Глава 4: Отправление
Цель была определена. Но со способом, как добраться, они не решили.
В ином мире не было общественного транспорта, позволявшего вот так переехать. Был огромный дракон, на котором можно было ездить, но им пользовалась королевская семья и армия.
Были ученики, которые мечтали стать пилотами или водителями, но покуда не на чем перемещаться, всё это бессмысленно.
Во главе с первым А они отправились на север. Через какое-то время к ним присоединился Сазазакк.
С начала их пути ребята почти не пострадали, были жизнерадостны и много общались.
Имаи Харутоси обратился к Уэсуги так, чтобы не услышали директор и завуч, ехавшие в повозке.
— Конечно я говорю о директоре, но на него нельзя полагаться. Я рад, что здесь есть ты, Уэсуги-кун. Парень вроде тебя должен поддерживать всех.
Он не ответил.
Имаи обратился у Эде Такуме, с которым обычно не общался.
Но парень был подавлен и разговор не поддерживал. Переживал за собаку, оставшуюся дома. Они были вместе с самого детства, собака была уже старой и больной.
Чуть позади переживал из-за трудностей путешествия Каватани Йоити.
— Вчера пара человек сказала, что больше не хотят быть вместе. Так мы все разбредёмся.
Находившийся в середине колонны Йосида Дзюнити ждал худшего.
— Что мы будем делать, если на нас снова нападут? И фаза луны — это в километрах сколько? Сколько дней? Есть человеческое объяснение? Мы же не сможем целый месяц идти. Мы обычные школьники.
В хвосте класса А Сога Ран жаловалась, что надо было остаться в городе, а Ханаи пыталась её успокоить.
— Дома старые и грязные, но нам есть где жить, можно ведь не ходить никуда. Что им, жалко, что ли?
— Но нельзя же доставлять хлопоты жителям Вадзинга. Мы не можем жить там вечно. Надо быть благодарными за помещение для раненых.
У них было десять учеников и двое учителей, которым было сложно идти самим. Их оставили на Новаки Йосихито.
В первый день они потеряли много людей, потому лидерские навыки директора вызывали опасение. Позже, когда они невредимые вернулись, директора и завуча постоянно критиковали.
Но если бы взрослых сразу не стало и некому было управлять, группа развалилась, и тогда бы они не думали о возвращении, так что многие их поддерживали.
Директор, завуч, ответственные за параллели, классные руководители и ученики, вот такая иерархия позволяла поддерживать работу группы.
Если бы директор или завуч не отдали приказ идти на север, ученики бы не знали, что делать и остались в городе, разбились на небольшие группы и разбежались. Без учителей возможно только бы сплочённых коллектив класса А вернулся бы в Японию.
Хоть они и потеряли многих, но то, что все держались вместе, была заслуга директора Ясуи.
А так они выстроились в колонну и шли на север.
Такими их взрастила японская школьная система.
Иностранцы, видя японские соревнования, удивляются. Почему ученики так быстро и чётко всё делают? Почему такие слаженные? Почему маршируют точно в армии?
Дело было в школьной системе, которая готовила из учеников солдат. Эти соревнование были подготовкой для воспитания бойцов.
Конные бои там и там — это военные учения. Даже радио гимнастика приучала к военному расписанию. Концепция класса такая же как и у военного отряда. Из нескольких групп получается отряд-класс. Дальше из отряда получает взвод, а потом и батальон.
Ученики школы Хирохаси были подготовленным батальоном.
Пока они ещё не до конца осознали собственную природу.
В их стране было иначе, но в ином мире армия разделена на рыцарей и солдат. Их преследовали рыцари. Это была элита, составлявшая менее процента от всей армии. Они владели магией и были отлично подготовлены.
А вот среди большого числа солдат профессионалов было менее десяти процентов.
Большое число людей не были заняты в производстве пищи, и сельское хозяйство и скотоводство не развивалось. Фермерам некогда было учиться, к тому же обладающие властью не желали, чтобы у простых граждан было образование.
Девяносто семь процентов солдат были обычными жителями или фермерами, обычно они занимались торговлей или работали в полях, а во время войны служили в армии.
То есть уровень цивилизации иного мира был таков, что «если не выращивать еду вместе, нам не выжить. Некогда учить детей».
Как и в Европе в средние века люди здесь ничего не значили.
Если сравнивать с их миром, то здесь были невысокие, вечно голодные, худые и необразованные люди.
Средний рост парней из Хирохаси был сто шестьдесят девять сантиметров, вес — шестьдесят килограмм.
Взрослые мужчины иного мира в среднем были сто шестьдесят два сантиметра и весили около сорока килограмм.
Они были легче даже девушек, которые весили около пятидесяти килограмм.
Иными словами в вопросах образования и питания об учениках заботились куда лучше.
К тому же такой подготовке в жизни с постоянными тренировками для спортивных соревнований на Земле не было нигде, кроме Японии.
Учителя и ученики других стран с открытыми ртами смотрели на соревнования японцев.
— Мы им не проиграем.
Конечно не так много японских спортсменов дотягивают до мирового уровня в спорте или боевых искусствах.
Но нет ни одной страны, где бы показатели обычных школьников были выше, чем в Японии. В Японии лучшая еда, образование и спортивная подготовка.
Если ребята будут двигаться с обычной скоростью, преследователи точно их потеряют.
Если не брать в расчёт элитные войска, в этом мире не было никого, кто смог бы поспевать за учениками.
***
Вернёмся в тот вечер, когда школа попала в иной мир. Когда в школе развернулась трагедия, позже получилось узнать, чем в это время занималось государство.
На границе в крепости Пиорун был размещён отряд рыцарей красного стального креста. Дежуривший вечером новичок увидел на юге свет в небе.
В том направлении не было городов, к тому же было не похоже, что кто-то готовит. До прошлого месяца парень жил в столице, и даже там небо не было таким светлым. Это точно не факелы. Но тогда что?
Рыцари отчитывались так быстро, как никто. В западном штабе царило напряжение уже давно, но уже три года ничего не происходило. Они решили что новобранцу трусишке Нику просто померещилось.
— Да уж, сколько уже раз на крепость нападали монстры и появлялись призраки. Потому аристократы...
Командир рыцарей хотел позволить ему убить какого-нибудь монстра, позволить совершить подвиг и отправить в столицу.
Когда трусишка Ник доложил уже в третий раз, командир Гархард лично пошёл проверить и узнал, что на юге что-то не так.
Солнце уже село. На охоту вышли ночные монстры, так что с разведкой они повременили до утра.
Утром командир взял пятнадцать человек, включая трусишку Ника, и отправился туда, где они вчера видели свет.
Идти надо было несколько часов.
И вот Гархард заметил подозрительную точку. С помощью магии он понял, что это человек. Если бы это летал союзник, на нём был бы синий плащ. А значит это вражеский разведчик. Пытается добыть информацию о местности и дорогах.
Если есть неопознанный летун, его надлежит сбить. Гархард приказал подчинённому остановить его с помощью магии. Если это союзник, повернётся дважды вправо, показывая, что не настроен враждебно.
Но этот летун тут же начал снижаться. Враг.
Гархард думал сказать подчинённым не расслабляться.
— Чего он в открытую летал? И магического барьера не было, неужели одиночка? Если собираешься местность исследовать, то лучше замаскироваться под путешественника, к тому же заниматься разведкой ночью, не слишком ли много внимания он привлекает?
Через какое-то время они обнаружили на дороге большую группу. В конце шёл мужчина средних лет в незнакомой хорошей одежде, на воина он совершенно не походил.
— Маг, — подсказала интуиция.
Подобравшись ближе, он уверился.
Шея была затянута украшенной тканью, скорее всего он не дышал. А значит мертв. В столице уже говорят о том хаосе, что творится, это худший из магов, некромант.
Маг использовал искажённые формы и на незнаком языке читал заклинания.
Командир крикнул:
— Эй, стой.
Но человек его не услышал. Если противник некромант, читающий заклинание, то сомневаться некогда.
Он совершит подвиг. И больше никто не будет звать его трусишкой Ником.
Рыцарь-подмастерье Николаус преобразовал собранную ману в молнию и выпустил из меча.
— Можешь ты остановиться?!
Грахард схватил за руку Ника и остановил атаку, но мужчина средних лет, учитель первого класса Такеда обуглился и задымился, он совершенно точно умер. Находившегося рядом учителя истории Саиду тоже задело, он упал и стал биться в конвульсиях.
— Эй, парни, сдержите рыцаря-подмастерье Николауса!
Гархард был в замешательстве. Группа выглядела подозрительно, но убегавшие были приблизительно одного возраста с трусишкой Ником.
Крича, они пытались убежать вперёд. Теперь уже было не до разговоров. К тому же те, с кем можно было поговорить, уже мертвы.
Постоянно оставаться в растерянности он не мог. Надо было попробовать как-то переговорить с этой группой.
Это лишь глупое недопонимание.
Гархард вышел вперёд и сделал с помощью магии так, чтобы его могли услышать: «Я хочу поговорить», один из его подчинённых использовал магию сдерживания, но она не активировалась.
Сомневавшийся Гархард на лошади собрался идти вперёд, когда появился человек в странных доспехах и без оружия и запрыгнул на лошадь.
— Погоди. Я хочу поговорить. Остановись!
Он отбился о кулака мечом, но свалился с коня. Чтобы помочь командиру, в бой вмешался другой рыцарь.
Потом появился ещё один человек.
Чистый одуванчик в цветастом костюме.
Учителей приняли за некромантов, Дефайзера за рыцаря в броне, а Чистый одуванчик вообще было не ясно куда относить.
Они выигрывали время, чтобы странная группа смогла уйти. А потом и сами отступили.
— Вступили в бой, не представившись, они не рыцари. И всё же такой проворный и кулаком смог остановить мой меч, у него какой-то магический прибор. И нечто подобное не у рыцаря. Что это значит? Что это вообще было? Кто этот сиявший ребёнок?
Гархард велел одному подчинённому преследовать группу, а сам продолжил проверять загадочное сияние.
Странную группу схватить будет не сложно. Даже если подчинённый упустит их, следы останутся. Ему была известна скорость движения нескольких сотен человек. К тому же за собой они будут оставлять следы привалов и испражнения.
Если ехать на лошади по главной дороге, их можно найти за день. Если они будут не в лесу, а на равнине, то уже не смогут уйти от рыцарей.
Гархард велел подчинённому сообщить в города в их юрисдикции усилить бдительность и сообщать о появлении странных людей. Другому он велел взять под контроль дорогу, а сам сосредоточился на загадочном строении.
Решение командира было вполне обоснованным.
Да только они упустили загадочную группу.
Подчинённый командира из-за чьей-то магии лишился сознания.
Такая большая группа. Их можно было легко найти.
Должен быть отряд, добывающий провизию, но его не нашли. Тогда может они грабят соседние деревни? Но почему нет донесений от местных жителей?
Покупают еду у торговцев? Но здесь не найдётся торговца, способного прокормить несколько сотен человек.
Они должны были проходить через города, так почему их не нашли?
К тому же вдоль дороги нет загаженных мест.
Куда же исчезла та загадочная группа?
***
Рыцари иного мира приходили и в Вадзинг.
Но жители ничего не рассказали про школу Хирохаси. И заботились о раненных школьниках. Они не отдали их рыцарям.
Торговец Сазазакк тоже отправился в путь, и пусть и немного, но дал им одеяла и еду. Когда они проходили через города, он помогал достать всё необходимое.
Мужчина собирал деньги с жителей города, они все выступали как деловые партнёры.
С уровнем цивилизации как в средневековой Европе одеяла, карты и прочее дорого ценились. Если пшеницу прировнять к рису, то получится, что карта стоит как велосипед, а одеяло как смартфон. В повозке не было ничего такого, что можно было бы так просто отдать.
Конечно Камия вылечила больных в одном поселении, но они не понимали, почему к ним так добры.
Учителя расплачивались сигаретами и письменными принадлежностями. Высоко ценившиеся тетради и ручки можно было продать по высокой цене.
— Я брал деньги, чтобы целитель осмотрел мою дочь. Теперь можно их использовать, — с улыбкой говорил Сазазакк учителю.
Хотя всё было не так. Он очень переживал из-за расходов.
Приходилось экономить на путешествии, к тому же, чтобы целитель осмотрел ребёнка, надо было заплатить стоимость, равную велосипеду.
Тогда почему?
Потому тут всё ещё витал дух того, что случается раз в жизни, про который забыли японцы.
В чайной церемонии говорили, что каждая встреча важна.
В ином мире не было ни телефонов, ни средств связи. Даже если ты переезжаешь, чтобы жить в городе, нужны деньги, которых в деревне не заработать. Может случиться война или напасть монстры. Люди рождаются в деревнях и там же умирают. С одним и тем же путешественником можно больше не встретиться дважды.
Они радовались каждой встрече и проводили время с благодарностью. А ещё желали счастливого пути.
Когда они уходили, ребята подумали, что явились все зеваки.
Но это в корне не так. Они специально оставили поля и пошли проводить.
Во время расставания на девятый день Сазазакк плакал, жал руки ученикам и учителям, а ещё обнимался.
Им очень повезло, что они повстречали такого доброго торговца.
***
Из трудностей путешествия все девушки в голос упоминали одно:
— Нет туалетов.
Но что они тогда делали?
Во время интервью я спросила, и Сибата Рёко не ответила: «Ах. Нельзя же о таком девушку спрашивать».
Один парень анонимно рассказал:
— Они уходили с дороги так, что их было не разглядеть, и можно было услышать пение. Если подумать, что они там делали, ну, никто об этом не говорил. Бумага? Растирали страницы тетрадей, чтобы они становились мягкими.
Парни тоже ходили в лес, но близко к девушкам не приближались.
Были и наглые, но после пары ласковых слов от девушек, им приходилось уходить.
Девушки старательно выкапывали ямку. Среди парней тоже мало кто делал это в открытую.
У немецкого солдата Уэсуги была лопатка, он был привычен к копанию окопов и жаловался Аоки: «Вот уж не думал, что я буду полезен в рытье туалетов».
Гигиена в ином мире была не развита, и в городах, стоило зайти в какой-нибудь переулок, можно было наткнуться на чью-то кучу.
Даже на вечеринках аристократов во дворце в углу сада было много всего такого. На женщинах были объёмные юбки, чтобы можно было делать это. И каблуки были повыше, чтобы не наступить.
Полы были двойными, внизу была вода или что-то вроде искусственной заводи, и позволить себе такое могли лишь влиятельные люди.
Было неловко, потому экскременты закапывали в неприметных местах, но про погоню никто даже не думал.
Охотник, идя за добычей, ищет шерсть и другие знаки. Но это добыча. Тут преследователи не думали искать следы нескольких сотен человек.
Иногда учителя кричали, чтобы они не выбрасывали мусор, и велели брать его с собой. Были и те, кто собирал мусор других.
Когда они встречались с теми, кто походил на преследователей, то использовали магию сна или потери памяти, после чего сбегали.
Ямада Юкинобу с усиленным Аоки зрением осматривался вокруг и помогал избегать ненужных встреч. Они сразу же уходили и прятались в зарослях.
«Больше не могу, устал, я на пределе», в первый день они жаловались в тридцати километрах, а во второй в пятидесяти.
Для армии Гарфагаса это было немыслимое расстояние.
Они пересекли земли аристократа, и преследователям требовалось разрешение, чтобы снова отправиться в погоню.
Они ничего не узнали об учениках старшей школы Японии.
Без оружия и снаряжения дети были налегке.
Пища у них была, и закалка с физкультуры тоже.
У всех была хорошая обувь. И одежда, не уступавшая по качеству той, что носила знать.
В плане построения и хождения строем они достигли серьёзных успехов.
Тут не было быстрых отрядов, а ребята сразу после зачисления из-за спортивной направленности пробегали в день двадцать километров. У кого-то даже хватало сил потом играть в футбол в парке.
Замедляло их только пузатое руководство, они проходили за день в районе тридцати километров, и за несколько преодолевали сотню, а в распорядке дня заместителя была пятикилометровая пробежка. Даже старые уже привыкли идти.
Вначале они не могли противостоять тяготам иного мира, в школе были рации, распределённые учителями уже в Вадзинге. Аоки и Ямада производили осмотр с неба и снимали с помощью увеличения на камерах телефонов. С помощью часов они определяли время и эффективно распределяли время в пути и отдых.
Когда армия иного мира пыталась взять их в клещи, они успевали вырваться.
***
Согласно карте, полученной от Сазазакка, до их цели было около трёхсот километров. Если бы они чётко понимали, сколько шли по этим дорогам, и у них была точная карта, то они бы смогли посчитать точнее.
По факту они могли измерить это расстояние с помощью шагомера. Благодаря зарядным устройствам на солнечных батареях, ребята могли использовать телефоны и смартфоны во время всего путешествия.
Услышав про триста километров, многие были озадачены.
— Вряд ли у нас получится триста километров пройти.
Услышав про это, капитан баскетбольной команды Икеда стала подавленной.
— Но Суда-сенсей сказал, что это как от Нагои до Токио, когда он учился в средней школе, они на каникулах пешком столько проходили, так что наверное и мы должны справиться.
Тут был важен опыт.
Многим казалось, что триста километров отнимет много времени, они не представляли, сколько это.
Они столько участвовали в школьных соревнованиях, и учителя смогли объяснить им план путешествия.
Был ещё человек, который как и Суда ходил из Нагои до Токио. Любуясь видами, у него это не заняло и месяца. Кто-то ходил до Кюсю.
— В «Трёх тысячах ри в поисках матери» Марко преодолевает двенадцать тысяч километров. Парень младше нас преодолел расстояние в сорок раз больше, так что и вы справитесь. Скоро встретитесь с вашими мамами, — поддержал учитель музыки учеников. Знавшие про это произведения ученики поверили. Хотя Марко много плыл на корабле и ехал на поезде.
В Европе это как из Франции добраться до границы Германии или Бельгии, или же по прямой до Лондона.
Но прямой дороги у учеников не было, так они прошли лишь около двухсот километров.
Они любовались видами, но ещё и климат на севере был хуже, это ясно из многочисленных записей.
И ещё доказательств нет, но возможно сила гравитации в другом мире слабее, а кислород более концентрированный. Многие ощущали, что их тела стали легче, и на следующее утро обычно усталость как рукой снимало.
Что-то явно помогало им идти. Не особо любившие ходить ученики стирали ноги и не могли идти, но они ни разу не останавливались именно из-за усталости.
— Река была как бонусный уровень. В ином мире было не так уж и жарко, но ванных там не было. И когда появлялась река, так и хотелось войти в неё, — не скрывая улыбки, вспоминает Икеда.
Вместо того, чтобы переходить по мосту, ученики переплывали реки. Из-за этого преследователи теряли следы. В школе были уроки плавания, потому большая часть жителей страны умела плавать, но так было в одной только Японии. В других странах даже на флоте не все умели плавать. В ином мире умеющие плавать становились шпионами.
Но пусть течение было не особо сильным, переплыть столько человек реку не могли, потому ответственные за охрану западных земель проверяли мосты, но реки всё же были слишком протяжёнными, чтобы что-то найти.
— Дайсуке-кун сразу пошёл через реку, чтобы не оставлять следов. Как он убедил в этом всех учеников? Под угрозой расстрела в воду загонял. Не знаю, серьёзен он был или нет. Но больше никаких объяснений не требовалось, — Хироси вспоминал то, как они перебирались через реки. Ну и были сложности в пересечении, о которых брат рассказал особо громко.
Реки были не глубокими и не быстрыми, но кому-то плавать не хотелось, купальников на всех не хватало, да и делиться ими не собирались, к тому же были парни, которые подглядывали, как девушки переодеваются. И в одежде перебираться не хотелось, потому что парни начинали смотреть на просвечивающуюся одежду.
Где мост, было неизвестно, а идти в обход не хотелось, вот кто-то и предложил, раз лето, давайте поплаваем, так они и начали.
Хироси мог создать мост с помощью магии воды, но пройти по нему могло немного человек, только несколько девушек и те, кто не умел плавать. Вначале он попробовал создать большой мост, но заморозил слишком много воды, создав угрозу затопления. Потому пришлось ограничиться небольшим и ненадёжным мостиком.
— Когда ушли от преследователей на второй день, шли очень долго, а на третий день уже и отдыхать начали. Йоко-тян было очень тяжело, я же была натренирована в баскетбольной секции и шла спокойно. Когда шли по полю, слышали шум как от монстров, которых в первый день встретили.
Днём они вели наблюдение с неба, а вечером жгли дерево, отпугивающее монстров, которое им дал Сазазакк.
Интересовавшаяся культурой других стран Саша расспрашивала встреченных людей и всё записывала.
То, чем отпугивали монстром, называли пахучим деревом, но на деле это были окаменелости монстров.
Естественного происхождения раскапывали в земле, а неестественного — втирали в дерево жидкости определённых монстров. Созданных было куда больше, потому их и стали называть просто деревом. Армия убивает монстров, изготавливают это дерево и по низкой цене продаёт в деревнях, потому оно очень распространено.
Антиперсперанты девушек тоже отпугивали монстров. В первую ночь немногие из них пострадали, потому кто-то и заметил. Монстры и правда не выносили запаха и разбегались.
Но когда бежать было некуда, сражались Дефайзер, Аоки и другие.
— Это день пятый был. Напал монстр, извергающий огонь. Мы шли по полю, и вот он. Он приметный был и огромный точно поезд. Сразу заметивший его Хиро направился к нему, чтобы сражаться. Тогда я и поняла, что Хиро и правда маг.
Следом за Икедой рассказывает Хироси.
— Была бы стая, дело было бы плохо, а тут один. Когда он выпустил огонь, я использовал магию воды, чтобы блокировать... Но неудачно.
Хироси было сложно говорить об этом, и он поник, но интервью вела я, потому видела, что он едва сдерживает улыбку.
— Сога-сан из моего класса точно под душ попала, вода поднялась вверх, и в итоге я стал причиной, почему ей пришлось помыться.
То есть, он залил ученицу водой. На ней была летняя белая рубашка, которая стала прозрачной, прямо услада для глаз.
— Нет. Я ничего странного сделать не пытался. Я с расстояния использовал магию, и глаза у меня были завязаны. Никто не переживал из-за этого. Особенно ученики другого года. Но то, что ко мне как к фонтану относились... Нет, не пиши об этом в книге. Если Икеда-сан узнает, она меня возненавидит.
Я обещала брату, что никому не расскажу.
И стала спрашивать про мокрую Икеду.
— А? Погоди-ка, это вообще никак не связано с исследованием инцидента. Что за интервью такое? Ты же расспрашиваешь, чтобы эти события не забылись.
Я объяснила брату, что мне скорее не факты нужны, а хотелось знать, о чём тогда думали ученики. Не только про сложности, но и про счастливые моменты. Хотелось оставить потомкам, как развивались чувства влюблённых во время путешествия.
— А, нет, ну. В таком случае... Если на чистоту, то конечно было весело. На расстоянии я создавал воду и пускал вверх, а она проливалась дождём или водопадом, у меня конечно были завязаны глаза, но я слышал все эти «кья, кья». Иногда они говорили про то, что снимают трусики и лифчики. Я был впечатлён ещё сильнее, чем когда победил монстра магией. Думал о том, что если захочу, могу оставить всех девчонок голыми. Стану прямо главным героем любовной комедии с гаремом. Как-то так.
Мой младший брат не в бой всю силу направил, а на то, чтобы девочек намочить, всё ли в порядке будет? Что-то я начала переживать за его будущее.
Хироси ведь может смотреть и через вещи, и вдаль, потому повязка и расстояние не играют роли, и что на деле?
— Ну, я постоянно использовал защиту на Икеде-сан, создавал воду, и если смотреть сквозь предметы, я достигну предела, и зрение на расстоянии уже не исполь... В смысле я и не стал бы.
Без стеснения я продолжила расспрос. Я знаю, что он смотрел развратные книжки в моей комнате.
И как тебе Икеда с расстояния?
— ... Рубашка просвечивалась, я лифчик видел, большой...
— Хо. Вот оно как.
— Я ещё в средней школе заметил, форма баскетбольной команды довольно тонкая, и возле шеи она свободная.
Тебе было весело, пока ты поливал девушек, но особенно тебя интересовала Икеда-сан.
— Говорю же, ничего я... Нет, ну, да... «Хиро, чуть слабее, чуть сильнее, так приятно», — звучал её милый голос... Конечно я придумывал себе всякое... Путешествие было непростым, но у меня была причина стараться, когда я работал в качестве душа.
Хо.
— А потом Икеда-сан сказала: «Спасибо, Хиро». После чего мы ещё о всяком говорили, и я ещё больше захотел стараться.
Интерес к груди Икеды сыграл немалую роль в их путешествии.
А что другие? В первом А есть и другие милые девочки.
— Камия-сан и Саша ничего. Не такие, как Икеда, но тоже красивые. Среди парней даже говорили «Камия с востока и Саша с запада».
Понятно.
Мой младший брат настоящий отброс. Сдать бы тебя, но я пообещала никому не рассказывать о содержании интервью, потому к сожалению всё будет храниться в письменном виде. Ещё от девочек с третьего года остались записи: «Мальчик-душ сушит мокрое бельё».
Я планирую разослать рукопись тем, кто давал интервью.
И конечно же Икеде Маю-сан и другим девочкам из первого А, она придёт до встречи выпускников.
Без упоминаний имён, кто-то из ребят сообщил: «Аоки Хироси нравится поливать девчонок водой». Всё же парни завидовали.
— Завидовали, конечно, но мы же друзья. Потому просили сообщать заранее о таких случаях, чтобы они спрятаться могли...
Какая замечательная идея.
— Ну, на равнине в траве их быстро находили и устраивали взбучку. Учителя злились, обзывали извращугами... Хуже всего было, когда Сакума как на грязь смотрела.
В путешествии были не только неприятные, но и весёлые моменты.
Ты смог понять свои силы и находить им новое применение.
Раз в неделю парни копали огромную яму, ты заполнял её водой, нагревал и вы отдыхали в горячем источнике.
Первыми заходили трудившиеся парни, а вот девушки после этого отказывались. Потому парни стали пропускать их, но после того, как помылись сами, не хотели, чтобы парни мылись после них.
И приходилось снова использовать магию, чтобы поменять воду.
Это был бассейн в двадцать пять метров, чтобы наполнить его водой и нагреть, надо было истратить много сил, но раз парень не уставал, значит выносливости у него было в избытке.
Кто-то обнаружил одно такое место и использовал для хранения воды, о чём стало известно рыцарям.
Но те искали зацепки по группе, а этому значения не придали. Никто не думал, что преследуемые стали бы выкапывать себе источник, лишь бы помыться.
Чтобы обнаружить следы сражения с монстрами и показания людей, а потом расположить всё на карте, у них ушло почти двадцать дней.
Чтобы найти способ вернуться в Японию, ученики школы Хирохаси шли к горе, где жила ведьма Тата.
***
Значит после попадания в другой мир было несколько неверных решений, но учителя в целом справлялись.
Они возобновили учёбу. Ученики третьего года готовились к тестам, а первому и второму году рассказывали как жить в природе.
Более надломленным голосом смотревшая на луну Ханаи Нико рассказывала о том, как она только стала учителем.
— Абе-но Накамаро писал: «Под небом дальним я думаю печально, на месяц глядя: горит ли этот месяц и над горой Микаса». Его Накамаро сочинил где-то у берегов нынешнего Вьетнама. Смотря на небо в далёкой стране, он думал о том, что над его родиной такая же луна. Та луна, на которую мы сейчас смотрим, возможно и в Японии смотрят на неё же.
— Сенсей. Это другой мир, так что луны наверняка разные.
— Точно. Но... Но мы ведь точно этого не знаем. Всякое может быть. Я когда-то давно фильм смотрела, космический корабль добрался до далёкой планеты, а это оказалась Земля будущего*. Может и это Япония.
Ханаи осознавала реальность. Просто она была куда хуже знакома с мангой и играми, потому мир фентези воспринимала слабее.
Ей было странно думать о том, что они оказались в другом мире, потому она не сбрасывала со счетов возможность, что Земля и есть другой мир.
Во время занятий под открытым небом все разоткровенничались.
— В тему историй о луне. Известный произведениями «Ваш покорный слуга кот» и «Мальчуган» Натсуме Сосеки преподавал английский. Один ученик перевёл «I love you» как «Я тебя люблю». А Сосеки сказал, что японцы так не говорят. Надо говорить «Луна прекрасна». Когда будете признаваться девушкам, используйте эти слова. А девушки, если чувства взаимные, говорите «я готова умереть».
Красавчик Йосида Дзюнити поднял руку:
— Сенсей. Можно вопрос?
— Да. Прошу.
— Луна прекрасна.
— Сегодня облачно, потому луну не видно.
Все засмеялись, и сам Йосида жизнерадостно выдал «Э».
— Но каким бы ни был пасмурным день, благодаря вам я вижу лишь прекрасную луну.
***
Это случилось в прекрасный безоблачный день. Мягкий климат благоприятствовал их путешествию.
На уроке рисования мотивом был иной мир, что заинтересовало учеников.
— Когда рисуете животных, представляйте как выглядит их скелет. Подумайте, почему они выглядят именно так. У хищников глаза впереди, чтобы видеть перед собой. Они прыгают и хватают, потому шеи у них не такие длинные. А вот у добычи развитые длинные лапы, позволяющие сбежать. И шеи длинные, позволяющие есть траву. Глаза сбоку, чтобы следить за окружением.
Животные приняли свою форму благодаря эволюции и естественному отбору. Охотники вроде льва не выживут, если не станут сильными. У лошадей и газелей крепкие ноги, позволяющие им сбежать.
На лекции они обсуждали животных иного мира, и дети представляли наименее опасных из животных и причудливых монстров.
Учитель кулинарии рассказывала как достать питьевую воду, учитель физкультуры учил, как противостоять в одиночку слабым монстрам.
Директор и завуч, в чьей эффективности сомневались, постепенно возвращали к себе доверие. Привычные к путешествиям, они рассказали, как меньше уставать, и как нести вещи.
Дома они были успешными консерваторами с положением. Но в другом мире простыми стариками.
Но у них был опыт. Постоянно ошибаясь, они куда лучше знали, как подняться после того, как упал.
Ясуи Ивао, директор, пятьдесят семь лет. Он вырос во времена «Звезды великана» и «Маски тигра». Осада Хару, Нагасима Сигео, Гигант Баба и Антонио Иноки, когда-то он восхищался этими великими людьми, что сделало его старательным и мужественным.
Шедшая перед ним Окамура Ай с улыбкой вспоминает:
— Директор. Он всё кричал «идите, идите» и «хватит дурью маяться», вначале я всё думала, как же он достал. Через пару десятков километров я успела устать, другие тоже едва плелись, а вот директор был бодрячком, и я такая подумала: «А, что это?» Старикашка ведь с пузом.
В том же классе Нуигути Бьюти тоже нелестно отзывалась о директоре, но, вспоминая, не могла сдержать улыбку.
— Он даже достал, говоря про «отличную форму», «директор в отличной форме», — прямо тянуло сказать. И на смех пробивало. Блин. Ува, что было. Я как-то сказала «холодно», так он парик снял и говорит такой «вот, согрейся», вот хохма. Офигеть просто.
Девушки со второго года, шедшие в середине строя тоже улыбались, когда говорили.
— Директор начинал запевать. Вот просто брал и начинал петь, вначале никто не подпевал, но потом присоединялись учителя, а потом и парни. Тогда и девочки начали петь, это стало привычкой во время похода в туалет.
Со слов учеников выходило, что директор передвигался по всему строю и проверял учеников.
Позже со стороны родителей на учителей посыпалась критика, но дети говорят про них с уважением и восхищением.
— В спортзале семпай со второго года жаловался, что учителя еду из кулинарного кабинета присвоили, столько шума было. Я как раз за музыкальным инструментом в класс возвращалась, вот и заметила. В класс кулинарии вошёл директор. Там, где тела были... Уж не знаю, что там за еда, мясо с картошкой или отваренное, он сделал из неё подношение. Потому учителя сами всё не ели.
Слухи распространялись среди учеников, потому доверие к учителям терялось.
***
Они предпочли обойти леса, избегая мест, где живут монстры. Но так продвигаться получалось медленнее.
— У Хаясиды-куна из нашего класса идея появилась. Прежде чем идти в опасное место, лучше чтобы туда вначале сходили я или Нао. Оставим там еду и телефоны в режиме записи. Будем искать, где ночью не опасно. Конечно на это время понадобится, но так сможем узнать, куда лучше не ходить. Пусть связи нет, но телефоны очень полезны.
От сил некоторых пользы не было, потому они использовали знания и свои вещи.
Прошло уже пятнадцать дней, было уже шестое августа. Ребята добрались до долины, где протекала река.
И тут засвистела в траве шедшая позади Сога и неуверенно проговорила.
— А. Мы влево к горе идём? Туда нельзя.
— М. Почему?
— Я часто с семьёй во Францию и Австралию путешествовала.
— Саша. Согатти хвастается.
— Паппара. Цветок иного мира. Ну же, Рёко-тян, мы же уже видели такое.
— Вообще всё серьёзно. Вон, на склоне, это ведь виноград. Рядом деревня, где изготавливают вино. Саша, ты же его видела.
— У нас винограда нет. В других странах я не бывала, потому и не видела.
— А. Ты жила в Англии, но не бывала во Франции или Италии?
— Это для японцев нормально съездить в Корею или Китай.
Девушка верно предположила.
Здесь изготавливали вино, и если подойти поближе, они могут попасться на глаза местным.
После предложения Соги все остановились, Ямада осмотрел всё сверху. А Саша с Уэсуги и Судой отправилась вперёд. Они заполучили информацию, еду и ещё всякие вещи.
Лагерь они разбили между рекой и городом.
О тот вечере рассказывали Кикути Мираи и Нуигуми Бьюти.
— Вечером с гор послышалось пение. Похоже там было очень весело. Суда-сенсей сказал, что у них праздник урожая.
— Вообще лезть было нельзя, но когда музыка закончилась «Тупояси и Дуросида (примечания автора: Кобаяси Наото и Йосида Дзюнити) отправились на гору, кричали «Браво» и хлопали в ладоши. Им что-то ответили, Саша сказала, что тоже попросили спеть.
— Точно. Сашу-тян попросили что-то спеть на языке иного мира, но она смутилась и отказалась. И тогда Сога-сан стала петь на иностранном языке. Все так удивились. Это вроде на немецком было.
— Да. К тому же хорошо пела. Сога-сан прямо молодец. Всё может. На уроках спит, зато лучшая в параллели. Я её один раз серьёзной видела, я ведь в секции лёгкой атлетики, а она быстрее меня оказалась. Преследовала машину, в которой дынных хлеб продают и кричала «дынный хлеб». Я как увидела это, решила с коротких на средние дистанции переключиться.
— Тогда она всегда вялой была. Но в другом мире прямо взбодрилась.
— Ага. Там тело легче. А по вечерам менеджер массаж делала, сервис двадцать четыре часа в сутки.
— Вот и благодарила бы почаще.
Обе были из секции лёгкой атлетики, Нуигути Бьюти бегала на средние дистанции, а Кикути Мирай — менеджер.
— А, о чём мы там? Тем вечером мы пели друг для друга. Окамура-сан стала идолом, петь не умеет, но парни от неё без ума. В других классах были девочки, которые стали певицами и идолами, все молодцы.
— Ага. В ответ с горы тоже голоса послышались, они там по дереву стучали или ещё по чему, и я подумала: «Блин, мы ж наладили связь с жителями иного мира».
— Точно. Прямо межкультурный обмен.
— Мираи, ты бы тоже могла спеть. Всё же актриса озвучивания.
— Мими-тян*, вот не надо такого просить. Семпаи и так отлично справились. Куда после них.
— Да, а этот семпай. Прямо жесть. Он из кости или чего там флейту сделал. Вместе с той девчонкой песню написал. Офигенно получилось, я даже плакала. Ветер в поле донесёт наши голоса до семей. Во блин. Вот бы в нашем классе такой был, а не пошловатый душик (примечание автора: мой брат) да Тупояси.
— Да. Точно. Офигенно было. Я тоже всплакнула. А потом нам бутылку вина дали, сказали, каждому по глотку. Его купили те, кто в деревню ходили. Суда-сенсей сказал: «Только родителям потом не говорите» и «изучаем местное производство».
— По вкусу как виноградный сок. А Дуросида сказал: «Этот выдержанный вкус напоминает пятнадцатилетний даджилинг». Вот только это чай.
— Саша-тян от одного глотка вся покраснела. Заставила Согу-сан сесть прямо и по-английски ругала.
— Саша злилась?
— Сога-сан захмелела и полезла обниматься.
— Когда холодно, все в обнимку спят. Мирай, ты ведь и сама ко мне в поисках тепла лезла.
— Мими-тян, ты как скажешь. Ну тебя. Это уже не просто дружба между девушками.
— А, чего, ты о чём? Ты мне нравишься, Мирай, так что не так?
— Вот в этом. Твоё «люблю» не такое, как моё.
С десятого по двадцатый день у многих остались приятные воспоминания.
Если не учитывать двух пострадавших от монстров, путешествие проходило гладко.
***
Пока они продолжали путь, что же происходило в королевстве Гарфагас? Это стало известно позже.
Когда присланные из столицы учёные нашли книги и карты, то доложили: «Это творения богов».
Это было всё равно что прикоснуться к запретному. В ином мире не было фотографий, метод изготовления и сами книги были за пределами понимания.
Учёные брали карты и книги с большим количеством рисунков и отправляли в столицу с помощью способного летать гонца.
Книги иного мира поразили придворных магов.
Бумага едва ли не прозрачная, но не рвалась, к тому же идеально белая.
А когда они увидели живые фотографии, у главного мага спросили: «Какой магией получилось запечатлеть образ другого места? Ты можешь такое?»
Старый маг мог показать в зеркале или на поверхности воды далёкие места, но не отразить на тонкой бумаге.
К тому же их там были тысячи.
И везде изображено одно и то же. Это был самый обычный учебник, но для тех, у кого печать ещё не была развита, это можно было сделать лишь созданием копии с помощью магии.
После книг старый маг взял атлас и, потирая длинную бороду сказал: «Если я решусь создать такое, могу сбрить свою бороду, и она успеет снова отрасти».
Лингвисты по символам в книге поняли, кто те, кто сочиняли их, были куда более развитыми, но говорить этого было нельзя, потому они молчали.
Фото авиации и карта ужаснули военных. С высоты, на которую не могли подняться опытные летуны, у них получалось чётко отрисовать всю местность. Тот, кто составил это, уже должен знать всё об их землях, ключевых дорогах и фортах.
Поступил приказ захватит группу, которую видели вблизи загадочного здания.
Все в стране, и те, кто занимался обороной, и наукой, не остались в стороне.
Чрезвычайная ситуация, какой не было с основания страны. Верные стране аристократы и рыцари все приступили к поискам.
И в августе ближе всех к школьникам был отряд из двадцати рыцарей Гархарда. Сильные воины, способные использовать магию и отбиться от стаи монстром.
Когда Гархард впервые столкнулся со старшей школой Хирохаси, понял, что они обладают превосходящими их званиями. Он собирал не связанную информацию, и выяснил цель странной группы.
Тата.
Обладающие такой культурой должны быть связаны с Татой. Осознав цель, Гархард скакал день и ночь напролёт.
Он действовал уже отчасти самостоятельно, и приказ «Взять живьём. Не убивать», не дошёл до него.
Где-то на пятнадцатый день он обошёл их.
И расположился на мосту, ведущем на север, который было не обойти. Ширина — пятьдесят метров, глубина три метра, реку было не перейти.
Но он не знал, что жители другого мира любят плавать в речках летом.