Было за восемь вечера, Кайтани сидел в своей квартире в одной футболке и штанах, смотрел телевизор и наполнял свой желудок едой на вынос. Он был в гневе, пока ехал в поезде домой, но уже немного успокоился.

Анна не обращал внимание на телевизор. Он только и мог думать о том, что ссора с Фудживарой пошла не в то русло. Разговор должен был быть простым и по делу. Он бы не представлял публике физиологические недостатки босса, а взамен, босс бы одобрил его дизайн-проект. Но переговоры отвлеклись на не относящиеся к делу деньги.

Если бы Фудживара поддержал свой крутой имидж и сказал: «Ну, вперед. Разошли эти фотки и я уволю тебя на месте», Кайтани остался бы с носом. Но глава отдела пошел на ложь и сокрытие истины. Не было никаких сомнений, что Фудживара очень сильно хотел держать все в тайне. Анна чувствовал в воздухе отчаяние. Нормальный мужик попытался бы над этим посмеяться. Но босс даже этого не сделал.

Такой красивый и идеальный Фудживара не мог посмеяться над отсутствием одного яичка. Он не мог, но Анна буквально кишками давился от того, каким отморозком был его шеф. Кайтани было вполне достаточно просто разрушить образ «скучного» Фудживары.

Когда босс предложил деньги, как камень преткновения, Кайтани взбесился настолько, что всерьез подумывал зайти в интернет-кафе и разослать злосчастные фотографии. Но возможность сделки еще существовала, поэтому Анна взял свои эмоции под контроль и решил продолжать войну на нервах. Его изначальная цель – одобрение дизайна – так и не была достигнута.

Мысль о новой встрече претила ему, но у Анны не было выбора, кроме как сразиться с Фудживарой вновь, используя фотографии, как главное оружие.

Раздался звонок в дверь.

Кайтани обернулся через плечо, гадая, кого нелегкая в столь позднее время принесла. В дверь опять позвонили. «Иду, иду» - проворчал Анна своему не прошеному гостю. Он натянул сандалии, и распахнул входную дверь. Взглянул в лицо мужчины, стоявшего в дверном проеме, и сглотнул. Это было лицо мужчины, которого он вытолкнул из лифта всего несколько часов назад. Фудживара не сменил свой костюм, видимо он пришел прямо из компании.

Кайтани попытался закрыть дверь, но Фудживара подставил свою туфлю. Босс сделал шаг вперед, Анна отшатнулся назад.

Глаза мужчины были полны тоски. Он был похож на самоубийцу, стоявшего на краю крыши высотки.

- Прости за столь поздний визит, - произнес он. – Но я должен был увидеться с тобой. Я бы не хотел стоять вот так. Могу я войти?

Кайтани не мог позволить ему войти в квартиру.

- И тут сойдет, – фыркнул он.

Между бровей Фудживары залегла складка. Он выглядел разраженным и готовым расплакаться одновременно.

- Кто-то может нас услышать.

Он совершенно не хотел обсуждать его единственное яичко, стоя в дверном проеме.

- И то верно, – подтвердил Анна.

Держа в одной руке кейс, с которым он всегда ходил на работу, Фудживара медленно снял обувь. Он дошел до двери между кухней-столовой и спальней, в которой могло разместиться максимум шесть татами, и остановился. Шеф не проявлял желания двигаться дальше.

- Ты знаешь, чего я здесь, поэтому перейду прямо к делу. Я хочу купить эти фотографии.

Опять про деньги, деньги, деньги!

- Дело не в де… – начал Кайтани, но Фудживара достал белый конверт из сумки и протянул его Анне.

- Вот. Один миллион йен.

Фудживара вытащил деньги из конверта, пачку десятитысячных купюр. Миллион йен наличкой. Он тряхнул пачкой, деньги приятно зашуршали. Когда Анна не взял деньги, босс прорычал: «Что, и этого тебе мало?». Он достал второй конверт из сумки и протянул Кайтани уже два миллиона йен.

Два миллиона йен… Анна стряхнул с плеч демонов-соблазнителей, и бросил пачки денег на пол.

- Не в деньгах дело, – снова повторил он.

- Все еще недостаточно? Ты сложный человек, которому трудно угодить.

Фудживара бросил еще три конверта к уже двум имеющимся. Если в каждом также лежало по миллиону йен, то вместе получалось целых пять миллионов.

- Тут пять миллионов йен. Откажись от своего дизайна, отдай фотографии – и они твои.

У Кайтани застучало в висках. Машина, которую он хотел купить, деньги, которые он хотел отослать родителям. Анна сжал зубы.

- Как же меня это достало! Я устал повторять одно и то же. Дело не…

Босс ворвался в дверь.

- Что?.. Что ты творишь?

Фудживара проскользнул за ним, направляясь прямо к компьютерному столу, и схватил камеру.

- Эй! – завопил Анна, когда Фудживара положил камеру себе в карман. – А ну верни!

Когда Кайтани вытянул вперед свою правую руку, шеф ухмыльнулся.

- Я только что купил эту камеру за пять миллионов йен.

- Никто тебе ничего не продавал.

Фудживара бросился прочь. Кайтани попытался его остановить, но босс толкнул его в сторону и выскочил наружу. Анна споткнулся и ударился головой о стену, потом поднялся на ноги и бросился в погоню. Слетая вниз по ступенькам, он мельком увидел Фудживару и ускорился.

С камерой в кармане, Фудживара быстро бежал по тротуару, освещенному тусклыми фонарями. Расстояние между ними быстро сокращалось. Через несколько метров он резко остановился, как раз в середине моста. Мост был перекинут через дренажную канаву, заполненную грязью. Под темным светом фонарей, Фудживара разжал руки.

- Черт возьми!

Под аккомпанемент крику Кайтани, камера, которую он купил на свою первую зарплату, просвистела в воздухе и исчезла из виду. Послышался хлюпающий звук.

Облокачиваясь о перила моста, Анна услышал звуки смеха прямо рядом с ним. Мужчина громко смеялся, плечи тряслись, словно у марионетки. Вглядываясь в темную гладь воды, Кайтани сжал ограждение.

- Вот теперь ты точно мне надоел, - прорычал он. – Я разошлю эти фотографии каждому члену компании.

Фудживара, все еще дрожа плечами, немного успокоился.

- И как ты это сделаешь? Будешь плавать в грязи в поисках своей камеры?

- У меня есть копии, идиот.

Кайтани повернулся и направился к себе в квартиру. Он был так взбешен, что, казалось, голова вот-вот взорвется. Он был зол до глубины души. Прямо сейчас он собирался разослать скаченные фотографии каждому члену Cavi. Он вернулся в квартиру, и собрался было захлопнуть дверь, как подоспел Фудживара. Шеф просунул свое тело между дверью и попытался протиснуться.

- Убирайся.

- Прошу, пойми, – он вцепился в подол футболки Кайтани, явно пытаясь извиниться.

Анна стряхнул его руки и оттолкнул. Фудживара растянулся на генконе. Анна проигнорировал его и включил компьютер.

- Прошу, остановись.

Кайтани опять его оттолкнул, но Фудживара не сдавался. Таким образом, об отправлении писем не было и речи, Анна даже до клавиатуры добраться не мог. Фудживара бросился на него. Кайтани ответил ударом в солнечное сплетение. Босс со стоном рухнул. Кайтани подскочил к нему, завел руки за спину и связал одним из галстуков. Связал он шефу и лодыжки, крепко прижав друг к другу. Со связанными руками, мужчина был похож на гусеницу. Кайтани пнул «гусеницу» и положил на кровать. Сняв с Фудживары пояс, Анна привязал его ноги к столбику кровати.

Оставив шефа барахтаться, Кайтани вернулся к компьютеру.

- Кайтани, я был не прав, – голос босса изменился, послышались нотки смирения. – Я слишком увлекся. Я так отчаянно пытался избавиться от фотографий. Ты же меня понимаешь, да? Как думаешь, каково это, жить с таким физиологическим отклонением?

Анна ничего об этом не знал.

- Я тебя умоляю! Передумай, а? Я заплачу столько, сколько захочешь. Только не отправляй письма.

Кайтани уже приготовил список почтовых адресов всей компании. Одним нажатием на клавишу мышки он выбрал этот список как «получателей». Из всего ассортимента порно-фотографий, Анна выбрал две, на которых отсутствие яичка было особенно хорошо видно.

- Кайтани! Прошу! Не делай этого!

Кайтани закончил приготовления для отправки рассылки. Анна задумался, его рука застыла над клавиатурой, он еще раз все взвесил. С одной стороны, рассылка письма все бы решила. Но… Он поднялся и отошел от компьютера. Он поднялся во весь рост и склонился над извивающимся, словно червяк, Фудживарой.

- Мне осталось только нажать на клавишу «отправить».

Лицо Фудживары побелело.

- Это твой последний шанс. Если ты не хочешь, чтобы я отправил письмо, ты должен одобрить мой дизайн и разработки R&D.

- И дизайн, и разработки? – гусеница свела брови к переносице.

- Говоришь «да» - и я ничего не отправляю. Говоришь «нет» - отправляю, – Кайтани тяжело вздохнул. – У тебя есть десять секунд на ответ.

Он начал отсчет.

- Но я не могу так быстро решить, – пролепетал Фудживара.

- Три, два, один…

До самого конца Фудживара так и не сказал «да» или «нет». Кайтани подошел к компьютеру и положил руку на мышку.

- Подожди секундочку. Ты действительно собираешься это сделать? Если ты это сделаешь, я…я…

Кайтани через плечо глянул на Фудживару, улыбнулся и повернулся к нему. Он поднял правую руку.

- Я понял. Понял. Стой. Да. Окей? Да. Не отправляй ничего.

Это было предложение. Кайтани убрал руку от мышки и вернулся к червеподобному Фудживаре.

- Ты сказал «да». Ты согласился. Теперь твоя очередь выполнять свою часть сделки. Если не сделаешь – в следующий раз точно отправлю.

Босс сжал зубы и свирепо уставился на Кайтани.

- Я буду шантажировать тебя этими фотографиями, а ты будешь меня слушать. «Неприемлемо», как ты отзывался о моем дизайн-проекте. То, что ты говорил о продажах и прибыли – не пустой звук, но, в конце концов, ты просто жалок.

Губы Фудживары тряслись. Несмотря на всю его ярость, красивое лицо Фудживары не выражало ничего, кроме страдания. Стон слетел с его полу-открытых губ. Он опустил лицо, пытаясь его спрятать, его трясло. Шеф рыдал.

«Так ему и надо», – подумал Кайтани, увидев, что его издевательства довели Фудживару до слез. В тоже время, эта ситуация пробудила в нем чувство неловкости. Ему нужно ненадолго от него отойти. Анна ушел к его маленькой кухни и открыл холодильник. Достал пиво и там же его выпил. Пить хотелось жутко. Он открыл вторую банку и глянул через плечо. Фудживара все еще плакал. Кайтани хотел было развязать его, но сейчас было не время к нему приближаться. Все-таки, это он довел шефа до слез. Анна не знал, что ему сказать.

Пытаясь отвлечься от реальности, он осушил вторую банку пива и принялся за третью. Стоны и скрипы, как в старом радио, вводили Кайтани в еще большую депрессию. «Да хватит уже!» – зашипел он себе под нос. Этот идиот что, вечность рыдать собирается?

Анна был довольно пьян, когда зазвенел дверной звонок. Он поднялся на ноги, думая о том, почему нелегкая сегодня приносит к нему в дом посетителей. Через прихожую, держась за стену, он дошел до двери и открыл ее.

На пороге стоял Хигашияма.

- Прости за столь поздний визит, - заявил он, улыбаясь. – Я был по соседству и решил заглянуть.

На нем был пиджак, видимо, он пришел прямо с работы.

- Ты говорил, что знаешь место, где подаются замечательные вина.

Имакура недавно попробовал с Кайтани замечательное белое вино.

- Эм, и ты пришел только за этим?

Хигашияма пожал плечами.

- Как я уже говорил, я проходил мимо. Много чего произошло за этот проект. Я подумал, что смогу подбодрить тебя выпивкой.

Изменение прототипа лосьона потрепало и Хигашияму. Когда Кайтани подумал о том, что он пришел сюда ради него, на сердце потеплело. Анна готов был расплакаться.

- Мы с нашим исследованием прошли через Крым, рым и медные трубы, – жизнерадостно заявил Хигашияма. Он внезапно затих и с удивлением глянул на Анну. – А это что?

«Вот же дерьмо!» - промелькнуло у Кайтани в голове. Внезапно он почувствовал, что в стельку пьян. В маленькой, однокомнатной квартире, Хигашияма мог увидеть спальню, стоя в прихожей. А там, извиваясь на полу со связанными руками и ногами, на них смотрел Фудживара.

- По…помогите.

Кайтани схватил Хигашияму за руку и вытащил за пределы квартиры. Он стоял спиной к двери, и опустив голову вниз, судорожно пытаясь придумать адекватное объяснение происходящему.

- Это у тебя там глава отдела Фудживара?

- Да, эм, я знаю, он сказал: «помогите», но это не потому, что я его бил или надругался…

Анна не хотел рассказывать о том, что он шантажировал Фудживару. Он даже не мог посмотреть Хигашияме в глаза. Тяжелый вздох Хигашиямы болью отозвался в сердце.

- Другими словами, это обоюдное решение.

Было в этом «решении» что-то странное. Кайтани поднял взгляд.

- Если это какие-то ваши игры, на которые вы оба согласны, я не буду ничего говорить. Я не вправе вмешиваться.

Осознание озарило Кайтани. «Что за хреновые «игры»? Тогда, если это «решение», то…» – Кайтани энергично кивнул.

Хигашияма с пониманием улыбнулся. Он поскреб затылок.

- Если честно, я немного удивлен. Никогда бы не подумал, что у вас с Фудживарой подобного рода отношения. То есть, Фудживара – симпатичный парень с большим Эго, но я никогда за ним Этого не замечал. Да и ты тоже. Так что, как долго вы встречаетесь?

Встречаетесь? Если под словом «встречаетесь», подразумеваются отношения, с любовью и всем таким… Глядя на хныкающего, связанного шефа, разве может кто-то об этом подумать? Да и вообще, использовать слово «встречаетесь» по отношению к мужчинам – как-то странно.

Кайтани был немного пьян, и подумал, что Хигашияма смеется над ним, но он одарил Анну вполне серьезным взглядом.

- Так давно вы встречаетесь?

- Эм…если ты думаешь, гхм…слушай, все не так, как ты думаешь.

Хигашияма нахмурился.

- Так у вас все несерьезно?

- Не совсем, – уклонился Кайтани.

- Понятно, – со вздохом ответил Хигашияма. – Люди по-разному относятся к подобному роду вещам, как правило, я никого не сужу, но, если честно, я думаю, что лучше всего иметь только одного партнера. Ты не должен думать об этом, как о заразном заболевании, все намного проще.

- И то правда, – согласился Анна без задней мысли.

- Глава отдела Фудживара, да? Он с работы, да и не похож он на того, с кем можно легко поладить, – Хигашияма криво улыбнулся, потом подался вперед и прошептал Кайтани на ухо: Шефа заводит, когда его связывают?

Кайтани, по факту, связал его, но если он будет это отрицать, Хигашияма может подумать, что Анна – фетишист. И он не хотел, чтобы Хигашияма мало того, что приписал его к геям и БДСМ-щикам, так еще и к пассивам! Поэтому он утвердительно кивнул.

- Понятно, так я и думал. Ну, прости, что помешал вашему веселью, – Хигашияма хлопнул его по плечу. – Я и так тебя задержал. Так что я ухожу. Даже садомазохизм имеет тенденцию терять остроту ощущений. Мы можешь поговорить и в другой раз. Давай сходим в какой-нибудь хороший ресторан.

С этим Хигашияма ушел, смутно понимая, в какой ситуации застал Кайтани. И все же, он не мог поверить в то, что Хигашияма причислил его к геям-садомазохистам. Думая о том, что объяснит все при следующей встрече, Анна вернулся в спальню. Там на него взирал мужик-гусеница.

- Так ты вместе с Хигашиямой из R&D все спланировал? – его голос донесся из недр спальни.

- О, я сам все придумал. Он тут ни при чем.

- Ты думал, я куплюсь на это? Если он ни при чем, тогда почему он не помог мне? Он же видел меня. Связанного.

- Потому что он подумал, что мы забавляемся.

- Забавляемся? – босс ошеломленно склонил голову на бок.

- Да, подумал, что мы забавляемся с гейским бандажом.

Лицо Фудживары покраснело, как вареный лобстер.

- Ты должен пойти к Хигашияме и сказать правду, прямо сейчас! Я не гей! И я не в бандаже!

- Не смеши меня. Я сказал, он в этом всем не заинтересован.

У Фудживары свело челюсть, он начал трястись.

- А что…если он всем расскажет?

- Он не такой.

- Ты не можешь так быстро узнать человека. Если он водится с пассивом-мерзавцем, вроде тебя, у меня даже сомнений не возникает, что он за человек.

Кайтани мог смириться со странным прозвищем, но он не мог позволить Фудживаре еще и Хигашияму приплетать.

- Эй, не говори о Хигашияме-сан гадости!

- Если не хочешь, чтобы я говорил гадости, поменяй ко мне отношение. Наша сделка заключена. Пошевеливайся и развяжи меня.

Жалкая гусеница еще пару минут назад рыдала, как младенец. Сейчас же он словно переродился. Он стал старым-добрым главой отдела Фудживарой.

- А чего это вдруг я? А? – спросил Анна, выпятив подбородок.

- Почему? Почему ты не даешь мне уйти?

Кайтани нахмурился и глянул на рычащего пса. Он фыркнул.

- Потому что я тебя ненавижу, вот почему.

- Что? Что ты собираешься делать? Пусти меня! – потребовал ублюдок.

Анна проигнорировал его и включил телевизор. Взял недоеденную еду. Он полностью игнорировал червяка и делал вид, что вернулся к рутинным делам. Он слышал шорохи, червяк пытался высвободить руки и ноги. Но через время все утихло.

- Как вульгарно, – проворчал Фудживара. Не думая, Кайтани глянул на него. Фудживара уставился в телевизор.

- Подобные вещи смотрят только малоумные кретины.

Анна смотрел концерт. На сцене выступал знаменитый «идол». Он не мог назвать программу высококлассной, но и вульгарной она явно не была.

- Почему ты не тратишь свое время на учебу, вместо того, чтобы смотреть это дерьмо? Ты же даже не представляешь, как много тебе еще нужно изучить, да?

«Дай же ты посмотреть мне концерт, пока я ем!» – подумал Кайтани. Фудживара все пытался наставить его на путь истинный. Это его бесило.

- Она недавно была в рекламе. Симпатичная, а? Ой, прости. У тебя же всего одно яичко, значит и в женщинах ты заинтересован только от части, да? – ядовито произнес он.

И вновь лицо Фудживары стало красным.

- Ничего подобного! Я не такой, как ты!

Кайтани допил пиво. Стройный, симпатичный зануда не вызывал ассоциации с чем-то мужественным.

- Я принципиален. Я не заинтересован в иллюзиях, которые навевает телевидение. Более того, я верю, что общение с женщинами напрямую намного полезней.

- Не могу назвать то, что ты перескакиваешь с одной на другую полезным делом.

Фудживара разочарованно посмотрел на Анну.

- Я серьезен с девушками, с которыми встречаюсь днем. Но я должен думать о женщине еще и как о компаньоне по жизни. Я не могу найти идеальный вариант спутницы жизни, поэтому и меняю женщин так часто.

Внимательно слушая шефа и принимая все на свой счет, Кайтани энергично замотал головой.

- Признай же, ты просто снимаешь девочек для секса.

- Сексуальная совместимость – важная часть жизни. Но я не встречаюсь с подростками. А если бы встречался, это было бы очевидно, – Кайтани понимал все, что ему говорил Фудживара, но он не мог ничего противопоставить яркой жизни, которую вел его шеф.

- Видимо, в твоей жизни немного было романтических отношений, – вздохнул Фудживара.

Это замечание ударило поддых. За всю жизнь Кайтани заводил подружку всего дважды. Во времена колледжа, он встречался с менеджером бейсбольной команды. И потом, на втором году работы, он встречался с девушкой, с которой познакомился на вечеринке. Отношения продлились всего полгода. Девушка была довольно сдержанной, отношения застопорились, и в один прекрасный момент они обоюдно расстались.

- Ты завидуешь мне, потому что у меня было много женщин. Это неудивительно. Женщины предпочитают сбегать от такого неряхи, как ты.

- Меня тошнит от таких заносчивых снобов, как ты.

Фудживара прищурился.

- И хорошо, что тошнит. Меня не волнует, ненавидим я мужчинами, или нет. Но если тебе так завидно, может мне рассказать тебе, как обольщать женщин?

Кайтани повернулся спиной к Фудживаре и сделал телевизор громче. Он любил это шоу, но после услышанных гадостей в свой адрес, он никак не мог поддержать к нему интерес. Однако в голову опять полезли мысли о том, как точно Фудживара рассказал о чувствах Анны. Не замечать острый язык шефа нельзя, но он все еще создавал впечатление «крутости», все еще был «унылым» и до сих пор говорил только тогда, когда ему было что сказать. Хигашияма, наверное, был прав, когда говорил, что нельзя судить книгу по обложке.

Тв-шоу закончилось почти одновременно с трапезой. Начались вечерние новости.

- Ты в ближайшее время не собираешься развязать мне руки?

Фудживара перекатился на живот. Его руки были связаны за спиной. Он потер связанными кистями рук друг об друга. Когда Кайтани подошел к Фудживаре, намереваясь его отпустить, по телевизору объявили имя его любимой модели. Слова вроде «помолвка» и «беременность» долетели до его ушей.

- Пошевеливайся!

- А ну тихо.

Его взор был направлен на телевизионный экран. Какой-то журналист брал у модели интервью.

- Дай мне перерыв! Как долго я должен ползать перед тобой на этом грязном полу?

Голос Фудживары сделал медвежью услугу. Его лицо скуксилось, словно он съел что-то испорченное. «Пол, значит, грязный?» - подумал Кайтани. Он был охвачен злобой.

- Что? Чего смеешься?

Пока Фудживара не спросил, Кайтани даже не подозревал, что смеется.

- Я не дам тебе уйти.

- Почему?

- Потому что ты сказал, что ты обозвал мой пол грязным.

- Я не шутки с тобой шучу! – заорал Фудживара. – Пусти меня!

Кайтани обернулся к нему спиной. Ему было без разницы, что говорил Фудживара, он решил его игнорировать. Шеф потихоньку замолкал. Вскоре его голос обзавелся настораживающими нотками.

- Развяжи меня. Если нет, я сделаю это прямо здесь.

Кайтани обернулся и сглотнул. Фудживара не шутил. Его лицо побелело от напряжения. Анна подхватил пластиковый контейнер, из-под еды на вынос и поднес к подбородку.

- Не в это! – заорал на него Фудживара.

- Тогда, куда? Мне все равно, насколько грязен мой пол, но я не хочу, чтобы ты на него блевал.

- Я не собираюсь рыгать! Я хочу в туалет!

- Ах, в туалет…

- Боже, да поссать я хочу!

Под аккомпанемент воплей, Кайтани снял два пояса с ног Фудживары. Как только шеф оказался на свободе, он пулей метнулся в туалет, но со связанными руками не смог открыть дверь.

- Развяжи же мне руки поскорее!

Он стоял и извивался, как дождевой червь. Кайтани попытался развязать галстук, которым были связаны его руки, но узел не поддавался. Нетерпение шефа только усугубляло дело.

- Быстрее! Быстрее!

Нижняя часть тела Фудживары тряслась, глаза вылезали из орбит. Понимая, что времени у них не хватает, Кайтани открыл дверь в ванную, впихнул туда Фудживару, расстегнул ему ширинку и, глубоко вздохнув, запустил руки внутрь.

- Что ты делаешь?

- Не могу развязать. Поэтому одалживаю тебе руку. Только один раз.

- Мне не нужна твоя помощь. Пусти меня!

- Я сказал же, не могу я развязать узел. Эй, меня тоже не особо радует перспектива лапать мужские причиндалы.

Он нашел писюн и достал наружу.

- Боженька Всемогущий, счастье-то какое! – вскричал Фудживара, извергаясь.

После взрыва, довольно долго были слышны звуки льющейся воды. Когда дело было сделано, Кайтани, по обыкновению, тряхнул писюном вверх-вниз, а потом запихнул его обратно Фудживаре в штаны. Босс взвизгнул.

- Что опять не так?

- Ты ЕГО не вытер!

- Вытер?

- После мочеиспускания, я всегда вытираю мой член. Если ты не знал, оставшаяся влага испачкает трусы.

- Че? – спросил Кайтани, склоняя голову на бок. – Ну, так постираешь. Какие проблемы?

- Это не проблема, если есть стиральная машина.

Чтобы прекратить поток визгов, у Кайтани не оставалось выбора, кроме как опять достать «маленького друга». Схватив его за тельце, Анна подергал его в разные стороны.

- Не размахивай им! – завопил Фудживара, Кайтани отмотал немного туалетной бумаги и промокнул ею член.

- Больно же! – заявил Фудживара, качая талией. – Думай, что творишь! Ухаживай за ним аккуратнее.

- Ага, но мне как-то пофиг, как за ним ухаживать.

Стоя в туалете с членом наголо, босс выглядел довольно глупо.

- Положи его на место, – прорычал Фудживара.

Анна проигнорировал его и вышел из туалета. С болтающимся членом во все стороны, Фудживара последовал за ним.

- Запихни его назад в трусы. И ты не вымыл руки, да? Даже не представляю, какие же они у тебя грязные.

Кайтани сел на кровать. Он опустил голову и глубоко вздохнул.

- Так это я так засрался, всего лишь подержав твой член в руках, да?

Шеф побагровел, он был уязвлен до глубины души.

- Не проблема.

Кайтани встал и вытер праву руку о рубашку Фудживары.

- Так. Я вытер. Подойдет?

Фудживара застыл от шока, потом задрожал.

- Хватит вести себя, как малолетний хулиган!

Что бы Анна ни делал, Фудживара закатывал истерику. Дабы не вгонять себя в депрессию, выслушивая занудства, Кайтани вернулся к шефу и начал колдовать над галстуком. Он думал, что на развязывание узла уйдет много времени, но буквально через пару мгновений галстук поддался.

Как только он освободился, Фудживара запихнул все на место. Он вымыл руки в кухонной мойке. Он вернулся в спальню, взял свою сумку, и молча ушел, не удостоив Кайтани даже кивка.

Внезапно оказавшись в тишине, Кайтани вздохнул. Слишком много всего случилось за последний час. Он окончательно выдохся.

- Дай мне передохнуть, – пробормотал он.

- Быть того не может.

Его взгляд упал на пять миллионов йен, которые принес Фудживара, и которые все еще были на полу.