«Я решила начать встречаться с семпаем».

Вечернее небо придавало её волосам красный оттенок. Она выразилась довольно ясно, хотя и колебалась, говорить или нет. Глаза молодой девушки горят, словно на фотографии. Я не смог разглядеть какие-либо эмоции в её глазах, поэтому сейчас только слова отражают реальность.

В этот момент, когда сказанное моей подругой детства, Хинаги Судзурикавой, дошло до меня, я осознал, что все те слова, что хотел сказать, были одним сплошным недоразумением.

Подруга детства, с которой я знаком ещё с детского сада. Почему же она сказала это? Наверно, это было предупреждением. Видимо, она не желает, чтобы я всегда был с ней. Не знаю, о чём она думает. Хотя я никогда и не понимал чужих мыслей.

Возможно, поэтому её слова прозвучали так резко. Вероятно, она не хотела, чтобы у нас продолжались те же отношения, что и сейчас.

Между нами нету никакой мифически-сказочной связи, как это часто бывает у друзей детства. Даже обещания, которые мы, возможно, давали друг другу в детстве, можно назвать лишь детскими шалостями. Но она всегда была для меня особенной. Однако, кажется, это чувство исчезнет, словно мыльный пузырь, спустя всего мгновение.

Впрочем, в последнее время наши отношения были натянутыми; а ведь я искренне верил, что мы хорошо ладим. По крайней мере, до этого дня действительно так считал.

В начальных классах средней школы Хинаги становилась всё красивее и красивее. Она стала следить за модой и краситься, и в итоге она начала набирать популярность у парней. Так вдобавок ко всему она была весёлой и общительной.

Посмотрев на Хинаги, я принял решение закончить на этом наше с ней общение, как друзей детства. Я хотел ей признаться в этом году, на летнем фестивале, на который мы каждый год ходили вместе. Я наивно полагал, что "влюблён" в неё. Я искренне заблуждался, думая, что она примет мои чувства.

И вот моя картина реальности разбилась вдребезги. Это было всего лишь эгоизмом с моей стороны. Я считал, что она испытывает ко мне чувство привязанности. Я испытывал счастье, наивно полагая, что влюблён в неё. Блин, да какого чёрта? Это ведь не было привязанностью.

Тресь - и внутри что-то разбилось. Её слова заставили меня убедиться. Возможно, я даже понимал, что когда-нибудь это произойдёт. Я почувствовал, как в сердце образовалась пустота. То чувство, которое я испытывал к ней… Оно было никак не влюблённостью, а скорее сочувствием, если так можно выразиться.

А теперь я столкнулся с фактом, что был всего лишь другом детства. Думаю, наши отношения на этом и закончились. Этим летом, скорее всего, мы не сможем проводить столько времени вместе, как раньше.

Моя подруга детства безжалостно рассказала о семпае, чем в итоге разбила мне сердце. Словно сыпет соль на рану, словно хвастается. Как же это бесит.

«Понял, поздравляю тебя».

Если она начнёт встречаться с другим, то больше не сможет быть со мной. Скорее всего, она даже не захочет общаться со мной. Я не смог придумать, что ей ответить… Чувствую сейчас лишь пустоту в сердце.

Скорее всего, потому я так и ответил. Её слова стали искренним благословением. Теперь я был скорее счастлив, и счастье я чувствовал от того, что услышал это, и для меня это стало самым настоящим благословением, ведь теперь я имею возможность выразить свои отвратительные чувства, которые испытывал к ней.

Лицо Хинаги начало выражать лёгкую сердитость:

«В отличие от тебя семпай надёжен, а ещё красив. Так что я рада, что он признался мне».

Человек, которого Хинаги называет "семпаем", - член футбольного клуба, он учится в третьем классе средней школы и неделю назад признался ей в своих чувствах.

В отличие от меня, Хинаги популярна. Ей часто признавались, и видимо все они были отвергнуты, ну по крайней мере до признания семпая. И теперь я испытал облегчение, заметив, в каком состоянии она была.

У меня была удобная иллюзия, что она никогда не покинет меня. Однако, похоже, что я попросту не хотел утруждать себя разоблачением этой иллюзии.

Интересно, как же долго она меня ненавидит? А ведь и правда: я совсем не подхожу ей. Видимо, для неё я стал тем, чьё присутствие не нужно, так как я занимал место друга детства. Давно следовало понять: я был всего-навсего отвлечением и тем, кто мешал ей своим присутствием.

Я должен был понимать это, как никто другой. Но почему же? Почему я возлагал надежды? Я потерял место для чувств, в которых хотел признаться. Чувства, до сих пор утаиваимые, росли и росли, и каждый день я проводил так, будто они лишь укреплялись. И когда до меня наконец дошло, что это конец, чувства освобождения и одиночества заняли место безответных чувств.

Словно надутый воздушный шар, все те чувства, что я так долго держал в себе, вздулись и лопнули в одно мгновение. Это моё завершение, и если я больше не могу достучаться до своих чувств, то надо завершить всё здесь и сейчас. Я должен сказать ей, что действительно чувствую:

«Хинаги, я собирался признаться тебе в своих чувствах на летнем фестивале».

«Э?..»

С того дня в прошлом году ответ давно уже был ясен. Я знал это с того дня, как она выдернула свою руку из моей. Важно только одно: я упорно делал вид, будто не знал этого, отворачивался от этого и до сих пор вводил себя в заблуждение и пользовался положением друга детства.

«Я всегда любил тебя. Я смотрел только на тебя. Я гордился тобой, потому что с каждым днём ты становилась всё красивее и красивее. Вот почему я хотел сделать первый шаг в этом году. Не знаю, опоздал ли я или ты с самого начала не интересовалась мной...»

«Это правда? Тогда что же я делаю?..»

Хинаги выглядела расстроенной. Её глаза дрожали, как будто она искала ответ. Наверняка ей противно сейчас, уверен. Дискомфорт и отвращение от того, что я так смотрю на неё, вот что она чувствует.

«Я думал, что те чувства, которые ты направляла на меня, были добротой, но это было лишь заблуждением. Ведь это невозможно».

«Т-ты ошибаешься! Я тоже...»

«Наши чувства с самого начала были разными».

Не знаю, когда наши пути разошлись, да в принципе и не важно. Нет смысла больше об этом думать.

«Почему… Я так поступаю?»

«Мне жаль. Прости, если тебя это беспокоит; я просто хотел в последний раз выразить свои чувства, раз уж всё кончено».

«П-последний раз… Что?.. Прекрати… Что ты пытаешься этим сказать?»

Лицо Хинаги побледнело, она стала судорожно подбирать слова.

«До свидания, Хинаги-сан! Давай покончим с нашей детской дружбой здесь и сейчас. Желаю вам с семпаем всего наилучшего».

Оборудование детской площадки было окрашено в жёлтый цвет. Тот парк, в котором мы раньше играли, отныне перестанет быть таким любимым. Иронично, как быстро изменилось это место. Мы строили замки в песочнице и бегали вокруг, пока солнце не зайдёт. Я чувствовал сильную связь с ней.

Но наши отношения оказались такими же хрупкими, как та песочная башня, которую мы строили, и точно так же легко разрушились. Но это ведь нормально. Теперь, как только я сказал ей о своих чувствах, мы не можем больше продолжать наше общение и оставаться друзьями детства или продолжать вести себя, как раньше. Тем не менее, я собирался признаться ей со всей решимостью. Но в этом больше нет необходимости. Я больше не хочу быть здесь.

Я просто хотел исчезнуть. Как и в тот день. Прямо у всех на виду. Я побежал к своему дому.

«П-подожди! Юкито, пожалуйста, подожди и давай поговори…»

Человеческие эмоции сложны и непонятны. И почему только я настолько глуп? Если чувства, которые показывала Хинаги, не были "добротой", то что же тогда такое "доброта"? Возможно, мне никогда уже не понять, что это такое.

Таким образом, мальчику вновь причинили боль и он снова сломался.

*****

Переводчик: Shostakovich

Редактор: Мрачный отаку