Муссоны продолжались до июня, хотя сегодня небо было на удивление чистым. Ни одна капелька воды не омрачала ярко сверкающего солнца. Где-то в полдень серые тучи застлали небо. А после часу дня погода словно решила лично его покарать, наслав сильнейший ливень. Начался настоящий Ад.

Неся в руках зонт, который он накануне купил в магазинчике, Анна Каитани бежал по тротуару. Цветастый зонт выделялся среди своих менее успешных собратьев. Кайтани вступил в лужу и замочил полы брюк. Правда, сейчас это его не волновало. Завернув за угол, Анна метнулся в фойе Cavi Cosmetics.

Он остановился перед автоматической дверью, которая решительно не хотела перед ним открываться. Тривиальная, казалось бы, ситуация вызвала в нем бурю эмоций.

- Черт! – сорвалось с его языка.

Пробегая через атриум, его взгляд наткнулся на Хироми Сасагури, которая сидела напротив лобби. Она как раз жеманно подносила свою руку ко рту, хихикая. Анна инстинктивно отвернулся. Он понимал, что из-за дождя промок до нитки и выглядит просто отвратительно. Это его бесило.

Лифт спустился на первый этаж. Анна подхватился и попытался отдышаться. Его взгляд упал на черную сумку, с которой ручейком стекала вода на его хлюпающие туфли. У него не было с собой полотенца, а платок он успешно забыл. Ноги ниже колен отмерзли напрочь. И Анне ничего не оставалось, кроме как сушить свои штаны на ветру.

Сойдя на пятом этаже, молодой человек поспешно скрылся в дверях офиса отдела по стимулированию сбыта и планированию.

Дверь не отличалась внушительностью размеров, а вот интерьер был выполнен от души. В просторном холле стояло около двадцати столов, а может и больше. Столы были широкие, но недлинные, а разделяющие их панели создавали атмосферу уединённости, не вызывая при этом клаустрофобию.

Кайтани работал в этой фирме уже третий год. Его стол был в середине помещения, в стороне от кабинета директора. Анна с глухим стуком поставил свою мокрую сумку на пол. Сидя за столом напротив, Рицуко Кугэ смерила его взглядом. Она была его непосредственным начальником, и старше его на восемь лет.

- Кайтани! – Воскликнула она. – Ты опоздал! Встреча началась в два. Она в самом разгаре!

- Да знаю я, знаю. – Трясущимися руками Кайтани собрал листы, хаотично разбросанные по столу.

- Не очень хороший подход. Кстати, забыла сказать. Встречу перенесли из конференц-зала 5 в конференц-зал 8.

- Они это сделали?

Кайтани поднял голову. Их глаза встретились. Кугэ фыркнула и засмеялась.

- Осада должна была оставить сообщение тебе на компьютере. Думаю, ты его не заметил. Ладно, давай в темпе. Начальник отдела Фудживара будет сердиться.

Анна выбежал из офиса, сжимая в руках остаток бумаг и блокнот. Лифты одновременно спускались на первый этаж, перед тем как подняться наверх. Стоять, сложа руки, не входило в его планы. Но встреча на восемнадцатом этаже, по лестнице туда не подняться. До конференц-зала 8 он наконец-таки добрался только к половине третьего.

Остановшись перед дверью, Анна перевел дыхание, сбросил напряжение и вошел в зал.

- Кайтани из Стимулирования Сбыта. Приношу свои глубочайшие извинения за опоздание, – заявил он на выдохе.

Ему ответила гробовая тишина. Анна поднял голову. Пятнадцать человек сидели за большим овальным столом, находящимся в центре зала. Их взгляды были устремлены на него. Нельзя было сказать, что в помещении было сильно жарко, но с молодого человека, похоже, сошло семь потов.

Анна устремился на поиски свободного стула. Единственный оставшийся был рядом с главой отдела по стимулированию сбыта и планированию, Ясихито Фудживарой. «Ох, Господи», - пронеслось у него в голове. Но, увы, выбирать не приходилось. Кайтани согнулся, и тенью по стене метнулся к стулу. Легкий флер парфюма, которым всегда пользовался глава отдела, заставил Анну вздрогнуть. Это был условный рефлекс.

– Простите, что так подвел вас на этой важной встрече. - Прошептал он. На Фудживару это не возымело никакого действия. Даже банального «чтобы больше этого не повторялось» не было. Полное и бесповоротное игнорирование было его любимым способом выказать свое недовольство.

Кайтани перевел взгляд на циферблат часов. Встреча началась пол часа назад. На повестке дня стояло обсуждение нового проекта отдела исследований и разработок. Он не знал, как далеко зашли переговоры. Находясь в полном недоумении, Анна внезапно ощутил легкий толчок в правое плечо.

Он повернулся навстречу, и увидел Юко Осаду, которая изучала его взглядом. Осада была старше него на три года.

- Вы опоздали на пол часа! – Прошипела она. – Что стряслось?

- Простите. Я задержался в пути.

Свирепость выражения ее лица не изменилась ни на грамм. Она свела брови к переносице:

- Расскажите мне вашу историю позже. Они уже закончили рассказ о новом лосьоне и переходят к пробникам.

Анна тоже взял один со стола. Прошлой весной Cavi Cosmetics представили новую серию мужской косметики и попытались продвинуть ее в высококлассные магазины. Кайтани был членом команды по стимулированию сбыта этой самой линии «Kasha».

Как «член команды», он присутствовал на собраниях, но из-за всего лишь трехлетнего стажа, права голоса у него еще не было. Вся его работа заключалась в фиктивном присутствии. Он знал, что толку от него почти нет, но и ожидали от него ничуть не больше. Тем не менее, раз он в команде — нужно проявлять активность.

«Kasha» базируется на стандартной «Chaps line», правда с небольшими изменениями. Честно говоря, изменилось, по большому счету, только название. Состав же полностью идентичен.

Линейка продукции «Kasha» небольшая: пенка для умывания, крем для бритья, и лосьон для тела. Макеты пенки для умывания и крема для бритья были рассмотрены на прошлом заседании, и дату их выхода уже утрясли. Лосьон же для тела находится на стадии разработки, а выпуск его прототипа задержали на целый месяц.

Кайтани окинул взглядом стол и взял пластиковый контейнер под номером «003». Когда Анна открыл баночку и перевернул ее вверх дном, на его ладонь вытекла жирная, молочно-белая жидкость. «Хех». - Хмыкнул он.

Лосьон для тела, который использовал Кайтани (продукт другой компании, в чем он не сознается даже под угрозой смерти) — шелковистый и водянистый. Он знал, что для женской косметики это свойственно, но это, отнюдь, не касалось мужской. И если бы прямо сейчас он нанес на кожу консистенцию, то почувствовал бы, насколько увлажненным стало лицо. Главное, что этот лосьон не оставлял после себя чувства тяжести. А этот замечательный запах свежескошенной травы!..

Кайтани вернул баночку обратно в контейнер и поднял голову. Взгляды всех присутствующих в зале устремились к нему. Он сглотнул. Успел ли кто-либо высказаться, пока он отсутствовал? Никто не нарушал гробовую тишину. Как для обзорного заседания, обстановочка, по мнению Анны, должна была быть поживее.

- Кайтани-кун, – резко бросил глава отдела Фудживара.

Кайтани обернулся на зов. Фудживара сверлил его взглядом. Его узкие, миндалевидные глаза, которые, по мнению женского персонала, лучились исключительно скукой, сейчас готовы были заморозить собеседника.

- Д-да... – дрожащим голосом отозвался Кайтани.

- Может, соблаговолите высказать свое мнение по поводу пробника 003?

Боже, что угодно, только не мнение. Он не прочел документацию о продуктах. Он просто взял эту штуку. Да и времени собрать свои мысли в кучку у него не было. Тем не менее, шестое чувство подсказывало, что если он не ответит, то, как минимум, познает все круги Ада. Он промямлил что-то вроде:

- Ну, похоже, неплохо.

- А что особенно Вам понравилось?

Когда Фудживара припер Кайтани к стенке, ткань мокрой рубашки прилипла к его спине. Горло пересохло. Анна пятой точкой чуял, что с каждой его фразой он все сильнее загоняет себя в угол.

- Ну, как сказать. Он хорошо подойдет женщинам. На мой вкус, он довольно приятный.

Фудживара лишь пренебрежительно выдохнул. Он перевел свое внимание на остальных.

- Осада-сан, как вам новый лосьон?

- Мне понравился. – Осада подняла контейнер и подалась вперед. - В принципе, мне нравится текстура, но у меня есть сомнения по поводу того, подойдет ли он мужчинам. Как показывает практика, мужчины предпочитают ощущать свежесть и легкость после использования гигиенической косметики.

- Результаты наших опросов поддерживают данную теорию. – Заявил Юичи Хигашияма из R&D.

Кайтани уже успел поработать с Хигашиямой в группе по исследованию женской линии гигиенической косметики. Начало своей карьеры Хигашияма провел в изучении японского и китайского лекарственного сырья в фарм.фирме и не понаслышке был знаком с их эффективностью. Опытный и активный, всего за двенадцать месяцев он стал звездой R&D. Он всегда был готов прийти на помощь, а чувство ответственности родилось раньше него самого — этакий надежный старший брат.

Он был красив, не тщеславен, чист сердцем и великодушен. И пусть даже Кайтани работал в другом отделе, он всегда мечтал, чтобы Хигашияма стал его начальником. Хигашияма приглядывал за ним, и даже когда группа распалась, они не раз ужинали вместе. Он носил дорогой парфюм и всегда сидел в непринужденной позе. Если бы глава отдела стал животным, то наверняка — сиамской кошкой — такой же привередливой и жрущей только корм из пакетиков. Хигашияма был полной его противоположностью.

- Базируясь на результатах исследований мы выбрали именно эту текстуру. Своеобразная «фишка», которая сможет отличить нас от остальных конкурентов. По средством вяжущего эффекта, увлажнение происходит в два раза активней.

Глава отдела Фудживара сузил глаза и медленно наклонился вперед. Согнув руку, он провел ею по щеке.

Хигашияма продолжил:

- Помимо формы и приятных ощущений, у этого лосьона есть дополнительное свойство. По этой причине мы нацеливаемся на молодую аудиторию. Молодая кожа склонна к акне. Самые распространенные причины возникновения акне — сухость кожи и бактерии, которые накапливаются в порах. Наши исследования показали, что эта проблема появляется даже у тех, кто ежедневно очищает свое лицо. Более того, активное применение моющих средств приводит к нарушению водного баланса кожи и стимулированию желез внутренней секреции. Мы фокусируемся на глобальном увлажнении и балансировании выделений внутренней секреции. Также мы в поисках веществ, которые лучше усваиваются кожей.

Теперь понятно, почему лосьон такой жирный и жидкий. То, что раньше сбивало с толку, теперь обретает смысл. Хигашияма снова взял контейнер с лосьоном.

- Так что, если вы ищете причину, по которой...

Во время секундной заминки, слово взял Фудживара:

- Отдел продаж не позволит этому продукту появиться на прилавках.

В тишине комнаты послышались сдавленные бормотания. Члены R&D переглядывались, явно недовольные таким развитием событий.

- И что же вынудило Вас принять такое решение? – мягко спросила Хиро Таканага, начальница отдела R&D. Одинокая, сорокашестилетняя женщина, которая посвятила свою жизнь исследованиям. Даже вполне зрелый возраст не мешал ее идеальной коже оставаться, как говорили в отделе, «кожей Бога».

- Этот продукт не оправдывает мои ожидания.

Складка возмущения залегла между ее бровями. Между ними молнии сверкали от напряжения. Никто не проронил ни слова. Удручающая атмосфера заставила Кайтани нервно сглотнуть.

- Так как лосьон непосредственно касается R&D, моя команда попытались сотворить самый подходящий продукт. - Выражение ее лица переплеталось с недвусмысленным заявлением, давая понять о полном доверии к их работе. - Лосьон кардинально отличается от других продуктов. В такой простой форме он смог уместить в себе три типа продуктов женской гигиены: лосьона, крема и увлажняющей эмульсии. Попробуйте его использовать и почувствуйте разницу.

Начальник отдела Фудживара со скучающей миной откинулся на стуле. Даже дурак смог бы понять, насколько он зол:

- Раз уж сама доктор Таканага говорит о действенности лосьона, этого нельзя отрицать. Вот только аргументы все — не по существу.

Фудживара кончиками пальцев взял контейнер под номером «003» и легонько его взболтал. Кремовая субстанция вяло растеклась по бутылочке.

- Проблема первая: запах. Уж не знаю, хорош ли он, но я бы никогда не использовал продукт, пахнущий травой. Немалая часть молодежи предпочитает пользоваться более дорогими ароматами. По нашим подсчетам, более шестидесяти процентов мужчин, которые используют нашу продукцию, заявляли, что мотивацией к покупке становился аромат. А этот запах, язык не поворачивается называть его ароматом, просто-напросто убьет интерес наших клиентов.

Это был оглушительный провал. Таканага подхватилась со стула, да так энергично, что чуть его не опрокинула.

- Мы еще прорабатываем запах. Сам-то по себе продукт...

- Проблема вторая: текстура.

Фудживара лениво подцепил крышечку контейнера ногтем и вылил немного жирной, мутной субстанции себе на ладонь.

- Слишком вязкий.

- Как я уже говорила ранее, это мы и задумывали. Он неприятен, когда просто его касаешься, но эта вязкость уходит, как только соприкасается с кожей. Когда же он начинает впитываться, то становится очень нежным на ощупь.

Фудживара сузил глаза и покачал головой.

- Не забывайте, что этот продукт не для женщин, но для мужчин. Для женской продукции это свойственно, не для мужской.

- Я в курсе. Вот почему...

- Раз вы в курсе, извольте все исправить. Я не могу продавать продукцию, которая выплывает только на своей эффективности. Люди будут покупать то, что в половину менее эффективно. Это бизнес, к слову сказать. Слышать не желаю ничего о чем-то, что будет занижать нашу продаваемость.

Таканага заскрежетала зубами.

- Я все сказал. От данного продукта я отказываюсь. Надеюсь, в следующий раз будут произведены хоть какие-то улучшения.

Фудживара собрал бумаги и покинул конференц-зал. Осада и остальные члены отдела по стимулированию сбыта поспешили за ним. Кайтани был бы рад последовать за ними, но он прибыл последним. Негоже уходить в первых рядах. А раз уж он задержался, то стал лакомой добычей для оставшихся девяти сотрудников R&D, которые уже сверлили его холодным взглядом.

- Отдел сбыта думает только о продажах, да о продажах. – Выплюнул молодой парень, ровесник Кайтани.

- Вы вообще знаете, сколько сил мы угрохали в то, чтобы создать этот лосьон? Это не дело одного-двух дней. Пол года. Пол года! Запах его не устраивает. Текстура его не устраивает. Да какая разница, раз он работает, то он сможет его продавать. Вот вы покупаете всю эту фигню?

- Эй, не вали всю вину на меня. Мне-то лосьон понравился. - Кайтани повесил голову.

- Выпусти пар. Обвиняя одного, проблему не решить. Это все еще комната для дискуссий. – Защищал его никто другой, как Хигашияма. Он продолжил. – Про запах. Мы пытались привнести нотку ориентальности . Но, раз Фудживара считает, что данный аромат не найдет резонанса с потенциальными покупателями, мы его немного изменим.

Члены R&D хранили молчание. Дабы сохранить мирную обстановку, Хиро Таканага подняла и спокойно начала:

- Откровенно говоря, мнение главы отдела продаж меня зацепило, но посмотрим правде в глаза: если продукция не будет продаваться, нас уволят. Фудживара — профессионал в своем деле. Если он против, значит это действительно что-то важное. Мы должны найти компромисс. В любом случае, давайте вернемся к работе и закончим с этим.

Один за другим уходили люди из R&D. Пыль, в конце-концов, улеглась. С чувством спокойствия из Кайтани, казалось, испарилась последняя его энергия. Кто-то хлопнул его по плечу.

- Извини за то, что они вот так на тебя накинулись, – произнес Хигашияма.

Он извинялся так, словно Кайтани, как минимум, только что морально расчленили. Анна энергично замотал головой.

- Да ничего страшного. Переживу. Ты же знаешь, что я в курсе, из какого вы, ребята, теста. Фудживара довольно грубо изъясняется. Как по мне, лосьон очень даже неплох, правда, мое мнение никого не волнует. Как вернусь, попытаюсь его хоть немного переубедить.

Хигашияма криво улыбнулся, словно советуя: «не лезь на рожон».

- Все-таки, не зря же это комната для дискуссий. Более того, Фудживара всегда на гребне волны. Если уж ему что-то не понравилось, значит с этим «чем-то» что-то не так.

Особой радости это умозаключение у него не вызвало, но он одарил Кайтани заговорческой улыбкой. Оглянувшись, Кайтани осознал, что все, кроме них, давно ретировались. В целом конференц-зале они были одни-одинешеньки.

- Давай сходим куда-нибудь выпить, если ты не занят, конечно же. Слышал, Имакура нашел место, где подают замечательное белое вино. Он сказал, тебе тоже понравится. – Заявил Хигашияма.

Имакура — официант, с которым Кайтани познакомился через Хигашияму. Он стремился стать сомилье и очень многое знал о винах. Он знал, что Анна любит белое вино, и всегда давал знать, когда находил что-нибудь новое. Имакура старше Кайтани, одного возраста с Фудживарой, но на вид он был так молод, что многие путали его со старшеклассником.

- Честно?! Прости, но пока я не могу вырваться. Позвони мне.

Хигашияма усмехнулся.

- Позже, – и вышел из конференц-зала.

И года не прошло, пока Кайтани дождался свободного лифта.

В медленном шорохе лифта, Кайтани снова и снова обдумывал, что же такого неправильного в этом лосьоне. Вязкость была довольно необычна, это да, но если это действительно работает, то почему бы и нет? Он самолично проэкспериментирует на себе. Все-таки, отрицательное настроен был только Фудживара. Лифт прибыл на пятый этаж.

Он сложил все свои вещи назад в стол и уже готов был сесть, когда услышал, что его кто-то зовет. «Кайтани-кун», – тихий, резонирующий голос. Он повернул голову на зов. Фудживара, сложив подбородок на руки, пялился на его из другого конца комнаты.

В животе все переворачивалось, когда молодой человек подошел к большому столу возле окна. Уже находясь рядом с ним, Анну окутал специфический запах. Никто не знал, что это за аромат, а Фудживара никому не говорил. Благодаря женской половине трудящихся, источник его одеколона приравнивали к седьмому чуду света компании. Поговаривали, что он заказал у профессионального парфюмера одеколон, который окрестили «Фудживара Ориджинал».

Некоторые девушки заявляли, что этот запах их дико заводит. Кайтани же относился к тем людям, которых этот запах заставляет чувствовать себя героем «Челюстей», которых скоро должна была сожрать большая и злобная акула. За три года работы в отделе по стимулированию сбыта Кайтани никогда не порицали или хвалили. Он ассоциировал запах Фудживары с его речами. А они у него были сплошь упрекающими.

Ясухито Фудживара стал главой отдела в тридцать два. По разным причинам, он был известен в компании и среди окружающих держался особняком.

Отличался он и внешностью, которой безмерно отталкивал. Голова его, в сравнении с телом, была довольно мала. При всей его худобе, он оставался поджарым и мускулистым, причем видно это было даже через одежду. Длинный нос, тонкие черты лица... из его глаз всегда струилась некая меланхолия. Правда это или нет, но поговаривали, что много лет назад он был косметической моделью.

Его прямые длинные волосы всегда были красиво уложены, и никто еще не видел, чтобы он носил одежду, не выходящую за рамки дресс-кода. Этакий яркий пример образцового мужчины, сошедшего с обложек модных журналов. Любой мужчина, даже мельком его увидевший, не смог бы избавиться от зависти к нему. В их головах наверняка пролетала мысль, вроде: «Вот это настоящий мужчина, на которого я мог бы равняться».

Находясь рядом, Кайтани в полной мере понимал, что Фуджвивара всего достиг Сам, и эта его самостоятельность на самом деле душила его и стопорила на месте. Хотя, возможно, более опытные мужчины смогли бы назвать это обычным предрассудком.

Стоит ли говорить, что при всей своей красоте, дорогой одежде, приятном запахе и загадочном налетом печали, все девушки вились за ним хвостом. Слухи вечно связывали Фуджвивару с кем-то из компании. Раз в три-шесть месяцев эти самые слухи рассеивались, и сплетникам приходилось находить новых «героев пьессы».

Он флиртовал с скандальными дивами, и в народе назывался местным Дон Жуаном. Но даже при всех этих показных отношениях — многие девушки избегали его — охота на Фудживару не прекращалась.

Причина была проста: Фудживара притягивал взгляды не только своей внешностью. Он был отвратительно прекрасен в своей работе. За всю его долгую карьеру он ни разу не прокололся на задании, какое бы не взял. Уж он-то, брошенный в пучины анализа рынка сбыта, точно знал разницу между синглом и хоум-раном*. Начальство доверяло ему, более того, поговаривало, что если Фудживара из отдела по стимулированию сбыта и планированию не одобрил проект, то пиши пропало. Можно спокойно забывать о нем, как о страшном сне.

Когда Кайтани приняли на работу, он был впечатлен тем, как в двадцать лет Фудживара смог стать менеджером. В последствии, однако, он подверг сомнению стиль ведения менеджерской работы.

На данный момент работа сводила их пути дважды. За время работы над одними проектами, Кайтани изучил подход Фудживары к делам. Он был узко направлен на рынок. Главным приоритетом было ублажение потребителя. Несмотря на передовые идеи R&D, если бы продукт не отвечал запросам потребителя и данным по продажам, то он бы разносил предложения на щепки.

У Кайтани сложилось впечатление, что Фудживара — машина по обработке данных; созидания же чего-либо предполагало человеческий фактор. Анна считал, что солидарность и желание достичь цель дожна быть, как в старшей школе, когда класс ставит представление для школьного фестиваля. Работа с Фудживарой исключала критерий «хорошо» - «плохо», Ясухито основывался только на том, сможет ли он это продать или нет. Никаких сантиментов, только работа.

Рицуко Кугэ, к примеру, была одного с Фудживарой возраста, но ее работа основывалась на чутье к человеку. Вот почему Кайтани нанялся работать с ней. Жаль только, что человек в его положении не сильно выбирает себе начальство.

- Встреча закончилась пятнадцать минут назад. Чем Вы занимались? – Ядовито поинтересовался Фудживара. Глядя в его бесстрастные глаза можно было с уверенностью сказать, что думает он что-то вроде: «Мало того что опоздал, так теперь еще и бездельничает».

- Я говорил с людьми из R&D по поводу прототипов.

Хотя он так и не смог извиниться за опоздание на встречу, его разговор после оного был целиком оправдан. Он хотел устранить все недопонимания. Пусть даже критика и основывалась только на перспективности.

Фудживара медленно поправил якобы выбившийся из прически локон.

- Прототип одобрен не был. Не думаю, что есть смысл переливать из пустого в порожнее.

- Но вы и их мнения обязаны были выслушать, разве нет? Все-таки, они много сил вложили в свою работу.

Фудживара улыбнулся себе под нос.

- Это бизнес, Кайтани. Раз уж R&D создают то, что мы не можем продать, то дорабатывать недочеты — их прямая обязанность. Не стоит вкладывать эмоции туда, где это не требуется. Проявите свою ответственность в другом месте. У Вас не должно быть времени нянчиться с чувствами окружающих людей.

Это его «не должно быть времени» окончательно вывело Кайтани из себя; он шумно выдохнул. Без разницы, что он скажет этой машине по обработке данных, этому жалкому подобию мужчины, все равно все как о стенку горох.

- Понимаю... – извиняясь, пробормотал он.

Фудживара коснулся ладонью своей щеки и тихо вздохнул.

- Свяжитесь, пожалуйста, с R&D и скажите, что следующая встреча будет в пятницу, двенадцатого июля. Начало в час пополудни.

Кайтани церемониально кивнул и начал было отходить, но...

- И еще... – Анна остановился. «Что, черт бы его побрал, он еще собирается вещать?» - подумал он, оборачиваясь.

- Еще на встрече я заметил, что у Вас грязный манжет.

Кайтани поспешно поднял правую руку вверх, на что Фудживара лишь фыркнул и взглядом указал на левую. Обсмотрев левый рукав, Анна увидел пятно какой-то светло-коричневой субстанции. Принюхавшись, можно было ощутить сладковато-приторный запах. Сегодня во время ланча, бегая по поручениям, он заскочил за своим любимым окономияк*и. Анна, несомненно, там и запачкался. Хуже то, что пока Кайтани не ткнули носом, он его даже не заметил.

- У Вас есть костюм, в который бы Вы могли переодеться?

Молодой человек несколько раз моргнул, приоткрыв рот. Обычно Кайтани никогда не носил с собой сменный набор одежды. Гадая, с чего вдруг Фудживара решил задать ему этот вопрос он ответил: «Нет».

- Вы собираетесь еще куда-нибудь идти?

- Нет, буду работать за столом.

Фудживара откинулся на спинку стула, сложив кисти рук на столе и соприкоснув кончики пальцев.

- Раз уж Вы никуда сегодня выходить не собираетесь, я закрою на это глаза. Я еще в прошлый раз заметил, что не похоже, чтобы Вы уделяли своей одежде должное внимание. Позавчера у Вас были грязные брюки. Работники компании, которая занимается косметической продукцией, обязаны следить за своим внешним видом. Если уж ваша одежда легко пачкается, рекомендую вам держать на работе сменный набор. Для чего, как Вы думаете, существует шкафчик для хранения личных вещей? Уж точно не для того, что хранить там дополнительные канцелярские принадлежности.

Дабы остальным было не повадно, Фудживара говорил настолько громко, чтобы его услышал каждый. Кайтани немного наклонился вперед, неловкость и смущение застили его лицо. В старшей школе и колледже он был в бейсбольной команде, стригся налысо и носил джинсы с футболками. Понятие «мода» и «косметика» жила с Анной в разных мирах.

Он настолько углубился в изучение себя и окружающего мира, что профукал все достойные работы. И только когда его друзья начали обсуждать предложения от крупных фирм, он осознал, что слишком долго ждал у моря погоды. Инжиниринговая фирма, в которую изначально хотел попасть Кайтани, обанкротились, а выпускаться, сидя на шее у родителей, было бы попросту аморально. Накануне выпуска, его дядя поскреб по сусекам и нашел работу в Cavi inc.

Работать с косметикой никогда его не прельщало, но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. Ему было суждено добиться успеха именно здесь. Однако, он никогда не обращал внимание на самовольных дураков, которые цеплялись к внешнему виду его костюма.

- Следите за собой.

Голова Кайтани дернулась вниз и вверх, как если бы им охватило безудержное желание сжечь дотла этот мягкий, дорогой костюм, который носил его «обожаемый» начальник.

- И раз уж мы затронули эту тему, почему когда Вы приезжаете на работу, у меня возникает ощущение, что Вы ночевали на сеновале?

У Кайтани внутри все перевернулось.

- Скажите пожалуйста, Вы вообще встречали людей, работающих в почитаемых компаниях, у которых на голове вместо волос — воронье гнездо? Да будь хоть трижды хорош продукт, который Вы предлагаете, или ваш энтузиазм валил бы через край, никто – повторюсь! – не купил бы его у Вас. Вы с первых же секунд портите впечатление о нашей компании.

- Прошу прощения. – Он извинился так тихо, что его голос был ели различим.

- Вы не больно рветесь, как я вижу, добросовестно трудиться в Cavi Cosmetics. Не спорю, вы не должны быть разодеты в пух и прах, но и дурное послевкусие на языке у них оставаться не должно. Пожалуйста, начните обращать внимание на то, как вы выглядите и что носите. И последнее, минимальное к вам требование: не опаздывайте.

- Я все понял. Но шел дождь...

- Вы из тех мужчин, которым явно не до работы? – Спросил Фудживара, прерывая его на полуслове. Он метнул на Кайтани взляд из-под опущенных ресниц. – Такие мужчины всегда находят отговорки и оправдания.

Это был удар ниже пояса. Кайтани сокрушенно мотнул головой и вернулся к своему рабочему месту. Сев на стул, он попытался рассмотреть свое расписание на вечер, но буквы расплывались перед глазами. Он никогда больше не опоздает! После такой головомойки, даже с перебитыми ногами и руками он придет на встречу вовремя. Внезапно, он понял, что неосознанно расчесывает голову кончиками пальцев. Сегодня его волосы не торчали, как обычно.

- Наконец-таки получил выговор, да? – Мягко спросил кто-то, сидящий за столом напротив. Подняв голову, Анна увидел Кугэ, которая с сочувствием на него смотрела. – Я все гадала, когда же наш Глава сделает тебе замечание по поводу волос. На мой вкус, в этой детской разнузданности есть свой шарм, но Фудживара строго придерживается правил, когда дело касается внешнего вида персонала.

Кайтани опустил голову и схватился за нее руками.

- Да не переживай ты так! Ты взрослый парень, понятное дело, что у тебя волосы склонны торчать в разные стороны. Между нами говоря, была тут одна девушка... Так вот, она постоянно носила чулки со стрелками. В один прекрасный день Фудживара вызвал ее к себе на ковер и запретил когда-либо еще надевать их. Еще и пачку новых чулок подарил. Она была красная, как помидор. Тебе должно быть ее жаль. По сравнению с этим, твой небольшой нагоняй — сущий пустяк, нет?

Это не было похоже на «небольшой нагоняй», скорее уж на освежевание.

- Да, вы правы, – пробормотал он.

- Глава отдела Фудживара — самовлюбленный тип. Но он долго обиду никогда не держит. Так что если ты начнешь стараться, все пойдет как по маслу.

- Я понял. – Заявил Кайтани настолько воодушевленно, насколько мог. Все же, так просто выключить нахлынувшие эмоции он не мог. Помучившись с пару минут он спохватился и покинул офис, направляясь к уборной.

Уборные в Cavi поражали своей ультрасовременностью и минимализмом, выраженным в белой и черной гамме. Посетителей наверняка поразили бы дизайнерские изыски. Зеркала омывали раковины, подобно океану. Здесь каждая мелочь была продумана президентом комании от и до. «Люди, которые созидают прелестные вещи, – говорила она, – должны окружать себя красотой».

И все же, туалет оставался туалетом. Он мог быть красивым, он мог быть сильным, но Кайтани не больно хотелось долго там торчать. Он стал напротив зеркала и старательно изучил свою голову. Волосы в разные стороны не торчали! Анна повернулся кругом и еще раз взглянул на себя. Не беря в расчет мокрые манжеты брюк и немного соуса окономияки на рукавах, остальной внешний вид был вполне нормальным.

Дабы лучше рассмотреть тебя, Кайтани прошелся взад-вперед, как это делают модели. Ворчливо отозвался внутренний голос: «Что ты вообще творишь? Он думал, манжеты брюк грязные, но они чисты. Он думал, волосы торчком стоят, но они уложены. А даже если бы и торчали, он целый день провел в работе. Люди, которые обращают внимание на такие мелочи, сами себя этим принижают.

Нет, не «люди». Фудживара. Фудживара, этот мелкий эгоцентричный полу-робот — полу-человек. Вместо того, чтобы доставать своих подчиненных по мелочам, лучше дать этому мудаку пар спустить. Может подшутить над его растрепанными волосами, а потом заявить: «Эй, я о них позабочусь».

Кайтани встал в позу напротив зеркала. «Вы идете ко дну, Фудживара!». И все же, Кайтани даже представить себе не мог, что может поставить против него. Может потому что попусту потратил кучу энергии, и сейчас ему нужна была передышка. Он быстро стал рядом с писсуаром.

- Cavi, да.

Он начинал задумываться о том, что эта работа совсем ему не подходит. В школьную пору он размышлял о том, чтобы стать инженером, но не зацикливался на этой цели. Он наивно полагал, что эта карьера достойна ожидания. Вот только он не планировал зайти так далеко и стать работником компании вроде Cavi, которая находится в тройке лидеров по производству косметики. Анна крутился вокруг, но даже дядя, который имел свои рычаги давления, больше для него ничего сделать не мог.

Молодая корпорация Cavi Cosmetics была частью текстильной фарбики под названием Kabira Textiles. Kabira — компания-старожил, начала свою работу еще в начале двадцатого века. Послевоенное время позволило ей быстро развиться, и включить в себя фармацевтику, продукты питания, одежду, издательство и много других отрослей.

Пятнадцать лет назад косметический бизнес был под влиянием отдела Kitano Chemical Company. В то время продажи колебались. Глобальная реорганизация произошла шесть лет назад. Базируясь на исчерпывающих маркетинговых усилий, Lyric, косметическая линия товаров для молодых людей, стала безумно популярной.

Впоследствии, опираясь на стабильный сбыт, Cavi выпустила органическую линию косметики, названную Chrysanthemum Pavilion.Фокусируясь на маркетинговых ходах и стратегиях продаж, намного сильнее, чем остальные компании. Обрабатывая маркетинговые данные, Cavi поставила отдел по стимулированию сбыта во главу угла. Кайтани это понял только после того, как присоединился к компании.

Женская косметика была сильной стороной Cavi, и, что необычно, главной компании была женщина. «Косметика от женщин, для женщин» - так звучал их слоган. Большинство подчиненных были женщинами. В индустрии их называли «Девичей Академией», самой женской корпорацией.

Недавно они начали брать на работу и мужчин, но их все равно было не так уж и много. Больше мужчин работало в специальном отделе, R&D, но их количество состовляло не более десяти процентов, включая менеджеров, глав отделов и высшего начальства. В Стимулировании сбыта работали всего три мужичны, один из которых проходил повышение квалификации в Азии. Оставались Фудживара и Кайтани.

Оставаясь вдвоем среди женщин, хотели они этого или нет, но отношения между ними должны были быть хорошие. Но беря во внимание то, что Фудживара — начальник, а Кайтани — подчиненный, пропасть между ними была широкая и глубокая. Разница в социальном статусе и образе жизни была настолько большая, что оставаясь наедине, им было не о чем поговорить.

К примеру, утром Кайтани спал, пока не оставалось пятнадцать минут до того, как нужно было выйти на работу (то есть в семь тридцать). После того, как прозвенел будильник, он быстро умылся, побрился и расчесал волосы. Оделся, повязал галстук, съел пару кусочков тостов и выскочил из квартиры. Единственный раз, когда он смотрел на себя в зеркало, было три минуты, пока он брился. Если же он опаздывал, то пропускал завтрак или утренние процедуры, чтобы сэкономить время. Обычно в такие дни его волосы были в ужасном состоянии.

Пока Кайтани каждое утро проводил в напряжении, Фудживара проводил его так изысканно, что у него хватало времени послушать пение птиц.

В день знакомства с компанией Кайтани услышал, как Фудживара на корпоративе разговаривает с девушкой-работником. Все его естество пронизывала апатия. Он сидел, уронив голову на ладони, и не менял позу, даже когда говорил с кем-то, его затяжной бас его монотонного голоса обвивался вокруг слушателей, как дым от сигарет.

- Без разницы, как поздно я возвращаюсь домой. - говорил он. - Я всегда просыпаюсь в шесть утра. После быстрого душа, я пью эспрессо. Это, конечно, занимает время, но без него мое утро начаться не может.

Несмотря на то, что разговор подходил к концу, аура высокомерия взбесила Кайтани.

- Эспрессо, или экспрессо, день начинается, когда ты открываешь глаза, –возразил Кайтани.

- Распорядок моих выходных ничем не отличается от будней, разве что вечером я читаю книгу или хожу в спортзал. Выходные созданы, чтобы восстанавливать силы. В них нет смысла, если вы работаете.

Он завершил свою тираду пожиманием плечами. С этой его показной непоколебимой уверенностью и улыбкой с чувством превосходства. Все еще улыбаясь, Фудживара прошептал девушке на ушко: «Приходите ко мне. Будет весело. Я сварю вам эспрессо».

Этот парень живет только ради себя. Тогда Анна понял это в полной мере. Уже после, то там то сям он узнавал ту или иную информацию: Фудживарины часы класса люкс стоили порядка четырех миллионов йен; его барсетка стоила семсот тысяч йен; каждый его костюм, пошитый на заказ, стоили около трехсот тысяч; туфли завешивали на стодвадцать тысяч йен, даже обычная майка, которую он носил под рубашкой, обходилась Фудживаре в пятьдесят тысяч йен! Кайтани был в шоке от того, как огромен капитал главы отдела.

Следил Фудживара не только за своей внешностью. Аккуратный и чистоплотный, его личный словарь никогда не пятнали такие слова как «запах тела» или «расширенные поры». Все, от а и до я было haute couture*.

Кайтани мог бы попытаться пожить такой жизнью, но он не мог сократить свои часы сна, чтобы успеть принять душ и выпить чашечку ароматного эспрессо с самого утра. У него не было желания становиться таким, как Фудживара.

Звук открывающейся двери вернул его к реальности. Он посмотрел через плечо, будто бы только что закончил свои дела, и застыл в немом ужасе. Казалось, от страха его яички втянулись в пах.

Даже если он его и заметил, пока Фудживара (а это был он) виду не подавал. Он стоял напротив зеркала с умывальником. Глава достал из кармана складную расческу и аккуратно поправлял свою, и без того идеальную, прическу. После выпрямления своих волос (которые не нуждались в выпрямлении), он смахнул с плеч невидимые пылинки. Положив назад в нагрудный карман расческу, он достал маленькую, с палец, коробочку, в которой лежали такие же маленькие квадратики бумаги, и начал протирать лоб и щеки, которые и без того не блестели.

Кайтани мог лишь гадать, что там на самом деле происходит. Ему было неприятно там находиться. Он прокрался за спиной у Фудживары к двери, но когда его рука коснулась ручки, резкий голос заставил его остановиться.

- Кайтани-кун.

- Д-да?

В голосе Фудживары слышалась злость. Что теперь? Кайтани чувствовал себя, как на иголках. Все потому что его долго не было? Это что, Фудживара следил, как долго он сидит в туалете?

- И часто Вы так делаете?

Его взгляд был таким холодным – дрожь брала.

- Нет...сегодня я, эм, провел здесь немного больше времени, чем обычно.

Безмерное отвращение застило лицо Фудживары, будто бы он увидел что-то гадкое.

- Я не спрашивал вас о том, как долго вы обычно испражняетесь. Я хотел узнать, как часто вы моете после этого самого дела руки.

Кайтани неосознанно спрятал руки за спиной.

- Ах, я собирался помыть руки, но вы заняли умывальник, поэтому я решил воспользоваться тем, что стоит на кухне.

- Кухня — не место для того, чтобы мыть руки после посещения туалета. Кухня — место для приготовления пищи. Не используйте тот факт, что я стою перед умывальником, как достойную причину для оправдания. Простого упоминания, что Вам нужно помыть руки, было бы достаточно. Если бы вы коснулись этой дверной ручки своими грязными руками, кто, как Вы думаете, следующим за нее возьмется? Я. Мои руки станут грязными из-за человека, который со мной совсем не связан — с Вами. Как работник этой компании, я должен сказать, что Ваши манеры желают быть лучшими. Подобный нездоровый образ жизни и условия обитания пагубно скажутся на вашей внешности.

Кайтани замер у двери, слова укрыли его с головой.

- Мойте руки после того, как посетите туалет. Боже мой, я что Вам как ребенку должен все объяснять? – Фудживара глубоко вздохнул и отошел от зеркала. – Проходите.

Кайтани подошел к умывальнику и наклонился вперед, согнув спину. Находясь в подобном положении, он тщательно помыл руки с мылом, хотя никогда раньше этого не делал. Разогнувшись, он, по привычке, стряхнул воду с рук.

- Извините, – пискнул он.

- Подождите-ка. – Грозный голос опять его настиг.

Спина Кайтани вздрогнула. Что дальше? Про себя он уже тихо выл.

- Где Ваш платок?

Кайтани быстро вытер руки о брюки.

- О...я забыл его дома.

Ложь. По правде говоря, у него его не было и в помине. Анна не хотел утруждать себя стиркой и сушкой платков.

- То есть, Вы что, каждый раз вытираете руки о штаны?

Кайтани не мог соврать. Он кивнул и извинился:

- Извините.

Фудживара ахнул от удивления. Он не воспользовался туалетом, но все равно помыл руки. Он ускользнул от Кайтани и выскочил из уборной, оставляя его в полном одиночестве.

Кайтани заскрежетал зубами, бранясь про себя. По правде говоря, хуже было то, что он пустил все на самотек. Он отметал всякую мысль о том, что нужно будет вернуться в офис и просидел под стеной минут пять. Но если он будет тут торчать, Фудживара подумает, что тот отлынивает от работы. В конце-концов, он сдался и вышел. Анна зашел в офис, опустив голову и стараясь не попадать в поле зрения Фудживары.

Даже сидя за своим столом, Кайтани не смог избавиться от ощущения, что на него кто-то смотрит. Он отправил письмо своему коллеге из R&D о новой встрече касательно прототипа, слово в слово копируя то, что сказал ему шеф.

- Кайтани, – подала голос Кугэ.

- Да?

- У меня аврал. Прости, не мог бы ты мне помочь? Мне нужно ввести эти данные и создать лепестковую диаграмму.

Забирая у нее материалы, стол Фудживары опять попался на глаза. Как оказалось, шеф отсутствовал, а Кайтани даже не заметил. Он инстинктивно задал Кугэ вопрос:

- А куда ушел Глава отдела?

- Что? Наверное, на встречу.

Внешний раздражитель номер один куда-то ушел, хоть какое-то утешение. За пол часа он управился с заданием Кугэ. Она попросила его распечатать копию и передать главе отдела по продажам, Шинохаре. Устав сидеть на одном месте, он вскочил на ноги.

На обратном пути, пока проходил пустой зал, Анна повторил пару бросков левой рукой. В старшей школе и колледже он был кэтчером. Он не касался бейсбольного мяча с самого выпуска. У Анны не хватило таланта пойти в профессиональный спорт, но он оставался хорошим бейсболистом, и ему это нравилось. Настоящая игра начнется прямо сейчас, и он не пропустит не одного мяча. Колледж два года как закончился, но сейчас он казался Кайтани безконечно далеким. Анна скучал по нему.

Думая о том, что впервые за долгое время выходит из «окружения», он присел для питча, попятился, и бросил воображаемый мяч через колени. И тут его взгляд упал на незнакомца, который заходил за угол. Незнакомец, по приблизительным расчетам «носил» на себе около четырех миллионов йен. Усмехнувшись себе под нос, он исчез в недрах лифта.

«Аут!» – в голове прозвучал голос судьи. Кайтани опустил голову и поплелся обратно в офис. Он почти слышал, как насмешливо обращается к нему тот мужчина:

- Что это Вы себе позволяете? Это что, входит в ваши обязанности?

Глава отдела вернется сразу после запланированной встречи, –произнесла Кугэ, как только Анна сел за стол.

- Ты это о чем?

- Пару минут назад ты спрашивал, где он, верно ведь? И у тебя было поручение, так? Он тоже тебя искал. Он остановился и спросил у меня, где тебя носит. Я сказала, что послала тебя в отдел Продаж. Он хотел отдать тебе это.

Кугэ протянула ему светло-голубой конверт с эмблемой компании. Конверт был почти невесомым, и по размеру оказался даже меньше, чем лист А4. Гадая, что же все-таки там лежит, Кайтани быстро в него заглянул.

И остолбенел от того, что там лежало.

Бэттер* сделал три страйка, зачитался последний аут. Замечательный локаут.

Вот как Кайтани чувствовал себя в тот момент.

---

1. ↑ Хоум-ран означает "полный успех".
2. ↑ Окономияки - жареная лепёшка из смеси разнообразных ингредиентов — обычно с лапшой, мясом, морепродуктами и овощами, смазанная специальным соусом и посыпанная очень тонко нарезанным сушёным тунцом.
3. ↑ От кутюр.
4. ↑ Бэттер — игрок нападения с битой, бьющий. Находится у «дома» (с левой или с правой стороны — как ему удобнее) перед кетчером.