- Что происходит, Юми-сан?

В среду утром Кацура-сан сразу же набросилась на Юми, как только та вошла в класс.

- Ч-чего?

Не успела Юми пройти и нескольких шагов, как Кацура-сан схватила ее за плечи и толкнула к шкафчику.

- Ходят слухи, что ты собираешься принять участие в пьесе, которую ставит Ямаюрикай, - сказала Кацура-сан, зловеще понизив голос.

- Я просто буду танцевать в углу, - честно ответила Юми.

- Но твоя партнерша - бутон Розы Фетиды?

- Эмм... ну, да.

- Серьезно!?

Голос Кацуры-сан резко изменился с пианиссимо (очень тихо) на фортиссимо (очень громко). От такой громкости у Юми заболели уши, а вся секретность разговора сошла на нет. Теперь уже все обратили внимание на Юми, даже те, кто не замечал ее присутствия.

- Юми-сан, доброго дня.

- Доброго дня, Юми-сан.

Лица с ангельскими улыбками начали приближаться. Их было так много, что Юми стало не по себе.

Такое же навязчивое ощущение страха возникает, когда вокруг собирается толпа цыплят или маленьких детей.

- Мы с Юми-сан просто разговаривали.

- Д-да.

Очевидно, если о случившемся в Особняке Роз вся школа узнала уже на следующий день до обеденного перерыва, то новости о вчерашних событиях в спортзале распространились еще быстрей. В конце концов, там присутствовало много свидетелей, в числе которых была и девушка из ее группы.

- Эм, так теперь ты можешь нам все объяснить?

- Ты действительно отвергла предложение Сатико-сама?

- Но тогда почему вы вместе?

- Какое положение ты занимаешь в Ямаюрикай?

- Какая из старших сестер тебе нравится больше всего?

До этого момента ее одноклассницы лишь терпеливо ждали, но теперь вопросы хлынули таким бурным потоком, как будто вода прорвала дамбу.

- Эм...

Девушки надвигались на нее как морская волна, отчего Юми сразу почувствовала слабость и начала сжиматься.

По статистике многие ученицы этой школы происходили из богатых семей, но от этого они не переставали быть юными девушками. Они любили обмениваться слухами и сплетничать о том, кто кому нравится. Но, например, если бы выяснилось, что какая-то посторонняя организация присвоила себе школьную собственность, они бы не были так заинтересованы.

- Что случилось, Юми-сан? Пожалуйста, не стесняйся, ты можешь все рассказать нам.

Неважно, как сильно Юми хотела все им объяснить, это было невозможно. Во-первых, вопросов было так много, что она уже забыла те, которые ей задали в самом начале. Во-вторых, если бы она стала по очереди отвечать на каждый вопрос, этому бы не было видно конца. В-третьих, ответы Юми на самом деле никого не интересовали, потому что все уже сделали для себя определенные выводы.

(Что я должна была сделать в такой ситуации?)

Она подумала о Сатико-сама.

(Эм, Сатико-сама...)

Улыбнулась бы, на ее лице не было бы и тени спешки или паники.

- Слушайте все. Я прошу прощения за весь тот шум, который мы подняли.

Юми никогда не смогла бы сказать это так же изящно, как Сатико-сама, но начала она довольна неплохо. Если бы Юми нужно было оценить себя по стобалльной шкале, она бы сказала, что справилась на 75 из 100.

- Есть множество причин, по которым я стала помогать школьному совету с постановкой пьесы. Из-за этого я так часто общаюсь с членами Ямаюрикай.

Объяснения Юми казались такими понятными и хорошо подготовленными, что все удивились и невольно отступили.

В конце концов, Юми не делала ничего такого, что должно было вызвать всеобщее беспокойство. Роза Хинэнсис и Роза Фетида хорошо относились к ней, Рэй-сама была ее партнершей, и причиной тому была не сама Юми, а их доброта.

- Так, что насчет Сатико-сама? - спросил кто-то из толпы.

- Сатико-сама?

- Сатико-сама действительно попросила тебя стать ее сестрой? Ходят слухи, что ты отвергла ее.

Все остальные хотели задать тот же вопрос, и потому дружно закивали.

- Сатико-сама...

Юми пыталась продолжить, но слова застревали у нее в горле.

- Сатико-сама...

Что? Что это было? Что сделала бы Сатико-сама?

Возможно, Сатико-сама улыбнулась бы и ответила: "А остальное я предоставлю вашему воображению".

Но Юми не могла этого сказать. Фраза "остальное я предоставлю вашему воображению" означает, что ситуацию можно понимать как угодно. Однако Юми не считала, что в данном случае это уместно, поэтому она не могла дать такой опрометчивый ответ.

- Сатико-сама ни за что не выбрала бы меня своей сестрой.

Ах, только не это. С каждым словом слезы подступали к глазам все сильнее.

- Юми-сан!?

Эти неожиданные слезы очень взволновали ее одноклассниц.

- О, милая. Мы просим прощения. Мы не хотели обижать тебя своими вопросами. Все нормально, если ты не хочешь говорить об этом, то так тому и быть.

Юми покачала головой. Она плакала не потому, что не хотела отвечать на их вопросы.

Юми любила Сатико-сама.

До сих пор она продолжала любить ее. Вот почему она нашла в себе последнюю частичку гордости и отказала Сатико-сама.

Было бы слишком печально, если бы Юми стала ближе к ней просто потому, что она оказалась в нужное время и в нужном месте. Почему же Сатико-сама не могла этого понять?

Юми чувствовала себя такой счастливой, когда могла просто наблюдать издалека. Если бы Сатико-сама не знала ни ее имени, ни лица, она не предложила бы ей по ошибке розарий. И если бы этого не случилось, Юми не пришлось бы идти против своих чувств.

- Это наша вина, прости нас. Пожалуйста, перестань плакать.

Одноклассницы обнимали ее за плечи и предлагали носовые платки. Юми была рада их доброте и даже смущена. Но больше всего на свете она хотела, чтобы Сатико-сама проявила к ней такую же доброту.