Раннее утро тридцатого августа.

— Г-готово...

Когда через занавески пробивался слабый свет, я закончил мангу.

... Это уже была не раскадровка или набросок, потому я был очень взволнован.

От радости я был готов танцевать, только для этого сил совсем не осталось.

Домашнее задание я сделал, потому всё время уделял манге... Хотя каждый миг приближал крайний срок, и я находился под постоянным стрессом от мысли, что могу не успеть.

Наконец я смог избавиться от этого стресса. Хотелось громко закричать от радости. Выбежать на улицу и крикнуть «яху».

Но сделать я этого не мог. Ведь с облегчением вышли все силы, так что я даже ходить не мог.

К тому же сейчас четыре утра. Шумом всем хлопот предоставлю, и как закончил, на меня накатила сонливость. Весь день сегодня просплю, отосплюсь за всё то время, пока усталость копил.

А завтра... В последний день каникул, крайний срок тридцать первого августа, отправлю свою мангу.

— ...

Я завалился на кровать, и тут меня окутало странное ощущение. И вот оно подтвердилось. Сенсея рядом не было.

Я уже давно один не спал.

Сенсей всегда была рядом, что мне даже неспокойно становилось, если её рядом нет, но сил идти в соседнюю комнату не было...

— ... Просыпайся, Кадзуки! Уже утро!

И тут меня разбудил громкий голос.

Я открыл глаза, комната была залита ярким светом.

А, точно. Я свет забыл потушить... Нет, она сказала, что уже утро, так что это солнце взошло...

— ... Я спать, — сказал я и собрался вернуть в мир грёз.

— Но уже ведь больше двух часов.

— ... Тогда это не утро.

— В Европе утро.

— ... Мы в Японии.

— Точнее у нас дома.

— ... А надо это уточнять? — сказал я, хоть и хотелось спать. У меня тут профессиональная болезнь...

Хм... Конечно спать хочется, но уже вторая половина дня, так что надо вставать. Сенсей голодать будет, если я ничего не приготовлю...

Хоть и понимаю это, тело слушаться не хочет. Хотелось встать, но сил на это не было.

Сенсей именно это каждое утро испытывает?

— М. Нечасто ты так долго не встаёшь. Во сколько вчера лёг?

— В четыре утра...

— В четыре? Довольно поздно. Хотя ты же уже десять часов проспал. Может уже пора вставать?

— ... Ну да.

Проспал дольше обычного. Но сил нет. Из-за того, что долго спал, наоборот устал.

Значит надо скорее подниматься.

Я медленно поднялся. Протёр глаза...

— ... А?

И не поверил им.

Рядом с кроватью была медсестра.

В белом халате медсестры и в белой шапочке медсестры... В форме медсестры была Сиина-сенсей.

... Что это за форма медсестры?

— Вы профессию сменили?

— Стала бы я? Моё призвание — учитель физкультуры.

— Тогда почему вы в форме медсестры?.. Это же она?

— Угу. Приготовила её специально для этого дня.

— Сегодня день медсестры?

— Не знаю. Мне известно лишь, что сегодня твой день рождения.

— День рождения...

А, точно, сегодня мне исполняется семнадцать.

— Ты про собственный день рождения забыл?

— Слишком увлёкся мангой. Но этим утром как раз закончил.

— О! Наконец закончил! Вот что значит мой брат, справился всё-таки! В качестве награды за старание я тебя сегодня как следует с днём рождения поздравлю!

Она крепко обняла меня и потрепала по голове, поздравляя. Силу не сдерживает, но при этом поздравляет искренне.

И я прямо начинаю осознавать радость от того, что закончил мангу.

— Спасибо... И вернёмся к изначальной теме: как мой день рождения связан с формой медсестры?

— Угу. Сегодня день рождения Кадзуки. И весь день я буду тебя обхаживать. А если говорить об уходе, то на ум сразу приходят медсёстры. Потому я и оделась как медсестра.

— Вот значит как.

— До последнего момента я сомневалась в выборе между нарядом служанки и медсестры. Но выбрала в этот раз медсестру. Служанка в следующем году будет, так что жди.

— Буду.

Она кивнула и тут внезапно начала мяться. Тёрлась бёдрами, отводила взгляд.

— Кстати... Мне этот наряд идёт?

Форма медсестры полна женственности. И ей было неловко в женственной одежде.

Поборов смущение, девушка оделась ради меня... Если так подумать, то я очень этому рад.

— Очень идёт, — искренне похвалил я, и на её лице появилось облегчение.

— Тогда хорошо. Раз ты ещё до конца не проснулся. Давай я налью тебе кофе, посидим в гостиной.

— Спасибо.

Сегодня сенсей собиралась ублажать меня.

И раз уж это мой день рождения, я возражать не стану.

Я переместился в гостиную и уселся на диван, и девушка принесла мне чёрных кофе.

Сенсей села рядом со мной.

— Осторожнее, он горячий. Точно, давай я подую.

С самого начала ведь это задумала. По лицу видно, что подуть хочет.

— Тогда прошу.

— Предоставь всё мне! Фу! Фу!

Так дует, что горячие капли разлетаются!

— Горячо!

— П-прости. Перестаралась я. Фу... Фу...

Она осторожно подула и передала мне кружку. Под её пристальным взглядом я отпил.

Сладко?!

А, это кофе? Или коричневый сахар с водой?!

— Как вкус?

— Это... Очень сладко. Кстати, а сколько вы сахара положили?

— Побольше. Сладкий вкуснее... Или не вкусно?

— Н-нет, очень сладко.

— Вот и хорошо. Я бы в кому впала от шока, если бы ты сказал, что не вкусно.

Значит оставлять нельзя.

Я махом выпил эту жижу.

У... У меня изжога будет...

— Ещё будешь?

— Н-нет, спасибо. Теперь я уже точно проснулся.

— Вот как. Давай я тебя окончательно разбужу. Подожди здесь.

Сенсей встала. И вскоре вернулась с влажным полотенцем. Она села рядом со мной и прижала его к моему лицу.

— Ва. В-вы что делаете?

— Лицо вытираю. Сегодня же у тебя день рождения! И я весь день буду заботиться о тебе. Сегодня можешь ничего не делать. Чувствуй себя как король.

За прижимание влажного полотенца к лицу короля наверняка казнь положена...

Тёрк.

Жамк.

Повозив полотенцем по лицу, она его убрала. Я подумал, что всё закончено, когда она потянулась к моей рубашке.

— Подними руки, я тебя раздену.

Я поднял руки, и она сняла с меня рубашку. Потом она сняла штаны... И сняла с трусами!

— Что! Трусы оставьте!

— Но сегодня жарко, и ты наверняка пропотел. Так что надо обтереть всё тело.

— Давайте я сам!

— Не переживай. Это не больно.

Я вообще-то не об этом толкую!

— Ну же, расслабься. Я быстро всё сделаю.

Я не смог сопротивляться, а она отмыла всё моё тело.

— Точно. Совсем забыла.

Одевая меня, она о чём-то вспомнила. Девушка вышла из комнаты и вернулась с ленточкой с надписью «именинник».

— Тебе идёт.

— Спасибо. Вы много всего приготовили.

— Я готовилась к этому дню. И приготовила много всего.

— Много... Кстати, вы и гамбургеры приготовите?

— Угу. Я много тренировалась и смогла научиться.

— Тренировались?

Я всё сидел в комнате и рисовал мангу, но готовить не забывал. И там не было следов готовки, и гамбургерами не пахло.

— Пока ты рисовал мангу, я с мамой тренировалась.

— Понятно. Вот в чём дело.

Гамбургер, который я ел в первый день, был вкусным, потому что мама хорошо готовит. Если она её обучала, я могу быть спокоен.

— Гамбургеры будут на ужин. Днём и так полно планов. Прежде чем я разбудила тебя, заказала пиццу. Скоро должны привезти...

И тут в дверь позвонили.

— Помяни чёрта.

— Я открою. Иначе...

— Ты сиди здесь.

Не слушая меня, сенсей пошла в коридор.

И вернулась вся красная.

— ... Он на меня странно смотрел.

— Ну да...

— Я забыла, что на мне наряд медсестры... Вышла в таком виде перед посторонним... Нет, перед тыквой... Да, это тыква. Тыквы можно не смущаться, — убедила она себя, отогнав стыд.

Её сила воображения поражает. Так она и на улицу в таком наряде выйти может.

— Давайте есть, пока не остыла.

Сенсей открыла коробки. Это были пицца с морепродуктам и пицца с пятью видами сыра. Ни к чему говорить, что ни зелёного перца, ни других овощей не было.

— Ешь сколько влезет. А если не хватит, я ещё закажу.

— Мне и этого достаточно. Приятного аппетита.

— Ага. Приятного аппетита!

Я ел, видя, как сенсей уплетает пиццу. Вначале с морепродуктами, потому и с сыром... Рука вообще не останавливается.

— Что такое, Кадзуки? Не стесняйся. Ешь ещё.

— Д-да. Хорошо.

Я взял пиццу с морепродуктами. Откусил... И положил на тарелку.

Ты чего? Тебе же нравятся морепродукты?

— Нравятся... Простите. Что-то аппетит пропал...

На лице сенсея появилось беспокойство:

— Ты не заболел?

— Не думаю...

— Подожди. Принесу градусник!

Совершенно серьёзная она залезла в шкаф и достала градусник. С ним в руке она была прямо как настоящая медсестра.

С тревогой она измерила мне температуру... Нормальная.

— Похоже температуры нет.

— Мне от этого не спокойнее. Если у тебя какая-то неизвестная болезнь...

— Причину я знаю. Простое переутомление.

Переутомление было вызвано тем, что я много времени рисовал мангу. С тех пор как закончил домашнее задание на лето, почти всё время рисовал и переживал из-за того, успею ли я вовремя.

И этим утром закончил. Во мне словно натянутая нить порвалась и накатила усталость.

— Давай я тебя в больницу отвезу?

— Всё в порядке. Просто я слегка вялый, отдохну и всё нормально будет.

— Если вялый, тебе поспать надо... А я тебя разбудила.

Она помрачнела. Стала винить себя.

Мне и правда хотелось ещё поспать, но я не хотел столкнуться с недовольством сенсея. Если уж ей и хочется себя за что-то упрекать, пусть лучше упрекает за то, что промежность младшего брата отмывает.

— Не переживайте. Я наоборот благодарен, что вы меня разбудили. Так бы я свой день рождения проспал.

— Мне легче от того, что я услышала это. И я тоже хочу весело провести с тобой время. Я рада, что ты встал... Но тебе нехорошо. Так что лучше спи. Если не спится, могу тебе колыбельную спеть.

— Э-это ни к чему.

— ... Ты что, думаешь мне медведь на ухо наступил?

Дёрг.

— К-конечно не думаю.

Вообще это я и представил. Слишком она неуклюжая в повседневной жизни.

— Уверен? Со слухом у меня всё в порядке. Готова хоть сейчас это доказать... Хотя возможность сделать это у меня ещё будет, а пока ложись спать. Я за покупками пока схожу.

Давая мне поспать, она пошла к себе. Я десять часов проспал, и теперь не мог заснуть, и тут услышал шаги в коридоре. Это вернулась сенсей.

— Я энергетический напиток купила.

— Вы в таком виде ходили?

— Переодеваться некогда было. К тому же общалась всё-равно с тыквой. Стесняться тут нечего, — сказала она и вытащила из пакета коробку.

— Вы дорогой напиток взяли?

— За две тысячи йен. Если тебе от него лучше станет, то это даже дёшево. Давай я тебя напою, открой рот.

В открытый рот полился энергетический напиток.

Уге. Что это? Так горько...

— Не смотри так. Говорят же, что хорошее лекарство должно быть горьким.

Я выпил всё до последней капли.

— Ощущение такое, будто всё тело горит...

— Значит действует. А теперь спи.

— А вы что будете делать?

— Присмотрю за тобой на случай, если что-то случится, пока ты будешь спать.

Прогонять её неправильно, потому я решил, пусть остаётся.

Правда ощущая на себе взгляд, заснуть я не мог... Однако через какое-то время всё же провалился в объятия сна...

***

... Когда проснулся, заметил что-то странное.

Что это? Тело горит. Не всё, а только часть... И если точнее — промежность! Что с моим телом происходит?

Испытывая тревогу, я поднялся.

— Проснулся?

Я понял причину жара, когда заговорила сенсей. Она осталась со мной перед тем, как я лёг спать. Присматривала за мной всё это время.

— Сколько сейчас времени?

— Пять вечера.

Так я проспал три часа. Итого за сегодня спал тринадцать. Больше я точно спать не смогу.

Хотелось встать, но рядом была сенсей, потому подняться с кровати я не мог. Потому что между ног всё выпирало.

Тут ничего необычного, но там прямо всё пылает. Казалось, что что-то не так. Хотелось проверить, но не перед сенсеем же.

— Больше спать не будешь?

— ... Я выспался, а вы чем занимались, сенсей?

— Присматривала за тобой.

— Я уже в порядке.

— Значит вставать будешь?

— Д-да, ну... Минут через пять, а вы можете заняться тем, чем вам хочется.

— Тогда этим и займусь.

Зырк.

— Н-не смотрите на меня, я же сказал, что можете заняться тем, чем вам хочется.

— Я этим и занимаюсь.

Уходить от меня она не собиралась.

Значит придётся ждать, пока он не станет таким как обычно. Я лёг, закрыл глаза и стал ждать, пока жар отступил.

Прошло пять минут, десять, пятнадцать, жар не проходил. Может это болезнь какая-то.

Меня охватило беспокойство, и тут заговорила переживавшая за меня сенсей:

— Что такое, Кадзуки? Ты неважно выглядишь...

— Н-ничего.

— Не похоже, что ничего... Если тебе нехорошо, прямо скажи об этом.

— Д-да со мной всё нормально.

— Чего ты такой приунывший? Всё же у тебя где-то болит?

— В-всё правда в порядке!

Она смотрела на моё тело, накрытое одеялом.

Так она точно выпуклость заметит!

Я улёгся на живот и слегка приподнял бёдра.

— Будешь лежать на животе, дышать будет трудно. Ляг на спину.

— ... Хс, хс.

— Зачем ты спящим притворяешься?

Ух. Не смог сенсея обмануть.

— Х-хорошо.

Стараясь сделать так, чтобы меня не раскрыли... Я согнулся и перевернулся на спину.

— Большим стал.

Мгновенно раскрыла.

— Это из-за энергетического напитка.

Её слова заставили меня вопросительно склонить голову.

— В каком смысле?

— У того энергетического напитка эффект афродизиака.

Так это работа сенсея!

А я уже начал переживать, вдруг это какая-то болезнь.

— Зачем вы заставили меня выпить это?

— Потому что он самый дорогой.

— В следующий раз не по цене, а по качеству выбирайте!

— Будешь так кричать, снова плохо станет.

— А вы не делайте ничего такого, из-за чего я кричать буду...

— Я ничего такого и не сделала. И не думала тебя ничем странным поить. Сам посмотри.

Сенсей показала упаковку энергетического напитка.

И правда написано, что помогает восстановиться от усталости, рекомендуют принимать при вялости.

В таком случае и правда подходит для меня, но дело в том, что это ещё и афродизиак.

Она его в наряде медсестры покупала... Продавец точно всё не так понял...

— То, что член стал большим — эффект энергетического напитка. Значит Кадзуки снова полон сил. Так что теперь можно ни о чём не переживать.

А я не могу не переживать. Потому что не знаю, когда эффект пройдёт.

Но... Видя сенсея такой довольной, продолжать тревожиться я не мог.

— Спасибо. Благодаря вам я снова полон сил.

— Ни к чему благодарить. Забота о брате — обязанность сестры. К тому же... — она помрачнела и стала упрекать себя. — За то, что тебе стало плохо, ответственность несу я. Прости за это.

— ... А? Почему вы извиняетесь?

— Причина твоего переутомления и во мне тоже.

— Нет. Это я слишком увлёкся рисованием манги.

— Но... Если бы я не звала тебя повеселиться, у тебя было больше времени, чтобы рисовать.

— Времени и правда было бы больше, но не вините себя. Ведь я могу рисовать мангу благодаря вам.

На лице Сиины-сенсей появилась озадаченность:

— ... Благодаря мне? Я что-то сделала?

— Вы похвалили мою мангу. Этим добавили мне мотивацию, и я смог дорисовать её до конца. И то, что я с вами веселился — это была отличная возможность отвлечься. И сегодня вы за мной присматривали.

— Присматривала... Да я и правда просто смотрела.

— Этого уже достаточно.

— Что бы я ни делала, тебе только хуже становилось...

— Не говорите так... Когда вы рядом, вы придаёте мне сил.

Раньше с простудой я справлялся сам. В выходные за мной присматривал отец, но в будние дни я был сам по себе.

Чтобы не беспокоить отца, я прикидывался, что уже в порядке... Но одному мне оставаться не хотелось.

Однако в этот раз всё иначе. Со мной сенсей, и мне легче. Потому я и смог спокойно уснуть.

После моих слов на её лицо вернулась улыбка.

— Защищать брата — обязанность сестры. Будут проблемы — обращайся ко мне!

— Да. Обязательно.

Она довольно кивнула и тут хлопнула в ладоши.

— Так. Пора бы приниматься за гамбургеры... Ты один справишься, Кадзуки?

Она смотрела на меня с предвкушением.

— Хочу быть поближе к вам, так что подожду в гостиной.

— Давай! Если будешь поблизости, в случае чего я сразу смогу помочь!

Я пошёл с полной энергии сенсеем в гостиную. Девушка надела фартук поверх формы медсестры и отправилась на кухню готовить.

Я сидел на диване и наблюдал за её работой. И тут я услышал звон из своей комнаты.

Я пошёл туда, и увидел шумевший на столе телефон. Это звонил отец.

— Алло? Что-то случилось?

Ответив, я вернулся на диван в гостиной.

«У тебя же день рождения, вот я и решил позвонить. Поздравляю с семнадцатилетнем».

— Спасибо.

«Привык уже к новой жизни?»

— Ну да. Каждый день насыщенный.

«Вот как. Сдружился с Маки-тян?»

— Да. Мы вообще не ссоримся.

«Ясно. Это главное».

Отец похоже испытал облегчение.

У нас тут ссоры скорее как у новобрачных... Но об этом я решил не говорить. Только потревожу.

— А у вас как дела? С мамой всё хорошо? Не ссоритесь?

«Йоко-сан моя красавица. Желание ссориться вообще не возникает. Если есть желание, могу рассказать, что в ней такого милого. Расскажу историю своей любви».

— Пусть эти воспоминания будут лишь вашими, — сказал я, а отец ответил «вот как», слегка расстроившись.

Похоже хотел рассказать. Стало любопытно, но как-то неловко про любовную историю родителей слушать.

Тут главное, что у них всё хорошо.

«Кстати, Кадзуки, ты сейчас дома?»

— Да. А что?

«Сегодня же у тебя день рождения. Если тебе одиноко, я бы мог приехать».

— За меня не переживай. Со мной сенсей. Она мне сейчас гамбургеры готовит.

«... Вот как», — пробормотал он.

Голос дрожал, будто он про старую травму вспомнил.

— ... Пап, ты пробовал?

— Дегустировал по просьбе Йоко-сан.

— ... И как?

Понимая моё беспокойство, он меня успокоил:

«Не переживай. Вся сложная часть твоему старику досталась... Желудок уже себе не испортишь, так что можешь спокойно есть».

Папа!.. Я и не знал, что ты всё это время защищал меня!..

«Так что, приезжать не обязательно?»

— Ага. Я проведу этот день с сенсеем.

Я был бы рад, если бы они приехали.

Но тут сенсей в форме медсестры. Если увидят её такой, будет неловко.

И отцу гамбургеры есть придётся. А он наверняка их ещё какое-то время видеть не захочет. Теперь моя очередь защищать отца.

«Я рад, что услышал твой полный жизни голос. Приходи в гости в любое время».

— Хорошо. Я позвоню, когда соберусь.

Договорив с отцом, я посмотрел на сенсея. Она с серьёзным видом готовила.

Какие у неё гамбургеры получатся?

Отец сказал не переживать... Но я видел её угольки, потому немного неспокойно.

Но сенсей тренировалась ради меня и теперь готовит старательно. Что бы ни получилось, я попробую... Нет, съем всё. Иначе ей будет грустно.

Ш-ш-ш.

Пока я думал, услышал как что-то шипит. Вместе с этим стал расходиться запах. Ощутив его, я слегка забеспокоился... Но по звуку было не похоже, что что-то говорит, потому я продолжил слушать из гостиной.

Если скоро не прекратит жарить, угольки получатся!

Когда я подумал об этом, звук прекратился... И тут.

— Прости за ожидание.

Сенсей поставила на стол большую миску.

Бам! В ней была целая куча гамбургеров.

Так много... И не подгорели.

Хотя сенсей любит поесть. Так что вдвоём мы всё съедим.

Вопрос лишь во вкусе... Как оно?

С виду обычные гамбургеры...

— Что такое? Вкусно ведь выглядят?

— Да. Не сравнить с тем, что было в тот раз.

— Вот как. Я ради тебя тренировалась. Внешне они лучше, и вкусные должны быть.

Сенсей принесла тарелки, палочки и кетчуп, а потом села рядом со мной.

— Давай есть, пока не остыли. Приятного аппетита.

— П-приятного аппетита.

Я положил себе гамбургер, добавил кетчуп, отрезал кусочек... А сенсей наблюдала, как я взял его в рот.

— ... Ну как?

— ... Вкусно.

Я не врал. Правда вкусно.

Слегка твёрдый получился. Скорее всего немного пережарила. Но с другой стороны хорошо прожарился, так что желудок я точно не испорчу.

— В-вот как! Значит вкусно!

— Да. Вкусно получилось... Вы и правда много тренировались.

— Ага. Хотела увидеть твоё радостное лицо. Мне спокойнее, раз тебе понравилось. Не стесняться и съешь всё.

— А, нет, съесть всё...

— ... Ты не съешь мои гамбургеры? — на её лице появилась печаль.

— Не в этом дело... Просто если я всё съем, вы голодная останетесь.

— Не переживай. У нас ещё пицца осталась. Не выбрасывать же её, так что я доем, — сказала она и взяла пиццу.

Девушка с аппетитом ела остывшую пиццу.

— Что такое? Чего не ешь?

— Е-ем! Приятного аппетита!

Когда остановился, сенсей снова стала выглядеть печальной. Сегодня я ничего толком не ел. Так что должен съесть всё!

Я продолжал есть гамбургеры... И через два часа доел.

— С-спасибо за еду...

— Съел всё без остатка... — глаза сенсея стали влажными от радости.

— В-вкусно было...

— Так понравилось? Тогда я и завтра приготовлю.

— Н-нет, завтра не надо... Давайте на следующий праздник!

Какое-то время я не смогу видеть гамбургеры. Теперь я отца прекрасно понимаю.

— Тогда потом ещё как-нибудь приготовлю, а пока поедим это.

— А? Ещё что-то есть?

— Угу. Подожди немного.

Сенсей пошла на кухню. Что же она теперь принесёт?..

Я переживал, пока оттуда доносились какие-то щелчки.

— С днём рождения, Кадзуки! — весело проговорив, она принесла торт.

Шоколадный торт. В нём было семнадцать свечей. Так это она свечи зажигала.

— Спасибо, что даже торт приготовили.

— Ага. Вчера вечером купила. Если сегодня не съедим, он испортится, так что давай есть.

Я и так наелся до отвала... Но для сладкого местечко найдётся.

— Ну же, задуй свечи, пока воском всё не залило.

— Д-да. Ладно...

Я набрал воздух и задул свечи.

— Поздравляю с семнадцатилетнем! Расти большой! — поздравила она, хлопая в ладоши, а меня переполняло счастье.

Живот уже побаливал от того, что был забит полностью... Но это мой лучший день рождения. Я искренне подумал о том, как здорово, что сенсей стала моей сестрой.

... Вопрос лишь в том, когда у меня между ног всё в норму придёт?