Прошло пять дней с момента, когда я заключила сделку с подполковником Вонсасом о доставке лекарств для него. Пришло время сообщить ему, что я получила оптовый заказ от своего "производителя", и поэтому собираюсь доставить лекарства. Я уже заплатила ребенку-сироте, чтобы он доставил послание, так что встреча была назначена.
Часто в качестве посыльных нанимали детей-сирот, и они не станут делать работу небрежно и рисковать репутацией своего приюта. Это было очевидно, ведь никто не доверит сиротам подобную работу в будущем, если их репутация будет запятнана. Вот почему они были гораздо надежнее, чем просить об этом какого-то случайного взрослого.
Кроме того, я уже привыкла просить сирот выполнять работу за меня. Так я поступала и с детьми из "Глаз богини".
Теперь, когда я думаю об этом, Эмиль и Бель тоже сироты. Они не могли попасть в приют, у них не было еды, они не могли получить лекарства, если болели, у них были вши, и они не знали, доживут ли до следующего дня. Хотя сейчас это трудно представить...
Но с тех пор, как я отправила их в приют, сироты очень полюбили меня... Я иногда присылала им еду, поэтому возможно они ценили меня как покровителя или благодетеля. И как правило, перед моим домом стояло несколько сирот, но ведь наверняка есть место получше этого...
Не стоит и говорить о том, что стражи армейских ворот не прогоняли посыльных-сирот. Они знали, что дети могут взять на себя такую работу, а некоторые солдаты сами были сиротами. Были и такие сироты, потерявшие родителей, которые были солдатами. Очень немногие из солдат плохо обращались с ними именно по этой причине.
В любом случае, сообщение о моей доставке уже было передано. Разумеется, я также взяла с собой Лайетт. Это было частью моего плана - добиться узнаваемости среди солдат, чтобы они впоследствии захотели меня защищать, так что не было причин не взять ее с собой.
Да, идея заключалась в том, чтобы заставить их думать, что нас с Лайетт нужно защищать, если они не хотят, чтобы их снабжение лекарствами было прервано. Даже если Лайетт не принимала непосредственного участия в создании лекарств, если я когда-нибудь узнаю, что солдат видел ее в беде, но проигнорировал это...
Я собиралась убедиться, что подполковник знает о последствиях, если такое случится. О да, я расскажу ему все в мельчайших подробностях.
Теперь проблема заключалась в количестве медикаментов, которые нужно было доставить. Если бы я доставила слишком много, это вызвало бы подозрения, а если слишком мало, он начнет жаловаться. Найти правильный баланс было самой сложной задачей.
Я доставляла только те лекарства, которые стоили три серебряные монеты и три малые золотые монеты. Он считал, что я теряю деньги на лекарствах за три малые серебряные монеты, и будет проблемой, если я дам армии лекарство, которое только предотвратит ухудшение проблемы, а не вылечит ее.
Лекарству за серебряные монеты понадобился примерно месяц на исцеление, а за малые золотые монеты - около пяти дней. Количество времени зависело от таких факторов, как степень заболевания на момент начала лечения, химический состав тела пользователя и метод применения. Что касается количества, то для пальцев обеих ног требовалось около сорока нанесений. Я завысила количество, чтобы быть уверенной, что все будет вылечено одним флаконом.
Хотя в случае с серебряными могло потребоваться больше флакона, если болезнь распространилась дальше пальцев ног или лекарство было нанесено некачественно. Это было одной из причин, почему я ограничила покупку двумя флаконами на человека. Так что одной бутылочки за серебряные монеты должно было хватить на одного человека, а бутылочки за малые золотые монеты - примерно на восемь человек. Хотя цена была в десять раз выше, его можно было использовать для восьми человек, и на лечение уходило меньше времени, так что я считала это вполне оправданным.
Для первой поставки я взяла семьдесят две бутылки лекарства по три малые золотые монеты и двадцать четыре бутылки лекарства по три серебряные монеты. В каждой коробке было по двадцать четыре бутылки, всего четыре коробки. Если посчитать, то 72 x 8 + 24 равнялось 600 человек. Десять поставок обеспечили бы 6 000 человек. Я сомневаюсь, что каждый солдат нуждается в лечении, так что вряд ли им понадобится так много.
Да, этого должно хватить.
Как только большинство из них вылечится, я продам еще несколько штук тем, у кого будут повторяться симптомы.
...Подождите, за эту партию я получу двадцать две золотые монеты, три малые золотые монеты и две серебряные монеты? Чтооооо?!
Мне нужно открыть счет в банке... Стоп, здесь же нет такого! Тогда я пойду в гильдию торговцев... Подожди, а как же мой Ящик с предметами? Успокойся, я!
Причина, по которой я взяла с собой побольше бутылочек за малые золотые монеты, заключалась в том, что я хотела как можно скорее уменьшить количество пациентов, учитывая, что их было так много. Конечно, важно создавать впечатление, что мне нужны запасы и для розничной продажи, но я отдавала предпочтение армии.
Ладно, поехали!
Взявшись за руки с Лайетт, я пошла в сторону армейского комплекса, расположенного недалеко от северных ворот королевской столицы. Военные здания и сооружения располагались на внутренней стороне внешних стен, но тренировочные площадки, которые требовали гораздо больше места, находились снаружи. Ведь в случае конфликта возможна осада, поэтому логично располагать военные объекты внутри стен. И в случае конфликта они выходили через северные ворота, а не через город, но если у них не хватало времени или если они хотели поднять боевой дух, они шли через город и выходили через южные ворота.
Хм, похоже, они все-таки пользуются мозгами...
Я положила по двадцать четыре бутылочки в каждый из четырех ящиков, затем положила по два ящика в две сумки и понесла по одной на каждом плече.
Ууух, такие тяжелые...
Роланд и Франсетта шли позади, делая вид, что не знают меня. Думаю, они слишком сильно волнуются. Было еще утро, а я направлялась в штаб армии. Вряд ли можно придумать что-то более безопасное.
Как мне теперь оставаться одной, если они беспокоятся и следят за мной везде, куда бы я ни пошла? Я не могла даже спокойно пойти на свидание. Хотя мне и не с кем на него идти...
Когда я подошла к главным воротам, меня сразу же пропустили. Похоже, они в курсе моего прибытия, так как там нас уже ждал гид. Хотя, я думаю, они не могли позволить нам бродить по территории, и мы не могли воспользоваться телефоном, чтобы позвонить кому-то. Полагаю, этого следовало ожидать от способного подполковника, превзошедшего всех своих коллег.
Роланд и Франсетта не смогут последовать за мной внутрь, так что их тайные проводы на этом закончились. Теперь они могут пойти на свидание или еще куда-нибудь.
...Они ведь не будут ждать меня, пока я не закончу? Я уже сказала им, что могу задержаться, так как это мой первый визит, и скорее всего я буду говорить с человеком, ответственным за заказ, а может быть даже осмотрюсь, так что я сомневалась, что они станут...
Меня провели в комнату с табличкой на двери: "Комната командира второго батальона".
...Я думала, что меня ведут к ответственному за это человеку!
Ну, мы имеем дело с важными стратегическими товарами (для его солдат), так что, возможно, он проявлял осторожность в отношении перепродажи и воровства.
"Добро пожаловать".
Я увидела подполковника Вонсаса впервые за пять дней. Он улыбался и, казалось, был в хорошем настроении.
"Благодаря вам я смог уладить множество конфликтов и переговоров с другими батальонами. Благодарю вас".
Хех...
Сумки были тяжелыми, поэтому я вытащила коробки с лекарствами и поставила их на стол для посетителей. После этого я положила одну из пустую сумку в другую.
"Три коробки с семьюдесятью двумя бутылочками стоимостью три малых золотых монеты каждая. Одна коробка с двадцатью четырьмя бутылочками стоимостью три серебряные монеты каждая. Итого двадцать две золотые монеты, три малые золотые монеты и две серебряные монеты".
"Очень хорошо. Держите."
Солдат, который привел меня сюда, достал из стола подполковника небольшой матерчатый мешочек.
Количество бутылочек и цена уже были указаны в письме, которое доставил посыльный из приюта. Это было само собой разумеющееся для опытного работающего человека. Было бы неприятно, попроси я такую большую сумму наличными по прибытии.
Я сделала вид, что кладу матерчатый мешочек с деньгами в свою сумку, но положила его в Ящик с предметами. Грамотная женщина не станет разгуливать с огромной суммой денег.
"Я разослал объявление, чтобы все вопросы о лекарстве направлялись мне. Я полагаю, в вашем магазине не было никаких проблем?"
"Нет, благодарю вас..."
С того дня в течение двух-трех дней несколько солдат приходили за лекарствами, но я справлялась со всеми, кто просил об оптовых закупках по приказу начальника, пользуясь полномочиями подполковника. Я относилась ко всем солдатам, которые не знали об этих обстоятельствах, как к обычным клиентам, так что проблем не возникало.
"Что ж, тогда с нетерпением жду будущих поставок. Есть ли у вас какие-нибудь пожелания с вашей стороны?" - вежливо спросил он, возможно, потому что мы были детьми.
Может он и сказал это из вежливости, но я воспользуюсь этой возможностью, потому что так уж я устроена!
"Тогда, пожалуйста, покажите мне все здесь! Возможно, я ещё что-нибудь смогу начать доставлять, а еще я нахожу эти места интересными!"
Да, я не врала. Мой заработок на лекарствах от солдатской болезни скорее всего замедлится примерно через два месяца, поэтому я хотела изучить местность в поисках других потенциальных возможностей для бизнеса. Кроме того, я могла бы достичь своей первоначальной цели - стать узнаваемой и одновременно поискать красивых мужчин.
Да-да, я очень целеустремленная!
И я не в отчаянии или что-то подобное.
Нет, правда.
"Тогда пойдемте". Подполковник поднялся.
Ты лично собираешься мне все показать? Не твой подчиненный?!
"Ну, я просто рад, что симпатичная молодая леди интересуется работой военных".
Правда? У меня такое чувство, что за этим кроется нечто большее...
В любом случае, подполковник показал нам территорию, как он и предлагал. Когда мы ходили по территории, у нас на груди и спине было что-то вроде плакатов. Накануне вечером я написала на них следующее:
"Лекарственный магазин Ателье Лайетт".
Это должно было показать всем, что лекарство от солдатской болезни поставляет наш магазин. Это была вторая половина причины, по которой я туда отправилась.
Мы были в центре внимания! Каждый должен был смотреть и отдавать честь, как только появлялся подполковник. Еще больший визуальный эффект производили маленькие девочки, я и Лайетт, рядом с ним, вместе с плакатами. Как мы могли не привлечь внимание?
Я не знаю, понял ли подполковник, что я задумала, или просто подумал, что я рекламирую свой магазин... Но в любом случае, нам удалось запечатлеть в сознании солдат королевской армии, что если что-то случится с нами двумя, то их маяк надежды - лекарство от солдатской болезни - больше не будет доступно.