Огни сияли во мраке ночи.
Это был глухой переулок города, ярко освещенный в окружающей темноте.
Одна сторона дороги, проходящей через город, пребывала во сне, в то время как другая тихо поднимала голову.
Это была жизнь двух миров, которые не могут смешаться.
И только теперь люди, скрытые яркими огнями города, могли проявить себя.
Переулок, полный суеты торговцев и шумных выпивох.
Среди оживленной толпы одиноко стоял светловолосый юноша.
“Выглядит впечатляюще”.
Место, где стоял мальчик, находилось перед кузницей, и там висел изысканный меч.
Тонкий, сверкающий меч, демонстрирующий свое изящество всем желающим.
Это была единственная вещь в грязном переулке, которая сама по себе излучала свет. И свет, исходивший от меча, проникал в самое сердце мальчика через глаза, этого было достаточно, чтобы осветить что-то в душе мальчика.
Ноги парнишки утопали в дорожной грязи от долгого стояния на одном месте, но ему было все равно.
“Ты снова погрузился в свои мысли”.
Кто-то подошел к пареньку, который не отрывал взгляда от меча.
“Влад, ты знаешь, что в последнее время ведешь себя немного странно? Вот почему о тебе ходят слухи”.
Хоть на ней была поношенная одежда, но девушка с густо-рыжими волосами была яркой личностью, которая не совсем вписывалась в грязную обстановку трущоб.
Юноша посмотрел на подошедшую к нему девушку отсутствующим взглядом.
“Ну и что? Все равно сегодня нечего делать”.
“Почему ты говоришь, что тебе нечего делать? Просто будешь делать то, что скажут Мадам и Хорхе?”
Рыжеволосая девица подняла обе ладони и поднесла их к лицу мальчика.
“Видишь это? Из-за мытья посуды мне пришлось так долго держать руки в воде, что, похоже, у меня может появиться *экзема. Разве экзема – это то, что должно быть у человека, чья красота это его богатство?”
[Прим. ред. *Экзема – воспалительное незаразное заболевание кожи. Характеризуется появлением сыпи и волдырей, зудом, жжением, шелушением].
“Почему ты направляешь их на меня? Ты мне мешаешь”.
Мальчик по имени Влад нахмурился и оттолкнул протянутые ладони девочки.
“Это один из немногих моментов отдыха в моем шумном дне. Не мешай мне”.
“Хммм~”.
Ответ юноши можно было бы счесть несколько пренебрежительным, но рыжеволосая девочка, казалось, не возражала. В конце концов, выжить даже с незначительными ушибами в суровом переулке было бы нелегко.
Вместо этого она взглянула на цвет лица Влада и осторожно прошептала ему на ухо, притворяясь обеспокоенной.
“Значит, ты все еще слышишь голоса, когда держишь в руках что-то вроде палки?”
Девушка нахмурилась, увидев его невербальное подтверждение.
“Интересно, насколько серьезный грех ты совершил, что в тебя ни с того ни с сего ударила молния”.
Слухи ходили даже по всегда оживленным закоулкам города.
А в последнее время здесь шла молва о светловолосом мальчике, в которого ни с того ни с сего ударила молния.
“Кроме того, если в тебя собиралась ударить молния, почему она должна была быть именно черной?”
“Если собираешься доставлять мне неприятности, просто уходи”.
Несмотря на равнодушный отказ мальчика, в девочке поднялось чувство разочарования, но она промолчала и держала рот на замке.
‘Я должна терпеть’.
Ведь она понимала, что для жизни в таких суровых местах необходима способность ясно мыслить.
“Но, Влад, разве тебе не кажется, что уже пора возвращаться?”
Потому что сейчас было неподходящее время.
“Перестань слоняться здесь без причины и побудь некоторое время в лавке. Ты же знаешь, епископ чувствителен к таким вещам”.
“К каким вещам?”
Девочка лучезарно улыбнулась, когда мальчик наконец посмотрел на нее, а не на меч.
“Знамениям”.
Девушка приблизилась Владу и тихо прошептала, как будто опасалась, что кто-то подслушает. Ее дыхание было прямо у его уха.
“Раньше он работал инквизитором ереси, так что, если ты покажешься ему подозрительным, они могут просто сжечь тебя на костре”.
“Эй, ты!”
Влад оттолкнул девушку и быстро поковырял пальцами в ушах.
“Ты плюнула мне в ухо?”
“Я правда не могу в это поверить”.
Девушка в недоумении подняла руку к талии, когда Влад оттолкнул ее, как будто испачкался.
“Все шушукаются у тебя за спиной, а ты тут стоишь, словно сошел с ума без всякой причины. О чем ты думаешь, стоя здесь вот так? В конце концов, тебя могут затащить в церковь или еще куда-нибудь”.
На этот раз Влад не ответил.
В том, что говорила девушка, не было ничего неправильного.
И он знал, что она говорит это из беспокойства за него.
“И все же, я просто посмотрю еще немного...”
“Это действительно разочаровывает. Просто купи его в кредит! Насколько же он дорогой?”
Девушка выразила свое раздражение, в то время как Влад все еще ворчал.
“Он же всего-лишь от какого-то кузнеца из переулка. Какова его стоимость?”
“5 золотых”.
“Оу, тогда посмотри еще немного”.
Рыжеволосая девушка бессознательно открыла рот от удивления, услышав то, что вырвалось изо рта мальчика.
“На них можно было бы есть и наслаждаться жизнью целый год, ничего не делая”.
Возможно, у нее и не хватило проницательности осознать ценность лежащего перед ней меча, но, по крайней мере, она знала цену 5 золотым.
5 золотых.
Не то чтобы они не могли заработать такую сумму, работая всю свою жизнь, но этот темный переулок никому не позволил бы накопить столько денег.
Как бы усердно вы ни копили, кто-нибудь все равно украдет или отнимет их у вас.
Таков был образ жизни для тех, кто здесь выживал.
“С этими деньгами ты мог бы...”
Пока мальчик и девочка были на мгновение очарованы светом, излучаемым мечом.
“Идиоты, что вы делаете, перекрывая вход в чужой магазин и устраивая сцену?”
Владелец кузницы выбежал на улицу и резко закричал.
“Это не то, на что могут позариться такие закоулочные крысы, как вы!”
Голос старого кузнеца заскрежетал, словно металл, и разогнал молодых зрителей.
После того, как он так долго смотрел на пламя, его глаза, казалось, всегда щурились, даже когда он был спокоен.
“Какой смысл вести бизнес в трущобах, если ты не продаешь его другим крысам, старик?”
Девушка с вьющимися рыжими волосами закричала сердитым голосом, словно была ошарашена.
“Даже если мы двое, вместе взятые, не пробыли здесь столько, сколько ты! Прозвище ‘закоулочные крысы’ подходит тебе куда больше!”
“Ты… маленькая сучка, у тебя совсем нет манер!”
Старый кузнец узнал девушку, которая разговаривала с ним, и сплюнул на землю.
“Возвращайся в свой магазин и мой посуду! Ты, незрелый маленький ребенок!”
“Незрелый маленький ребенок? И ты называешь так взрослую леди!”
Девочка, миниатюрная и преисполненная чувством собственного достоинства, направила свое недовольство не только на мальчика, но и на старого кузнеца.
“Между прочим, я собираюсь дебютировать уже в следующем году! Если назначу цену за свою женскую услугу, этот меч будет стоить всего один стакан пива!”
Девушка ласкала свою гордость, как и свои рыжие волосы, затем вызывающе улыбнулась старому кузнецу.
Это была не настоящая улыбка, призванная соблазнить кого-либо, а скорее натянутая ухмылка.
“Может, мне стоит купить его и использовать для нарезки сосисок?”
“Ты… сумасшедшая сука”.
Старый кузнец, приложивший столько усилий к созданию своего меча, задрожал при мысли о том, что им будут резать сосиски.
“Я ни за что не продам его ублюдкам из трущоб!”
“Тогда зачем вешать этот меч в подобном месте, если не собираешься продавать его местным обитателям? Старик, да ты сошел с ума!”
“Серьезно, ребята, почему вы такие?”
Выражение лица юноши исказилось, когда самое спокойное время суток превратилось в хаос.
“Хватит, пойдем, Земина. Старик, мы уходим”.
“Забирай с собой это незрелое дитя и убирайся отсюда!”
“Почему бы тебе просто не заняться тем, что ты обычно делаешь, вместо того чтобы делать мечи для рыцарей и поднимать этот переполох? Тебе уже скоро помирать!”
“Ты... ты!”
Влад понял, что они не сдвинутся с места, поэтому быстро схватил ухмыляющуюся Земину сзади за шею и потащил ее в конец переулка.
“Это потому, что мое время почти истекло, мелкая дрянь!”
Старик дрожал из-за поднявшегося кровяного давления, а его гнев не утихал, даже когда рыжеволосая девушка исчезла.
“Вот же, гнилая тварь! Настолько переполнена ядом, что, вероятно, именно поэтому все еще не умерла от голода”.
Старик вспомнил маленьких беспризорников, которые холодным зимним днем бродили по улицам с единственным одеялом.
Трое детей, которые делили тепло одного одеяла, смогли выжить лишь потому, что ели яд грязного переулка вместо того, чтобы получать чье-то сочувствие.
“Сколько еды я тебе тогда отдал, чертова сука...”
Даже после того, как девушка исчезла из переулка, старик снова сплюнул, как будто внезапно вспомнил.
Это было потому, что он увидел нечто достойное жалости.
“Идиот. Почему бы тебе просто не подумать о еде и выживании...”
Он увидел след, глубоко отпечатавшийся в грязи.
Этот след показывал, что мальчик стоял здесь уже давно, и его было достаточно, чтобы пробудить в старом кузнеце разные эмоции, помимо его гнева по отношению к девочке.
Несмотря на то, что он говорил именно так, старый кузнец со вздохом, предназначавшимся кому-то другому, начал тщательно полировать то, что можно было считать его последним шедевром.
Старый кузнец вздохнул, думая о ком-то другом, опустил голову и вернулся в свою мастерскую.
“Черт возьми! Эти юнцы слишком беспокоят старика”.
Старый кузнец протянул дрожащие руки и начал опускать висевший до этого меч. Затем он нанес немного масла потертой тканью.
“Ты дурак. Трудно мечтать в таком месте, как это”.
Несмотря на то, что он сказал, старый кузнец начал тщательно полировать меч, что, можно сказать, было его последним великим творением.
“Мне это хорошо известно”.
Морщинки вокруг глаз старого кузнеца дрогнули, когда он начал тщательно полировать свой меч.
Молодой кузнец, у которого когда-то были мечты, был раздавлен реальностью и пойман в ловушку в этом месте.
Его черные волосы поседели. Те, кто родился в этом глухом переулке, никогда не сбегут отсюда за всю свою жизнь.
Старый кузнец, юноша, стоящий здесь, и даже его последний шедевр.
Однако старый кузнец все еще мечтал.
“Я не могу позволить моему последнему шедевру сгнить в таком месте, как это”.
Старик поднял меч, и на его кончике засиял яркий свет.
“Вот почему я продам его только тому, кто сможет выбраться из этого места”.
Старый кузнец снова высоко повесил свой меч в темном переулке, наполненном грязью и ядом.
Он был единственной сияющей звездой в темном переулке, похожем на ночное небо.
Меч, отполированный несбывшимися мечтами старика, ослепительно сверкал.
Хотя его ноги все еще были в грязи, глаза мальчика, смотревшего на творение старика, были похожи на звезды.