После занятий...

Я как обычно пришёл в класс, а находившаяся здесь семпай спала.

Улеглась на стол и уснула. Пиджак висел на спинке стула, в руке телефон.

Похоже что-то на нём делала, когда уснула.

— ... Точно, она же говорила, что не выспалась.

Мы переписывались днём.

Она писала, что допоздна читала, потому не выспалась.

Я вошёл в комнату и тихо закрыл дверь.

Тихо пошёл, поставил вещи и сел на привычное место.

Раз она не выспалась, не хотелось её будить. Она так мирно спит, пусть отдыхает.

— ...

Я смотрел на спящую Сирамори-семпай.

Она выглядела такой беззащитной.

Длинные ресницы, аккуратный носик, губы, через которые просачивается дыхание... Такая очаровательная, что я засмотрелся.

Обычно я бы смутился и отвёл взгляд, но сейчас мог смотреть на неё.

— ... Такая милая.

Из груди выпирало счастье, вот я и сказал это.

Милая.

Очень милая.

— И без того милая, и во сне милая. А, чёрт... Прямо ангел.

Я говорил то, чего бы обычно от смущения не сказал, а сейчас эти слова вырывались сами собой.

— ... До сих пор не верю. Этот ангелок — моя девушка. Я стал встречаться с моей любимой семпай. Я будто сплю...

Самый любимый мною человек... Я хотел, чтобы она была моей, но при этом понимал, что это не осуществится и отчасти сдался.

И вот мы встречаемся.

Это сон или иллюзия.

— ... Спасибо, Сирамори-семпай, — я обратился к спящей девушке. — Я рад, что могу встречаться с тобой. У меня такая милая и самая замечательная девушка, я наверное... Нет, я точно самый счастливый на свете парень.

Говорить это было бессмысленно, пока она спала... Но я ничего не мог поделать. Перед ней я слишком стеснялся и не мог прямо рассказать о своих чувствах.

Блин.

Назовёт цундере, я ведь даже возразить не смогу.

А, точно.

По поводу цунтере.

— ... Семпай, скорее всего ты не заметила. Настоящий смысл кандере...

Кандере.

Так я назвал её, когда мы вместе ехали на велосипеде.

Я придумал это и сказал.

Подумал, что Сирамори Касуми оно идеально подходит.

— То, что ты простая дере-дере, потому и кандере... Это ложь. На самом деле... Мне было неловко, вот я и не сказал.

Было так стыдно, что я обманул, и теперь мог сказать это спавшей девушке.

— Это на латыни. Смысл слова... «Сиять», — я проговорил это точно вычитку из словаря и протянул руку.

К лежавшей на столе руке девушки.

Но не тронул.

Не хотел разбудить... Хотел ещё посмотреть на спящее лицо ангела.

Хотя конечно хотелось взять её за руку.

Не только за руку, хотелось её крепко обнять...

— Для меня Сирамори-семпай... Сам свет. Я впал в отчаяние... Заперся в своём темном мире, а ты осветила его.

Благодаря тебе я снова смог подняться.

Благодаря тебе я двигаюсь вперёд.

Меня раздавила собственная мечта, но я снова хочу двигаться навстречу ей. И теперь в прошлом, ставшем символом сожалений, появился какой-то смысл.

Немного... Я начал верить в себя.

Для меня Сирамори-семпай стала светом, спасением.

Яркая точно солнце, нежная точно свет луны, иногда мягко, иногда ярко она освещает этот мир.

Мой лучик света в тёмном лесу...

Мне всегда казалось, что до него не достать.

Было достаточно просто смотреть. Я был счастлив просто находясь рядом. О большем я и просить не мог. Ведь если я протяну руку, то как Икар, нацелившийся на солнце, упаду в море.

Но сейчас...

— ...

Я протянул руку. И кончики наших пальцев... Коснулись. Лишь от этого всё тело испытало сладостное онемение.

И теперь... Я не знал, как поступить.

Взять её за руку или продолжать касаться одними пальцами... Я был взволнован и напряжен, и ничего не понимал.

— ... Прости, семпай. Жалкий я.

Из-за такой мелочи сердце забилось быстрее... Я и правда жалкий.

— Но... Я постараюсь, — сказал я. — Не знаю, чудо ли это... Но теперь мы пара. Сейчас у нас период знакомства. Ты дала мне такой шанс... И теперь мне мало безответной любви.

Я сам начал её боготворить, решил больше не тянуться к ней и просто сбежать, но больше я так и сделаю.

Я протяну руку.

Солнце или луна, я крепко схвачу её... Потому я и потянулся.

Серьёзно, решительно...

— Может сейчас я и не могу, пусть сейчас я только проигрываю... Но когда-нибудь победа будет за мной. И я заполучу сердце Сирамори Касуми, — говорил я крепко спавшей богине.

Это была клятва... И объявление войны.

В психологической игре под названием «любовь».

Дерьмовая игра с явно ненормальным уровнем, приготовленная явно не для меня.

Но больше сбегать я не буду.

Я буду продолжать бороться в этой не подходящей для меня игре.

— ... Пф. Хи-хи, — закончив свой длинный монолог, я засмеялся. — И чего я тут сам с собой разговариваю?..

Я убрал пальцы и усмехнулся.

Да уж.

Говорю такие постыдные вещи.

Если бы кто-то услышал, мне бы с собой пришлось покончить.

***

... Я вообще-то не сплю-у-у-у-у-у-у-у!

Да.

Так я кричала в душе. Вела себя будто сплю, но внутри был настоящий хаос. Казалось, что если слегка расслаблюсь... Из тела огонь хлынет. Так стыдно, что я умереть готова.

А, блин... Как так вообще вышло?!

Думала поиздеваться как обычно...

Вообще-то... Я с самого начала не спала.

Просто притворялась спящей, чтобы как и всегда поиздеваться над Куроей-куном. Я правда не выспалась, но когда сообщила ему это через Line, мне в голову пришёл хитрый план, я захотела проверить.

Если я буду спать... Как он поступит?

Было очень любопытно, вот я и сделала это.

Я думала, что он сфотографирует, как я сплю или может пиджак понюхает. А может... П-поцелует?

Что бы он ни сделал, я бы выдала ему: «Увы, а я не сплю! Хи-хи-хи, так что ты там сделать собирался? Ого, хм, вот что ты задумал сделать, пока я сплю, Куроя-кун».

Однако... Такого я не ожидала.

Куроя-кун... Ты чего про любовь внезапно заговорил?!

Пока я тут сплю, ты тут про чувства распинаешься!

Знаешь, как мне стыдно всё это слышать! Пусть ты думаешь, что я сплю, но всему же предел должен быть, чувства он выразить решил!

Искренняя, невинная и серьёзная любовь... Я до боли ощущаю, как он меня любит... И так стыдно, что я умереть готова.

Да что с моим сердцем и телом?

И ещё... Это кандере.

Я и не знала, что с латыни это значит «сиять». Вот уж не думала, что он в эти слоги такой смысл вложил...

У... А, блин!

Ува, ува! Ува, только это и могу сказать!..

Обычно такой стеснительный, так почему, когда я не вижу, таким честным становится?!

Почему только когда я не вижу, он прёт напролом?!

— ...

Эх.

Ну, такой вот парень Куроя-кун.

Если подумать... Он и тогда таким же был.

Когда думал, что я не вижу, становился очень честным.

Наши пробные отношения начались в тот день...

***

— ... Люблю.

После занятий я заболталась с подругами и слегка с запозданием шла в кабинет, как с той стороны меня встретило признание.

Я была поражена.

Так и стояла, вытянув руку к двери.

А? А? А?

Я сейчас «люблю» из кабинета услышала?

И голос Курое-куну принадлежит.

— Сирамори-семпай... Я уже давно тебя люблю. Могла бы ты стать моей девушкой!

— ... М?!

Погоди.

Ну-ка погоди.

А? Чего, чего, что происходит?!

Это что... Признание?!

Сирамори-семпай — это же я... Так что это... Признание мне?!

А? А?

Куроя-кун... Любит меня?!

— ... Ну да. Эх. Такое признание... Это любой может, — по ту сторону двери и впрямь Куроя-кун отчитывал себя. — Даже как-то... Это ведь слишком просто. Чтобы Сирамори-семпай согласилась встречаться со мной... Надо её как-то удивить.

Он точно репетирует признание. Не репетирует, просто слова подбирает... И всё же.

Он на самом деле влюблён в меня.

Куроя-кун... Любит меня...

— ...

Если честно... Я удивлена. Пока мы проводили время вместе, я несколько раз думала: «А? Неужели...»

Но уверенности не было.

Я могла выдавать желаемое за действительное, но что на самом деле, не знала.

Однако сейчас я случайно узнала о настоящих чувствах Курои-куна.

— Эх... Люблю. Люблю-у, — от всего сердца говорил он.

И не знал, что я слышу, как он говорит про чувства ко мне.

— Я хочу встречаться с Сирамори-семпай, стать парочкой.

— ... М.

— Хочу, чтобы она говорила, что любит меня, держаться за руки, ходить на свидания, вместе возвращаться из школы, встретиться по пути в школу, вместе прокатиться на велосипеде, переписываться через Line, иногда приходить в гости и вместе фотографироваться.

— ... М?!

Он так открыто о своих желаниях говорит, что мне стыдно.

Так пылко и так невинно...

— Хочу увидеть грудь Сирамори-семпай, хочу её потрогать, хочу помять...

— ...

Ну, и не невинно. Хм, тут ничего не поделаешь. Куроя-кун как раз в этом возрасте.

— Я хочу встречаться с Сирамори-семпой... И хочу... Заигрывать с ней.

Он всё менее литературно говорил о чувствах ко мне. Не только невинно, но и соответствующе возрасту.

Помимо сияющих чувств, были кипевшие в нём желания, потому было ясно, что эта любовь настоящая.

Вначале я была удивлена... Но вот уже вслушивалась.

Удивление и стыд сменились счастьем.

Я так рада.

Никогда не была так рада.

Никогда не была так счастлива.

Ведь.

Я всегда его...

Щёлк.

Сама не заметила, как открыла дверь.

— К-Куроя-кун...

Совершенно готовая... Если он признается мне сейчас в своих чувствах, я дам положительный ответ.

Однако.

— А, Сирамори-семпай. Ты задержалась.

Я была на взводе, а Куроя-кун оставался спокоен.

Спокойный, точно того состояния дере-дере и не было.

— ...

— Ты чего застыла? Закрывай дверь поскорее.

— ...

— Закрой до конца. Ты иногда щели оставляешь. Я из тех, кто не может не думать об этом.

— ...

О-он это серьёзно?!

Так горячо про чувства говорил, даже стыдно было, а тут так резко изменился. Чего он тут цун-цун стал?

Ничего себе. Я прямо впечатлена.

Даже для цундере прямо слишком рьяный был.

— ... Да, да, как следует закрыла, — привычно сказала я и закрыла дверь.

Моё волнение... Поутихло.

Как бы.

Это... Немного бесит.

Хм.

Куроя-кун, поганец.

Чего он в цун-цун превратился?

А ведь пока меня нет, такой дере.

Ведь любит же меня!

— А ты всё про дверь... Какой ты брюзга.

— А ты грубая, Сирамори-семпай.

— Совсем не милый у меня кохай. Будешь таким колючим... И я могу тебя возненавидеть.

— ... А я на любовь и не напрашивался.

Врёшь ведь!

На самом деле ведь хочешь, чтобы я тебя любила!

Сам-то меня любишь!

А-а, у-у, блин! Что это вообще?!

Если любишь, так прямо и скажи!

Признавайся и всё!

И тогда.

Тогда я...

— Чем сегодня займёмся? Снова в реверси сыграем?

— ... Ага, давай.

Я улыбнулась и стала вести себя как обычно... Но внутри меня была буря эмоций.

Они распирали меня, пока мы играли в реверси, и под конец вырвались наружу точно взрыв.

Потому, когда я победила, сказала это.

...Я ведь тебе нравлюсь?

... Для начала может попробуем встречаться?

***

И вот снова сейчас.

— ... М. Фуа.

Я притворилась, что проснулась.

— Проснулась наконец.

— Куроя-кун... А, я что, уснула?

— Похоже на то.

Я принялась притворяться. К счастью Куроя-кун не заметил, что я не спала. Лицо спокойное... Даже бесит.

— Куроя-кун, неужели... Ты что-то странное делал, пока я спала?

— Не делал.

— А, правда? Пока любимая девушка спит, ты ничего злодейского не сделал?

— Не сделал. Даже пальцем не тронул.

Вот как. Он перешёл в режим цун-цун, будто дере-дере и не было вовсе.

Прямо как когда признание отрабатывал.

Ну... Про «даже пальцем не тронул» — это ложь, и я это знаю.

Как раз пальцами тронул.

Чуть-чуть.

Мои пальцы, совсем чуть-чуть.

... Если трогаешь, то хоть трогай как следует! Мог бы как полагается мужчине за руку взять! Или решительно взять и обнять... Если это Куроя-кун, я бы не против была.

А он... Пальчик потрогал.

А, блин, что он за тугодум такой?

— ... Хи-хи.

Ну.

Всё же.

Я не против.

Ведь именно такой Куроя-кун...

— ... Чего ты смеёшься?

— Нет. Ничего. Эй, Куроя-кун, раз уж такие дела и я проснулась, может сыграем в игру?

— Не пойму, какие ещё дела?

Не очень довольный, он всё же согласился.

Мы взяли реверси с полки и поставили перед нами.

Четыре камня положены, начали.

Я за белые, а он за чёрные.

— Куроя-кун, может снова поставим на победу?

— ... Не умею я ставки делать, так что не буду.

— А. Неженка какой.

— Отстань. Не могу я с давлением справиться. Соревнования — это не про меня.

— ... Не один ты так думаешь.

— А?

— Нет, ничего.

Я случайно проговорилась, но тут же покачала головой.

Если любовь — это игра.

Уверена... Куроя-кун думает, что постоянно проигрывает.

Я захватила инициативу, а он бегает по кругу и не может победить.

Кладёт камни, а вся доска в цвете противника.

Так он думает.

Но...

— Эй, Куроя-кун. Знаешь, теорию о том, как победить в реверси?

— Теорию? Их полно.

— Назови основные.

— ... Занять углы, не делать «стену», — он продолжал. — И ещё уступать вначале противнику.

Получив нужный ответ, я улыбнулась.

И сказала:

— ... Да, точно.

— Ты чего вдруг?

— Нет, ничего.

Уступать противнику вначале.

Это азы реверси.

В реверси важно занять больше клеток. Потому, чтобы зажать врага, вначале лучше не брать камни соперника, а позволить ему расставить их побольше.

Говоря от обратного.

Если противник расставит много камней вначале, в итоге проиграет.

Эта теория... Возможно она и к игре под названием «любовь» применима.

— М...

Сложности на доске заставили Курою-куна задуматься. Видя его таким, меня подпирало поиздеваться.

— Куроя-кун.

— Что?

— Я тебя люблю.

— Пф... Ч-чего так внезапно?

— М? Решила противника из равновесия вывести.

— ... Не честно.

— Хи-хи. Куроя-кун, у тебя лицо красное. Ничего ты не можешь перед внезапной атакой.

— ... В следующий раз беруши возьму.

— Хм. Придётся по твоему зрению ударить.

— ... И маску для глаз.

— А-ха-ха-ха. Тогда ведь ты играть не сможешь.

Мы как обычно весело общались.

Как обычно... Я занимала лидирующее положение. Так было уже давно, и с тех пор, как стали встречаться, наше положение укрепилось.

Но... Не думаю, что оно сохранится надолго.

Знаю.

Я уверена.

Когда-нибудь я... Проиграю Курое-куну.

— ...

Глядя ему в лицо, я в душе проговорила.

Прости, Куроя-кун.

Не дождалась я твоего признания.

При этом признаться самой храбрости не хватило, и я высокомерно предложила: «Для начала может попробуем встречаться?»

Я назвала тебя цундере, но при этом и сама не такая уж и честная. Мне стыдно обнажить собственные чувства, потому я только и делаю, что подшучиваю над тобой.

Но прошу, позволь мне это.

Думаю... Долго это не продлится.

Я всё сильнее влюбляюсь в тебя.

И из-за того, как сильно тебя люблю, больше не смогу быть тебе старшей сестрёнкой как сейчас.

Если приводить пример из реверси, я будто в самом начале пытаюсь заставить всё белыми.

Может показаться, что я в более выгодном положении.

Но в этой игре... Тот, кто больше выставит вначале, проигрывает.

Вот и я когда-нибудь проиграю.

И под конец всё изменится.

В итоге моё сердце будет полностью занято тобой.

И... Я хочу проиграть.

Жду когда это случиться.

Хочу, чтобы в моём сердце был лишь ты.

И всё же... Наши нынешние отношения мне тоже нравятся.

Так что... Куроя-кун.

Позволь сестрёнке ещё немного поиграть с тобой.