Великая четвёрка красавиц.

В школе Мидориба, куда я хожу, есть четыре настоящие красотки.

Они дружны, часто ходят вместе и своей внешностью притягивают внимание.

На первом году они вроде были в одном классе, тогда-то и появилось это глупое «великая четвёрка красавиц».

Сейчас они... Уже на последнем третьем году обучения.

Все учатся в разных классах.

И потому... По школе они уже не так часто ходят вместе.

Не потому что перестали дружить... Такие популярные особы стараются не собираться вместе в классе во время перерывов.

Иначе к ним начнут подтягиваться люди.

В кабинете обязательно кто-нибудь станет с ними общаться.

Потому в школе они не собирались вместе.

Может... Им не хотелось привлекать внимание.

Ученики третьего года уже привыкли к этому, но для первого и второго годов обучения девушки так и остались источником слухов.

Если только соберутся хотя бы трое...

— ... О, смотри, там.

— Круто, четвёрка красавиц!..

— К тому же... Их сразу трое!..

Сразу все начинали переговариваться.

Во время обеда в столовой некоторые ученики сразу же начали шуметь. Скорее всего первогодки. Считали, что им повезло встретить красавиц, про которых все говорили.

Оказывалось... Что даже три из четверых привлекают внимание.

В столовой появились...

«Загорелая гяру».

«Лоли с двумя хвостиками».

И... «Замужняя».

Все взгляды были обращены на них, а они спокойно подошли к автомату с билетами... Хотя.

На ребят не обращали внимания лишь двое из них.

«Загорелая гяру» и «замужняя».

— Йей, йей. Мир, мир.

А последняя... «Лоли» заметила, какое им уделено внимание, и мило улыбнулась.

Она махала руками и показывала «мир», демонстрируя своё расположение.

«Лоли с двумя хвостиками»... Сакон Рино.

Такая миниатюрная, что не догадаешься, что она в третьем классе старшей школы. Янтарные волосы свисали двумя хвостиками, усиливая впечатление её детскости.

Глупо конечно, я будто за прозвище нахваливаю... Но оно и правда подходит ей, девушка очень милая и красивая.

— Младшенькие полны энергии. И все без ума от Рино-тян.

— Прекрати, глупая.

Одаривавшую всех милой улыбку Сакон-семпай в голову ткнула Укё-семпай.

«Загорелая гяру»... Укё Ан.

Как и гласит её прозвище, она загорелая гяру. Взгляд резкий, к тому же красится, прямо производит впечатление колючей особы.

Раздражённым взглядом она смотрела на Сакон-семпай.

А у той в глазах появились слёзы и она надулась.

— Больно! Блин, ну ты чего, Ан-нян!

— А ты не делай ничего такого постыдного.

— Я ничего постыдного и не делала. Просто показала милым младшеклассникам милую-премилую Рино-тян.

— О том и речь. Блин... Потому я и не хотела обедать с тобой.

— Не достаёт тебе духа услужливости. Должно быть ты ещё не до конца пробудилась как одна из великой четвёрки красавиц, Ан-нян. Мы вроде как группа идолов этой школы.

— ... Этому тупому прозвищу одна только ты радуешься, — Укё-семпай явно была раздражена.

Среди всех девушек только Сакон-семпай радовалась этому прозвищу.

— Да уж, осторожности тебе не хватает. Мы ведь не знаем, кто и когда может нацелиться на это прозвище.

— Готова отдать его в любое время.

— ... Уверена? Уже скоро... «Она» возвращается с учёбы из-за границы. И мы снова будем с нашим легендарным изначальным харизматичным и прекрасным лидером пятёрки...

— О ком ты вообще?! Не было у нас никого изначального.

— Нья-ха-ха-ха. Ну да. Мы с первого класса вчетвером.

Стоило Укё- семпай указать на это, и Сакон-семпай рассмеялась.

Похоже легендарного изначального члена на самом деле нет.

Чёрт. А я на миг поверил.

Были байки о «пятой» и «фантомной нулевой».

— Блин... Эй, Касуми. Скажи ей что-нибудь тоже, — поражённо проговорила Укё-семпай.

И ответила ей девушка... С прозвищем «замужняя».

— А? Я? Хм, ну.

«Замужняя» Сирамори Касуми.

Высокая и стильная, но при этом собранная. Она выглядела скорее не как красивая девушка, а красивая женщина, ученица третьего года старшей школы, обладающая взрослой красотой.

Помимо ужасного прозвища она ещё была «президентом литературного кружка».

Между прочим... Я её заместитель.

— Ну, я согласна с Ан. Мне все эти странные штуки не очень по душе. Хотя и чувства Рино я могу понять, — Сирамори-семпай улыбнулась им. — Желание как-то услужить парню, который говорит, что ты ему нравишься, — с хитринкой сказала она и осмотрелась вокруг.

И... Нашла меня.

Я ел в углу столовой, когда наши взгляды встретились.

— ... М.

Когда это случилось, всё моё тело напряглось.

А видевшая это девушка самоуверенно улыбнулась...

А потом подмигнула.

Просто закрыла один глаз.

Только это сделала и всё... А я после этого места себе не находил.

Эй, эй... Чего вытворяет семпай?

Неизвестно, кто может увидеть, а она такое выкидывает!..

Особое обхождение.

Что это ещё за особое обхождение?..

И... «Парню, который говорит, что ты ему нравишься», — это про меня скорее всего.

Она похоже знала, что я украдкой смотрю на неё и слушаю, потому и подмигнула.

А, блин.

Я ей не соперник.

Что это за чувство поражения?!

Пока я страдал, мой друг, Токия, сидевший напротив, улыбался.

Судя по лицу, он тоже заметил подмигивание.

— Завидую я вашим заигрываниям.

— ... Замолчи и отвали, — холодно и бессильно ответил я.

Сирамори Касуми.

Одна из «великой четвёрки красавиц», называемая «замужней».

Она мой семпай и президент кружка, в котором состоим лишь мы двое, к тому же она популярна среди парней и девушек благодаря своей красоте и общительности...

И сейчас она пробно моя, Курои Сокити, девушка.

Так.

И почему же я, мрачнейший из мрачных начал встречаться с самой популярной девушкой школы?

Для этого надо вернуться на месяц назад.

Объясню все самые важные моменты по порядку.

Я... Влюбился в семпая, состоящую в одном кружке со мной.

Было неловко, но я влюбился в неё без оглядки.

Можно сказать, что прямо с первого взгляда как встретил, а потом целый год мои чувства крепли.

Конечно я прекрасно понимал, что не пара ей.

Она добра ко мне, потому что добра ко всем, и не стоит считать себя особенным. Если буду рассчитывать на что-то большее, то только сделаю больно нам обоим.

Я совсем не считал, что мы подходим друг другу.

Не думал, что мы можем встречаться.

Но всё же... На что-то я продолжал надеяться и практиковал признание после занятий в комнате, а ещё представлял, каким будет свидание.

Придумывал всякое, но боялся причинить боль, потому никаких действий не предпринимал, вот такой я жалкий.

Как-то так я и проводил дни с моим любимым семпаем, испытывая пустоту и раздражение из-за того, что не могу сделать шаг вперёд... И вот месяц назад.

Как-то в мае после занятий.

Случилось нечто, что изменило наши отношения.

... Я ведь тебе нравлюсь?

Похоже... Семпай узнала о чувствах, которые я скрывал. И от того, что ей стало известно о моих чувствах, я был готов умереть от стыда, но...

... Для начала может попробуем встречаться?

Случилось то, чего я не ожидал, и благодаря этому я продолжаю жить.

Пробно встречаемся.

Я не очень понял, что это вообще было, но поддался предложению Сирамори-семпай, мы стали встречаться.

Нет, ну.

Как-то неудачно «поддался предложению».

Совсем не круто.

Вообще не похоже на равные отношения.

... П-п-пожалуйста! Встречайся... Со мной. Пусть и пробно... Я хочу встречаться с семпаем.

... Стоит просто вспомнить, и уже умереть хочется.

Она узнала о моих чувствах, предложила встречаться и сделала так, что я пошёл у неё на поводу.

... Убожество.

Жалкий я.

Ну и вот.

С такого полного разгрома начались наши пробные отношения.

Если честно... Я до сих пор ничего не понимаю.

Всё кажется нереальным, будто весь месяц это не со мной было.

До сих пор переживаю, не сон ли это.

Такая красавица — моя девушка...

— Ты уже почти месяц встречаешься с Сирамори-семпай.

Я ещё не восстановился после подмигивания, как простодушно заговорил сидевший напротив Токия.

Нельзя же о подобном так спокойно говорить.

— Э-эй... Ты совсем дурак, не так громко.

— А?

— Говорю же... То что я... С ней встречаюсь... — я почти перешёл на шёпот.

Прикрыл рот рукой и проговорил.

— А, это секрет ото всех, да?

— ... Верно.

— Отстой. Могли бы и нормально встречаться.

— Так мы решили.

Обсудив, мы решили держать наши отношения в тайне ото всех.

Я сказал только Токии, а Сирамори-семпай похоже до сих пор никому не рассказала.

— Ну, я могу тебя понять. Шумиха ведь поднимется, если кто-то начнёт встречаться с такой знаменитостью... Особенно при том, что избранник тип вроде тебя. Не представляю, что за слухи начнут расходиться.

— ... Раз всё понимаешь, будь осторожнее.

Причин скрывать было много... Но в основном всё дело было именно в том, что озвучил Токия.

Не хотелось, чтобы на меня зло пялились.

Если неприметный тип вроде меня будет встречаться со школьным идолом, я просто не представляю, сколько ненависти мне придётся вынести.

Не нужны мне любопытствующие взгляды.

Хотя Сирамори-семпай не особо переживает из-за этого, и даже сказало нечто милое: «Потом всё равно нас раскроют, так что пока хочется повеселиться и подержать наши отношения в тайне».

— Да знаю, просто нам ни к чему так осторожничать. Одно дело если прямо признаться, но нас точно никто не раскроет.

— Это почему?

— Потому что даже если ты скажешь «я встречаюсь с ней»... Скорее всего никто не поверит.

— ...

Прозвучало грубо, но возразить мне было нечего.

В-ведь и правда...

Даже если не буду стараться и скрывать, всё равно никто ничего не узнает.

И как бы я ни признавался «я встречаюсь с Сирамори-семпай», никто мне не поверит. Скорее подумают: «А, это тебе сон такой вчера приснился?»

Похоже нежданно я обжился идеальной защитой.

Ха-ха-ха... Я настолько секретный, что плакать хочется.

А тем временем.

— ... Эй, не там, давай здесь, — сказала державшая еду Укё-семпай.

Когда две другие девушки собирались сесть, она прошла немного дальше.

— А? Почему туда? Где угодно ведь сесть можно.

— Если где угодно можно, то и здесь сойдёт.

— Бу. Ну и настырная ты, Ан-нян. Я ведь не хотела сегодня идти в столовую, а ты настояла...

— Ладно тебе.

Сирамори-семпай погладила по голове жаловавшуюся Сакон-семпай. В итоге они сели с Укё-семпай.

И сели они недалеко от нашего столика.

— ... М?

И тут я заметил.

Укё-семпай... Посматривала в нашу сторону.

Ува, вот блин.

Заметила, что я на них смотрел?

Считает, что я мерзкий?..

Мрачный тип, смотрящий на девчонок — это настолько убого?

Всё же гяру добры к мрачным парням только в выдуманном мире?!

Мои мысли убивали меня, но похоже я ошибся.

В её взгляде не было раздражения или усмешки... Скорее наоборот.

Укё-семпай как-то напряжённо посматривала в мою сторону.

Нет.

Сюда... Но не на меня.

Она смотрела в мою сторону... Но не на меня, наши взгляды не встретились, а значит смотрела она не на меня.

А раз не на меня...

— ... Эй, Токия, — тихо заговорил я. — Укё-семпай... На тебя смотрит, что ли?

— М?

Парень удивился, обернулся назад и посмотрел на Укё-семпай.

И стоило сделать это.

— ... М.

Девушка тут же отвела взгляд.

— Что такое, Ан-нян?

— Н-ничего.

После вопроса Сакон-семпай, она тут же начала волноваться.

Ясно, что что-то не так.

— Эх... — Токия тяжело вздохнул и стал чесать голову. — Ничего, — сказал он.

Его реакция говорила о том, что явно «чего».

Хм.

Что это значит?

И Укё-семпай буквально вынудила остальных сесть сюда, неужели её цель...

— ... М.

Пока я размышлял, в кармане завибрировал телефон.

Это было сообщение от Сирамори-семпай.

«Яхо. Сегодня обедаем поблизости».

Сообщение напоминало лёгкий джеб.

Я так же ответил.

«Значит ты сегодня в столовой?»

«Ага, Ан позвала».

Обычно у неё с собой было бенто. Она каждый день его готовила. Когда забывала, то обедала в столовой, но... Хм.

Раз её пригласили, значит Укё-семпай сделала это вчера. Всё становится подозрительнее.

И пока я думал об этом.

«Кстати».

Сирамори семпай сменила тему.

Резко сменила.

«Видел, как я тебе подмигнула?»

— ... М.

Я был удивлён, хотя вполне ожидал, что она спросит об этом. Как бы. Думал, что в Line она должна была этой темы коснуться.

«А? Так ты подмигнула?»

«Врёшь. Я всё видела, можешь не обманывать. Ты так всполошился, я отлично это разглядела».

Так она всё видела?

Отлично разглядела?

Раз так, могла бы и не спрашивать, видел ли я...

«Ну, мне показалось, что ты увидел, хотя уверена я не была. Тут как, подмигнул и всё. Увидел это кто-то или нет, записи не остаётся».

«Ага... Точно».

Тут сообщения прекратились.

Момент был тревожный... Будто она что-то зловещее задумала, и вот отправила нечто ужасающее.

«Куроя-кун, ты тоже подмигни».

А?

... А?

«Зачем это?»

«Подмигнуть — это ведь секундное дело. Подумаешь, в этом ничего такого».

«... У парней отстойные подмигивания».

«Хм. Вот как. Жаль».

Сирамори-семпай как-то слишком просто сдалась. Странно. Я думал, она куда настойчивее будет.

«Я подумала, что это романтично будет. Что мы будем тайком перемигиваться в таком месте».

Я прямо ощущал печаль в её словах. Вроде ничего плохого не сделал, а чувствую себя виноватым.

Что если это подмигивание не издёвка, а проявление чувств? В обществе людей это тайный знак, понятный лишь паре влюблённых, которые встречаются тайком... Что если такой романтики она от меня ждёт?

И я, хоть и понял это, ничего не сделаю?

Нормально ли это?

... Ну.

Может семпай поняла, о чём я думаю, потому и отступилась... И всё же.

Вот я жалкий, раз всё думаю, являлось ли это подмигивание каким-то обманом или нет.

Вот ведь.

Вот она, слабость влюблённого.

Я набрался решимости и поднял голову.

Я посмотрел на Сирамори-семпай... И по чистой случайности она посмотрела на меня.

Ожидая чего-то, она смотрела на меня.

И под её взглядом я мог лишь одно.

Сжал зубы, подавил смущение, открыл глаз шире и...

Хлоп.

Закрыл глаз, подмигнув.

И в следующий миг...

— ... Пф! — семпай прыснула.

Громко так прыснула.

Даже подавилась, Укё-семпай и Сакон-семпай переживать начали.

— Пха! Т-ты чего, Сокити? Ха-ха-ха, — сидевший напротив Токия громко рассмеялся. — Ха-ха-ха. Н-ну ты и рожу внезапно состроил, на раздавленную цикаду был поход.

Моё подмигивание было признано чем-то странным.

Значит я был похож на раздавленную цикаду.

После занятий.

— Пф... А-ха-ха.

Вдвоём мы находились в комнате литературного клуба.

И Сирамори-семпай всё ещё не отошла после подмигивания. Она держалась как могла, но не выдержала и засмеялась.

— А-ха-ха... Хи, хи-хи-хи. Ах, ну ты странный.

— ... Ты слишком много смеёшься.

— Хи-хи... Я ничего не могу с собой поделать... Вспомнила и опять засмеялась. Главное как резко... — весело говорила она. — Значит подмигивать ты не умеешь, Куроя-кун.

— Вроде же я подмигнул.

— Нет, ты не умеешь этого делать. Вообще не умеешь.

— ... Просто я обычно никому не подмигиваю, соглашусь, что не так уж умел в этом, но суть та такая.

— Нет, нет, даже не близко.

Я был в замешательстве, а Сирамори-семпай достала из сумки зеркальце.

— Вот. Сам убедись.

— ...

Я неохотно взял зеркальце. Она явно перегибает. Слишком уж смеётся над чужим лицом... Грубо это. Я понимаю, что получилось так себе, но не настолько же странно, чтобы смеяться.

Открыв зеркальце, я поставил его перед собой.

А потом как во время обеда... Стиснул зубы, открыл глаз шире и подмигнул.

И результат...

— ... У-ува.

Поразил меня самого.

А, а-а-а?

Погоди-ка.

Что это было?!

В зеркале раздавленная цикада была?..

Если объяснять... Лицо моё до забавного перекосило, глаз слегка закатился, рот открыт, хотя это скорее просто выглядит так, будто я губы не до конца сжал... Вот это да.

Скалюсь прямо как Мияги при броске в матче против Санно из «Slam dunk».

Так и вытягиваю «и».

— А-ха-ха-ха-ха... Не могу, правда не могу, ну и физиономия у тебя!..

Я испытал шок и отчаяние, а Сирамори-семпай расхохоталась.

— Чего ты вообще скалишься?

— Э-это... Для решительности.

— Н-ничего не поняла... А зачем глаза шире открываешь вначале?..

— ... Ч-чтобы стыд подавить.

— Всё ещё не понимаю... Хи-хи, а-ха-ха.

Она уже за живот от смеха хватается.

А меня стыд стал ещё сильнее переполнять. Подожди-ка. Я что... Настолько плохо подмигиваю?

— Эх, вот удивил. Я-то задумала это, чтобы поиздеваться, а в итоге смогла увидеть новую сторону Курои-куна.

Я думал, что она наконец прекратила смеяться, а девушка опять начала лыбиться.

Вечной своей издевательской улыбкой.

— Не думала, что ты такую смешную фишку прячешь.

— ... Фишку.

Жестоко.

Я ведь серьёзен был.

— Хм. Ну и ладно. От неумения подмигивать ещё никто не умирал.

— Ну не дуйся, блин. Прости, что смеялась, — теперь она извинялась. — Но почему у тебя не получается? — удивлённо спрашивая, Сирамори-семпай стала подмигивать.

Блин. Такая милая.

— Это ведь так просто.

— ... Обладающие талантом всегда так говорят. «Так просто». Знаешь, какую боль причиняют те, кто между делом произносят такое?..

— Ты преувеличиваешь.

Ну, вообще и правда преувеличиваю.

Никакой боли.

Как-то без разницы, умею я подмигивать или нет.

— Да подумаешь. Просто больше никогда не буду подмигивать.

Я решил мыслить позитивно.

Буду считать, что сегодня я узнал о собственном недостатке.

Если бы не сделал это сегодня, опозорился в другое время ещё сильнее.

— Ладно тебе, не говори так. Может лучше немного попрактиковаться.

— Попрактиковаться?..

— Да, чтобы ты нормально подмигивать смог.

— ... Я же сказал, что в жизни это не мешает.

— Хм, интересно, почему же у тебя не получается?

Меня не спрашивай.

Но похоже это то, через что приходится пройти, когда вы встречаешься с кем-то.

— Может дело в лицевых мышцах?

— Может. У меня они совсем затвердели, — высказал я своё мнение.

— Актёры, идолы, телеведущие... Все, кто на публику работают, говорят, что поднимали уголки губ, тренируя мышцы лица, перед тем, как выйти на люди. Так они и начинают всегда улыбаться, у них постоянно мягкая и располагающая улыбка.

Они со своими лицами родились... Но похоже «привлекательность» и стараниями получить можно.

Поднимать уголки губ и разрабатывать мышцы лица, стать привлекательным для остальных.

— Первое впечатление важно на девяносто процентов, и умение хорошо улыбаться очень важно в человеческих отношениях. Даже просто понимая это, тренироваться не обязательно, у жизнерадостных и улыбчивых людей лицевые мышцы и так натренированы.

— ...

— А... Ч-что?

— Да просто, — на лице девушки была озадаченность. — Просто подумала, что хоть ты и понимаешь это, но не делаешь.

— ... Понимать и делать — вещи разные. Хороший аналитик хорошим спортсменом не станет.

Я мрачный.

Теории общения у меня в голове хватает.

Но я не воплощаю её, нет желания.

Когда в классе слушаю чужие разговоры, то думаю: «а, тут бы я ответил так», «нет, тут лучше сразу этого не говорить», «дурак. Возьми темпуру и улыбнись», но при этом никогда ничего такого не делаю.

Если сделаю шаг вперёд, мир изменится... И никто так просто не сделает шаг, способный изменить твой мир.

— То есть... Жизнерадостные люди живут весёлой жизнью, постоянно улыбаются и производят хорошее впечатление на других, круг их общения увеличивается и так по кругу. А такой как я улыбаться не умеет, впечатление я не лучшее произвожу и в итоге почти ни с кем не общаюсь, а это уже порочный круг...

— Какой-то печальный вывод... — пожалела она. — Ну, если дело в мышцах лица, это вполне можно исправить, — жизнерадостно сказала девушка и стала растирать щёки руками. — Вот, попробуй сделать вот так.

Хмык.

Потянув за щёки, она оттянула уголки губ.

Выглядело это странно, но до раздражения понятно.

— Будешь так делать массаж, оживишь свои мёртвые лицевые мышцы.

— ... Да подумаешь. Пусть покоятся с миром.

— Блин. Сдаёшься, даже не попробовав.

— Отстань, тебя это не касается, семпай.

— Касается.

«Ведь», — продолжила она.

Поднялась со стула и подошла ко мне.

— Я хочу видеть разные выражения на лице Курои-куна.

Она хитро улыбнулась и села на стул рядом со мной.

Жамк.

Протянула руки и коснулась моих щёк.

— ... М.

Удивлённый, я хотел отодвинуться назад, но голова не двигалась.

Она не просто коснулась меня, а крепко взялась руками за моё лицо.

— Т-ты что делаешь?..

— М? Я же говорила.

Любовный массаж.

И.

Когда с её губ сорвались эти слова... Кончики пальцев на моих щеках начали двигаться.

Нежно они растирали мои щёки.

— Ва, у тебя такие мягкие щёки.

— ... М.

Эй, ну-ка постой.

Что вообще происходит?..

Трёт. Сирамори-семпай трёт мои щёки.

Э-это... Явный перебор.

Хоть мы и встречаемся, всего раз за руки держались... А теперь она моё лицо трогает.

Ощущение, что социальная дистанция пройдена.

Ничего плохого вроде, но явно что-то опасное происходит.

И это... Так стыдно!

— Трём, трём.

Игнорируя то, что меня переполняла неловкость, Сирамори-семпай продолжала забавляться с моими щеками.

— П-потохти... Пехати пахахуста.

— А-ха-ха. Не понимаю, что ты сказать пытаешься.

— Фм, м...

— Эй, попробуй сказать «школьная библиотека».

— Не фкафу.

— Хи-хи-хи, — хитро захихикала она. — А. Будет больно, ты скажи, я сразу остановлюсь, — но при этом оставалась доброй, так что возразить я не мог и просто терпел.

Мои щёки тянули и мяли, она обращалась с ними как с игрушками...

— ... Просто позволяешь, — пробормотала Сирамори-семпай.

— ... А?

— И даже не нанесёшь ответный удар? — в голосе было недовольство.

Я посмотрел на неё... И увидел, что она, слегка смутившись, чего-то ждала, смотря на меня.

— Ответный удар...

Она прекратила мять мои щёки, и я мог говорить нормально.

Теперь она просто прижимала руки к моему лицу.

И так мы смотрели друг на друга.

— И-и что мне делать?..

— Сам думай.

— ... М.

Что делать? Что мне делать?

Ответный удар... То есть то же самое сделать?

Начать массировать щёки Сирамори-семпай...

... Н-не смогу.

Я ни за что не смогу это.

Для меня это невозможно.

Потрогать чужие щёки... Это не то же самое, что и за руки держаться. Такое позволительно, если вы близки и тебе разрешили...

— ... Эх. Похоже и сегодня я не дождусь ответного удара от Курои-куна.

После такой провокации голова запылала.

Я испытывал обиду, а ещё считал себя жалким. Во мне росло раздражение от того, что даже после таких слов я ничего не мог.

Я вновь... Посмотрел в лицо Сирамори-семпай.

Большие обворожительные глаза. Длинные ресницы. Прямая переносица. Соблазнительные губы... Она красивая и милая, прямо величайшее произведение искусства.

И мне было боязно коснуться её.

И всё же... Внутри зарождалось желание потрогать.

Прекрасное создание, которого хотелось коснуться, а коснувшись, сделать своей...

— Х-хорошо, я нанесу ответный удар.

Мой голос дрожал.

— Но за себя не отвечаю.

— ... Ага, давай.

На миг от удивления её глаза округлились, но потом Сирамори-семпай спокойно улыбнулась.

— Что бы Куроя-кун ни сделал, я спокойна.

Она спокойна, потому что я неумеха, не способный ни на что серьёзное, или же...

Хотя эти её слова сорвали тормоза во мне.

Я вытянул руку.

Переполняемый решительностью и желанием, которые перебороли стыд, я заставил своё тело двигаться.

— ... М.

Сирамори-семпай слегка дрожала, но не сбежала.

Убрав руки от моего лица... Она прикрыла глаза.

И теперь была совершенно беззащитна.

Не выказывая, что будет сопротивляться, она ждала моего нападения.

Будто доверила мне своё тело.

Казалось, что можно всё что угодно...

Я сглотнул слюну.

Сердце стучало как отбойный молоток.

Я всё выше поднимал руку, вот уже почти коснулся щеки закрывшей глаза девушки... Но нет.

Рука прошла мимо щеки и остановилась над её головой.

И вот я погладил её по макушке.

— ... А? — прозвучал озадаченный голос.

Сирамори-семпай открыла глаза... А я мог лишь отвести взгляд.

— Это ответный удар?

— ...

— Погладил по голове...

— ... Блин, ну прости, — извинился я, оставаясь проигравшим в любви.

Не могу!

Всё же не могу!

Хоть она и такая беззащитная, я ничего не могу!

Не могу коснуться её лица... Как и чего-то похлеще.

Я думал, у меня тормоза сорвало, да только сразу же активировалась система для предотвращения аварий.

Чёрт...

Антикризисное управление слишком уж идеальное.

В итоге со всеми моими терзаниями... Я смог коснуться только той части, где кожа слабее всего ощущается, волос.

Эх, уже начинаю ненавидеть себя за то, какой я слабак.

И я не представлял, чего теперь ждать в ответ. Вот уже сглотнул слюну, но.

— ... Хм. Вот как.

Тут впору было удивляться.

Сирамори-семпай не собиралась издеваться. Она погладила то место, которого я коснулся, и довольно улыбнулась.

— Хи-хи. Ответный удар засчитан.

— ...

А?

Похоже она рада?

П-почему?..

Я ничего не понимал, пока Сирамори-семпай выглядела довольной.

Время клубной деятельности подошло к концу, и мы вместе покинули кабинет.

Хоть мы и встречались, но идти вместе до стоянки, где стоял мой велосипед, было уже давно обычным делом.

Что будет дальше... Ну, тут от настроения зависит.

Мы можем ещё пройтись вместе или заглянуть куда-нибудь.

— Если регулярно массажировать, возможно ты сможешь нормально подмигивать.

— ... Нет, не стоит. Просто забудь. Забудь и про подмигивание, и про массаж.

Переобувшись, мы вышли на стоянку.

Она снова раскопала тёмную страницу моей жизни, что подпортило мне настроение.

А сама Сирамори-сан начала хихикать.

— Но, знаешь, Куроя-кун, ты говорил, что у тебя лицевые мышцы мертвы... Но это точно не так.

— А?..

— Ведь я... За этот год видела столько разных выражений на твоём лице. И все они были выразительными.

— ... М.

К-как же стыдно. Конечно я не стараюсь казаться крутым или спокойным, но когда кто-то говорит, про меня «выразительный», это так стыдно.

— Особенно последний месяц был просто невероятным. С тех пор, как мы начали встречаться, я увидела столько неловкости на твоём лице, сколько до этого никогда не видела.

— Ух... К тебе это тоже относится, — всё же ответил я. — С тех пор, как мы пробно начали встречаться... Я увидел выражения, которых раньше не видел у тебя.

— А, вот как? — на миг она замолкла. — М... Ну, вполне может быть, — кивнув, она слабо улыбнулась. — Показала Курое-куну то, что не показывала другим.

— ... М.

Снова слова, из-за которых сердце забилось быстрее!..

Эх, не могу. Думал, что смогу нормально ответить, а получил в ответ что-то в разы потяжелее.

Никогда мне не победить.

— Хи-хи. Я в нетерпении.

Пока я изводился из-за чувства проигрыша, Сирамори-семпай посмотрела на меня и весело улыбнулась.

— Оставшаяся школьная жизнь... Пусть осталось меньше года, мы увидим ещё много выражений, каких не видели раньше. И для этого мы... Стали парнем и девушкой.

— ... Пробно.

— Пусть и пробно.

Сказав это, она уверенно улыбнулась.

Сирамори-семпай... Третьегодка.

Этот год станет последним в школьной деятельности.

Весной годом ранее мы познакомились и провели вместе много времени в одном клубе, успели пережить разные события.

Летние каникулы, спортивный фестиваль, культурный фестиваль, школьная экскурсия семпая, зимние каникулы, рождество, День святого Валентина... Всё, что обычно случается в году.

И в этом году будет то же, что и в прошлом.

Но.

Наши отношения месяц назад изменились.

Из простых отношений семпая и кохая мы сделали шаг вперёд.

И из-за того, что отношения изменились, те же события будут ощущаться иначе.

И предстанем мы теперь друг перед другом иначе.

Пусть и пробно, Сирамори Касуми стала моей девушкой, и конечно мне интересно, какой ещё я её смогу увидеть.