И всё же, насколько большое влияние он имеет в компании?
— Тэмин-а? — кто-то потряс меня за плечо.
Обернувшись, я увидел менеджера и Хансу.
— Что с тобой? Ты вдруг пропал, а теперь вернулся и выглядишь как-то странно.
— Менеджер.
— Да?
— Артист из нашей компании, всё время улыбается, на вид лет тридцать… Хотя нет, забудьте. О чём вы там говорили?
Нет смысла узнавать его имя. В любом случае он не тот, кто мне нужен.
— А, я хотел спросить, будет ли у тебя время сделать фотографии для портфолио на следующей неделе. Стоило бы заняться этим сразу после собеседования, но я решил отложить до тех пор, пока твоя губа полностью не заживёт. Это будет твоя первая фотосессия, и, как сказал руководитель Пак, после неё они примут решение, как поступать с тобой дальше. Так что стоит отнестись к этому серьёзнее. Большую роль играет фотограф, но, к счастью, наша компания сотрудничает с одной известной студией. Ты только не нервничай, ха-ха!
Я и не нервничал.
— Кроме того, нужно будет дополнить твоё портфолио. Указать информацию об образовании и прошлой ра… боте… — менеджер запнулся обеспокоенно глянул на карман, в котором лежал мой нож. — Кхм, слушай, спрашиваю просто на всякий случай. Тэмин-а, ты ведь не занимался ничем противозаконным в прошлом?..
— Не волнуйтесь. Я не сидел в тюрьме.
— Ха-ха, правда?
— Но меня пару раз забирали в полицейский участок.
Их лица внезапно застыли. Искренне недоумевая, почему они так отреагировали, я поинтересовался:
— А вас двоих что, никогда в полицейский участок не приводили?
— ...
— …
Я продолжал непонимающе смотреть на них, ожидая ответ. Спустя какое-то время Хансу наконец-то открыл рот:
— Эм, а старшая школа… Вы же её закончили?
— Нет. Меня исключили на первом году обучения.
Брови менеджера Чоя дёрнулись.
— В таком случае, полагаю, ты работал не покладая рук, чтобы оплатить лечение своей больной матери, и поэтому тебя исключили из школы за пропуски…
— Я просто гонял на байке и вымогал деньги у людей.
Почему-то их лица побелели. «Может, проголодались?» – подумал я и раскрыл им свой единственный недостаток:
— В общем, я немного необразован. Особенно в английском.
Когда лица этих двоих побелели до такой степени, что я начал серьёзно беспокоиться, менеджер прошептал:
— …Что ж. С этого момента мы оставим всё, что касается тебя, на Бога и будем надеяться на лучшее.
***
К счастью, новые курьеры нашлись почти сразу, поэтому мне пришлось отработать всего лишь неделю. Отдав ключи от машины в последний день, я тихо ушёл, ни с кем не попрощавшись. С завтрашнего дня мне предстоит выходить на работу в другое место, но я всё ещё не до конца осознаю это. Тем не менее у меня нет сомнений: я сделаю всё возможное, чтобы отомстить. С тем же упорством, с каким пять лет трудился, чтобы вернуть долг, я теперь направлю все свои силы на месть. Поэтому я оставался спокоен, даже когда проблемы начались уже на самом начальном этапе – съёмке для портфолио.
На мой взгляд, это элементарно: просто нажми на кнопку, и всё готово. Так что, когда меня привезли в студию с высокими потолками, напоминающую склад, я немного растерялся. Приборы, название и назначение которых мне неизвестны, были разбросаны по всему помещению, а в центре висел только огромный белый фон. И хотя я ничего не смыслил в этом, кое-что стало ясно даже мне. Здесь не было людей – тех, кто должен управлять всеми этими приборами и устройствами.
— Нет, разве я не звонил вам вчера? Даже дважды уточнил, во сколько нам приехать!
Менеджер, обычно не проявляющий недовольства, громко ругался с единственной девушкой, оставшейся в студии. Та была явно растеряна и без конца повторяла, что является обычным работником на полставки и ничего не знает.
— Сегодня утром все собрали оборудование и отправились на фотосессию. Они сказали, что будут где-то в сельской местности и сами не знают, когда вернутся.
— Абсолютно все? Включая фотографа Пака? Вы уверены?
Девушка кивнула.
— Да, все. В том числе команда стилистов и визажистов. Меня вызвали ранним утром и сказали, что в течение следующих нескольких дней мне придётся приглядывать за пустой студией, — едва не плача, она оправдывалась перед менеджером и настойчиво пыталась дозвониться до начальства. Однако на другом конце никто не отвечал на её звонок.
Господин Чой тоже достал телефон, чтобы кому-то позвонить, но, услышав следующие слова девушки, замер.
— Мне самой ничего не известно. Только мельком услышала, что господину Сон Юхану срочно потребовалось провести фотосессию на открытом воздухе.
— Кому?
— Хм? Вы его не знаете? Сон Юхан, известный актёр. О, секунду, мне перезвонили… Алло, босс! Тут из «Dream» пришли. Говорят, договаривались о съёмке для портфолио… — сотрудница поспешила объяснить ситуацию, но, когда настала очередь слушать ответ собеседника, на её лице возникло замешательство. Затем она оглянулась на нас с менеджером.
Вероятно, договорив по телефону, она скажет, что никто не сможет прийти, и извинится. Однако, вопреки моим ожиданиям, извинения прозвучали от другого человека.
— Мне жаль, — господин Чой виновато опустил голову и прошептал. — Похоже, Мёншин вмешивается в твою работу из-за меня…
Я уже слышал, как Мёншин обсуждал это по телефону на крыше, поэтому ни капли не удивился. Мне хотелось успокоить менеджера и уверить, что это вовсе не проблема, но в итоге я промолчал. К тому же, за что тут извиняться? Всего лишь какая-то фотосессия.
— Но мы же можем сделать фотографии в другом месте?
— А… Ну, просто у компании контракт с этой студией. Поэтому, если мы хотим сниматься в другом месте, сначала нужно уведомить руководство и получить на это разрешение. Либо заплатить из своего кармана. Вот только сейчас у меня немного тяжело с деньгами…
— …
— Ничего страшного! Конечно, ты подписал контракт всего на месяц и должен отправить снимки как можно скорее… Но не переживай! В компании есть люди, которые умеют фотографировать, так что в крайнем случае мы точно кого-нибудь найдём…
«Кого-нибудь»? Не он ли говорил, насколько большую роль играет выбор фотографа?
— Тэмин-а, пойдём обратно. Я попрошу перенести фотосессию на послезавтра. Послезавтра ведь получится? — спросил менеджер у девушки, которая в это время уже завершила звонок.
Держа в руках расписание, она снова выглядела растерянной.
— Эм… На ближайший месяц у нас всё забито, поэтому мне сказали больше никого не записывать.
— Что? Ха, но тогда мы… — господин Чой повысил голос, но затем, будто понимая, что девушка ни в чём не виновата, постарался успокоиться. — Тогда запишите нас на ближайшую свободную дату. Мы можем приехать даже на рассвете, если потребуется…
Он произнёс последние слова почти шепотом, чтобы я не услышал. Прежде чем покинуть студию, менеджер ещё несколько раз попросил связаться с ним, как только у них появится время. Очевидно, он винил во всём себя. Мне хотелось его утешить и сказать, что это не так, однако я снова не нашёл подходящих слов.
— Ты, наверное, удивлён? Ха-ха, в нашей индустрии то и дело происходит неразбериха и всё идёт не по плану!
Из-за вымученной улыбки мышцы на его лице неестественно подрагивали. Казалось, что бы я сейчас ни сказал, он не станет меня слушать. Так что я просто кивнул и сел в его старенькую машину.
— Вот, я составил расписание на ближайшее время.
Листы, которые он мне протянул, были заполнены практикой: вокала, сценической речи, танцев… В донельзя забитом графике были окошки на два-три часа в день, выделенные красным. Менеджер указал на них пальцем и объяснил:
— Это занятия, которые оплачивает компания. Большинство людей уже имеют опыт, поэтому тебе может быть немного трудно поспевать за ними. Но не волнуйся, ты справишься.
Я не волновался, однако и в этот раз у меня не было возможности сказать об этом. Поскольку теперь у нас освободилось время, менеджер предложил сразу посетить одно из занятий и позвонил в компанию. Но этот разговор прошёл по такому же сценарию, как предыдущий.
— …Что? Что значит, вы не примите актёра, за которого я отвечаю? Компания его уже одобрила… Из-за того, что он неопытен?! Так поэтому ему и нужно учиться! Конечно! К тому же, это прописано в контракте… — господин Чой вдруг резко замолчал. В тот момент, когда мне уже начало казаться, что он перестал дышать, раздался его тихий шёпот. — Это из-за Сон Юхана, да? Этот сопляк… Алло? Алло!
Он тупо уставился на телефон, когда человек на другом конце положил трубку. Хотя я не совсем понимал, что произошло, одно было ясно: сегодня на занятия мне не попасть. Мой взгляд опустился на листок с недельным графиком. Он был расписан по минутам. И таких листов четыре. Должно быть, менеджер Чой тщательно продумывал, как я проведу этот месяц, пока действует мой временный контракт.
— Тэмин-а, мне так жаль. Это... — он продолжал говорить о чём-то, но в тот момент я ничего не слышал.
Я бессилен. Это было ясно с самого начала, и я думал, как найти решение. Но ведь на самом деле оно само нашлось. Просто я подсознательно исключал этот вариант, потому как тот, кто может мне помочь, кажется очень проблемным человеком. Сумасшедший. Он был прав. На что я могу рассчитывать с такими данными? Без каких-либо дальнейших размышлений я должен воспользоваться этой возможностью, какой бы безумной она ни была.
— Давай сначала вернемся в компанию и...
Я прервал менеджера, схватив его за руку. Удивлённый, он повернулся ко мне и спросил, в чём дело.
— Он будет разочарован.
— Разочарован? Кто?
— Сон Мёншин.
— О чём ты говоришь?
— Что вы обо мне думаете?
— А? Что?
— Я кажусь забавным?
— Не сказал бы. Но иногда ты кажешься настоящей занозой в заднице.
Я ухмыльнулся от неожиданно серьёзного ответа и, достав телефон, нашёл нужный мне контакт.
«Сумасшедший».
Спустя мгновение в трубке раздался знакомый голос:
[Алло?]
— Я дам тебе то, что ты хочешь, — равнодушно произнёс я, чувствуя на себе озадаченный взгляд. Ответа не последовало, поэтому я добавил. — Но сначала мне нужен аванс.
Через некоторое время раздался тихий смешок.
[И какая мне от тебя польза?]
Польза? Ну...
— Обещаю время от времени быть для тебя занозой в заднице. О, и возврата не будет.
***
Хлоп.
Я сел и откинулся на спинку сиденья. Из-за того, что вторая часть разговора произошла не в машине, а менеджер услышал только первую, на его лице смешались беспокойство и любопытство.
— Кто это был? Что, в конце концов, ты собрался ему дать? И зачем тебе аванс?
Наверное, это немного грубо, но мне пришлось задать другой вопрос, чтобы не отвечать ему.
— Как считаете, кто самый лучший?
— Лучший в чём?
— Лучший фотограф.
Он непонимающе уставился на меня, поэтому пришлось объяснить:
— Кое-кто согласился помочь мне.
— Кто?
И тут я вспомнил, что до сих пор не спросил его имя.
— Не знаю, — честно ответил я.
Менеджер нахмурился.
— Не знаешь? Не шути так…
— Я правда не знаю. Но в одном уверен точно: у него больше власти, чем у Мёншина.
— ...
— Так кого бы вы назвали лучшим в индустрии?
На этот раз сменить тему не получится. Но проблема в том, что мне правда почти ничего не известно.
— Я видел, как Мёншин пресмыкался перед ним.
Для меня это о многом говорило. На крыше я стал свидетелем его унизительных заискиваний. Подобное зрелище мне уже ни раз доводилось наблюдать, и я знаю, о чём говорю. В любой группе всегда найдётся тот, кто инстинктивно распознаёт лидера и спешит к нему подмазаться. Он может раздражать, но, в сущности, ничего серьёзного из себя не представляет.
Проблема только в тех, кто жаждет занять позицию лидера, используя для этого грязные методы. Я видел, как из-за жадности и хитрости одного человека вся группа в итоге разваливалась. Это был тип людей, которые, хотя внешне не кажутся сильными, на самом деле гораздо более опасны и коварны. Безусловно, нельзя равнять всех под одну гребёнку. Однако существуют определённые категории.
И Мёншин как раз входил в эту. Не обладая качествами настоящего лидера, он тем не менее жаждет власти и потому прибегает к низким методам. Это отчётливо проявляется в его поступках. Так что, если он склоняется перед кем-то, значит, этот человек сильнее его. По-моему, всё было очевидно, но менеджер нахмурился и спросил:
— То есть ты попросил помощи у человека, чьего имени даже не знаешь, только из-за этого?
— Да.
— …
Он посмотрел на меня и тихо пробормотал:
— Вижу, ты живёшь по наитию.
А разве не все так живут? Я уже открыл рот, чтобы возразить, однако следующие слова менеджера Чоя заставили меня заткнуться:
— Что, если этот человек опасен? И после того, как поможет, начнёт требовать от тебя что-нибудь странное? — он сделал небольшую паузу и откровенно сказал. — Я категорически против спонсорства. Но поскольку ты поступаешь так ради мести, я готов закрыть на это глаза. И всё же связываться с каким-то подозрительным человеком…
— Менеджер. Думаете, будет лучше, если я просто потеряю месяц из-за Мёншина?
— …
— И неужели я выгляжу как тот, кем легко воспользоваться?
Он почти перестал дышать и замер. Через некоторое время господин Чой вздохнул и ответил:
— Нет.
— Тогда просто оставьте это на меня. А теперь поехали.
— Хорошо... — согласился он и завёл машину. Затем повернулся ко мне и уточнил. — А куда?
***
Эта студия напоминала ту, в которую мы приезжали утром. Непонятное оборудование было разбросано по помещению без окон, напоминающему склад, а яркие лампы на потолках направлены на центральный белый фон. Студия фотографа, который, по словам менеджера Чоя, являлся самым успешным на данный момент, оказалась не менее унылой, чем предыдущее место.
— У господина Ли на сегодня не запланировано никаких съёмок. И из «Dream» с нами не связывались.
Перед компьютером в студии суетился молодой человек, лихорадочно перелистывая заполненный записями блокнот. В этот момент менеджер бросил на меня быстрый взгляд. Его глаза отражали ту же самоуверенность, что и перед нашим приходом сюда.
«Этот человек ведь сказал, что поможет тебе, да?», — всю дорогу повторял он, пока я не устал кивать в ответ.
— У нас не назначена встреча, но нам нужно сфотографироваться. Вы знаете, где господин Ли? Если он придёт, то сразу же всё поймёт.
— Он на втором этаже. Но сказал не беспокоить его сегодня…
— Ах, да всё уже улажено, так что не переживайте и скорее позвоните ему, — продолжал настаивать господин Чой.
С выражением сомнения на лице молодой человек набрал номер. Прошло какое-то время. После нескольких безуспешных попыток из трубки послышался голос. Довольный менеджер посмотрел на меня и объяснил:
— Как ты можешь понять, чтобы иметь такую студию в столь юном возрасте, нужно быть очень способным фотографом. Однако господин Ли ужасно упрям, он никогда не работает с теми, кто ему не нравится. Я пару раз был на его съёмках, поэтому немного переживаю. Но раз человек, с которым ты говорил по телефону, сказал, что поможет, то наверняка мы сегодня проведём фотосессию.
Дальше он ещё долго расхваливал этого фотографа, а потом, закончив разговор, повернулся к молодому человеку. Тот с хмурым видом выдавил из себя:
— Он сказал, что сейчас спустится. Но... он очень зол.
— А? Зол? — удивлённо переспросил менеджер. Он посмотрел на моё невозмутимое лицо и нервно улыбнулся. — Наверное, с господином Ли ещё не успели связаться.
— А кто должен был с ним связаться?
— Ну, это… — господин Чой снова покосился на меня и прошептал тихим голосом, чтобы молодой человек не мог его услышать. — Кхм, не то чтобы я в тебе сомневался, но ты уверен?
— Конечно, уверен. Фотограф Ли точно согласится.
Мой решительный ответ его обнадёжил.
— Ха-ха. В таком случае он вот-вот позвонит фотографу Ли.
— Кто?
— …Тот влиятельный человек?
— С чего вы взяли?
Молодой человек в недоумении раскрыл рот, готовясь что-то сказать, когда со стороны лестницы вдруг послышались тяжелые шаги. Звук становился всё громче, пока не раздался хлопок открывшейся двери, а за ним последовал недовольный голос:
— Какого хрена?! Кого сюда принесло?!
В открытую дверь вошёл молодой мужчина лет тридцати, одетый только в нижнее бельё.
- ↑ Ли Бэквон – 200 вон на корейском.