Касиваги-сан - третьекурсник старшей школы академии Ханадэра. Его уже приняли в университет Ханадэры, поэтому он мог быть президентом школьного совета и помогать другим школам с проведением фестивалей в то время, когда другие третьекурсники очень загружены подготовкой к экзаменам. В общем, это был молодой человек высокого социального статуса. По крайней мере, так он рассказал о себе Юми, когда они шли по дороге.

- Должна сказать, что у вас все устроено по-другому, не так, как в академии Лиллианы. Ученики Ханадэры готовятся ко вступительным экзаменам?

- Верно. Но мне повезло, потому что очень мало тех, кто получает письмо о раннем зачислении.

- Ага...

Университет Ханадэры является очень престижным учебным заведением. Без экзаменов туда могут поступить не более тридцати человек, проявивших себя как лучших учеников старшей школы Ханадэры. Тем, кто не попал в эту группу счастливцев, приходиться сдавать вступительные экзамены в университет Ханадэры и другие университеты. Исходя из этого, уже можно представить, какие высокие требования были в этой школе.

(Значит, этот человек должен быть из суперэлиты...!)

Стройная фигура, великодушное выражение лица. У него прекрасные манеры, блестящий ум и качества настоящего лидера. Какие недостатки смогла Сатико-сама найти в этом мужчине?

- Ах, статуя Девы Марии, - Касиваги-сан остановился на развилке дорог. - Когда ученицы Лиллианы проходят мимо нее, они всегда останавливаются и складывают руки вместе, верно?

- Вы очень хорошо знакомы с нашими традициями.

- Да. Это потому, что в нашей семье все мальчики идут в академию Ханадэра, а девочки - в академию Святой Лиллианы. Моя мама, бабушка, тетя и двоюродная сестра - все ходили в академию Лиллианы.

Он только играл роль, но, когда он сложил руки вместе и закрыл глаза, Юми почувствовала спокойствие и тоже смогла помолиться. Это уже вошло в привычку, поэтому она чувствовала себя плохо каждый раз, когда пропускала этот ритуал.

- Дева Мария смотрит за вами. Вот почему ученицы Лиллианы не могут сделать ничего дурного, - пробормотал Касиваги-сан, открывая глаза.

- Ничего дурного?

- Ох, я не знаю. Понятие "дурного" в школах для девочек отличается от такового в школах для мальчиков, поэтому я не смогу привести конкретный пример.

- Но за Ханадэрой смотрит Шакьямуни*, верно?

- Да, но там нет такой статуи на видном месте, как здесь.

Академия Ханадэра была буддистской.

Они свернули налево. Впереди была еще одна развилка. Если повернуть в правую сторону, здание старшей школы окажется по левую руку.

- Пожалуйста, проходите.

Она провела его к входу для гостей и достала тапочки из обувной коробки.

- Похоже, мне следовало принести сменную обувь. Я слышал, что мы будем репетировать в спортзале, поэтому принес свои спортивные туфли.

---

* Полное имя Будды - Будда Шакьямуни.

---

- Все в порядке.

Казалось, Касиваги-сан чувствовал себя неловко в своей школьной форме и тапочках для гостей.

- Простите, не могли бы вы подождать здесь одну секунду? Мне нужно переобуться.

С этими словами Юми быстро вышла. Ах, сколько дел. Она повернулась, прошла к главному входу, сменила туфли и отправилась обратно к гостю.

(Что...?)

Юми показалось, что она увидела Сатико-сама.

(Это мое воображение? Сатико-сама сейчас должна быть в Особняке Роз.)

Юми видела, как человеческая тень прошла немного по дорожке, ведущей в библиотеку, после чего исчезла. Юми уже была готова пуститься в погоню за ней, но вовремя остановилась. Неважно, была это Сатико-сама или кто-то другой. В любом случае Юми больше не могла отвлекаться на это, потому что ее ждал гость.

(Ох, ладно. Думаю, я спрошу об этом Сатико-сама позже.)

Итак, Юми вспомнила о своей главной миссии и побежала в другую сторону.

***

- Добро пожаловать, Касиваги-сама.

- Благодарим вас за то, что согласились проделать весь этот путь сегодня.

- О, пожалуйста, можете оставить свои вещи здесь.

Розы приветствовали гостя, улыбаясь самым неповторимым образом.

- Благодарю вас за приглашение. Это восхитительный особняк.

Казалось, что человек по имени Касиваги Сугуру уже привык к подобным ситуациям. Этот удивительный молодой человек был очень спокоен, когда оказался в Особняке Роз, маленьком незнакомом здании, которое посторонние люди считают странным. Стоит также заметить, что в окружении девушек своего возраста он вел себя культурно, но в его поведении не было никакой робости или неуверенности.

- Если бы на его месте был мой младший брат, он бы покраснел и в слезах побежал домой...

Юми выполнила свою часть работы, достаточно важную. Теперь она расслабленно стояла в стороне и наблюдала за происходящим.

- О, у Юми-тян есть младший брат?

Роза Гигантея подошла к Юми, снимаю обертку с блюда карри.

- Да. Он учится в академии Ханадэра.

- В такой ситуации гораздо естественнее краснеть, чем вести себя так.

Она говорила о Касиваги-сане. И хотя они стояли достаточно далеко от остальных и другие вряд ли могли расслышать их разговор, Юми испытывала чувство тревоги.

- Роза Гигантея, ваш язык такой же острый, как кокосовый карри...

- Значит, на вкус он был почти не острый? - Роза Гигантея рассмеялась от всей души.

Она начала искать что-то рядом с собой, водя рукой по столу. Юми протянула ей ложку, завернутую в салфетку.

- Спасибо.

- Рис с карри уже стал совсем холодным. Вы все еще хотите подать ему это? - шепотом спросила Юми.

- Да, конечно, - ответила Роза Гигантея. - Это игра на скорость. Если мы в ближайшее время не заставим его съесть это, на учениц Лиллианы повесят ярлык "пахнут, как карри". К сожалению, в Особняке Роз нет такой удобной вещи, как микроволновая печь.

Это действительно была бы игра на скорость, если бы на этом она закончила говорить. Но Роза Гигантея продолжила, растягивая каждое слово: "Прошу прощения за то, что заставила вас ждать". Крайне нетипичное поведение для такого случая. После этого она поставила холодный карри перед президентом школьного совета из соседней академии.

- Это особое блюдо Сакуратея. Оно называется "Карри, который остается вкусным, даже будучи холодным".

Вот лгунья.

Роза Гигантея сделала несколько шагов назад. Выйдя из поля зрения гостя, она показала язык и засмеялась.

- Может быть, вы уже пообедали. Но, так как вы мужчина, надеюсь, вы сможете съесть еще и это?

- Вы будете принимать участие в наших репетициях, поэтому в первую очередь наполните свой желудок, пожалуйста.

Роза Хинэнсис и Роза Фетида говорили равнодушно, но при этом они очень настойчиво советовали ему поесть. Девушки съели карри, а находящийся рядом юноша - нет. Он даже не замечал, как им это не нравилось.

- Конечно. Благодарю за угощение.

Как и ожидалось от Касиваги, мужчины. Искренне пожелав себе приятного аппетита, он принялся за двухцветный карри. И хотя на него смотрели люди, Касиваги-сан ел очень изящно, не показывая никакого смущения.

- Что ты думаешь?

- В каком смысле?

- Что ты думаешь о нем?

Сначала Юми не поняла, что имела в виду Роза Гигантея, поэтому ответила: "Он ест это с таким видом, будто они снимают рекламу карри". Но это была огромная ошибка.

- Я не об этом. Президент школьного совета Ханадэры. Ты же в первый раз видишь его?

- Да.

- Я спрашиваю, какое твое впечатление о нем.

- Мое впечатление?

Юми взглянула на Касиваги-сана. Он уже наполовину расправился с едой. Красный и белый карри уменьшались на тарелке с абсолютно равной скоростью. Наверно, так проявлялась личность Касиваги-сана.

- Умный, общительный, пунктуальный. И еще элегантный.

- Да, да, - кивала Роза Гигантея, слушая Юми. - Но если объективно, что ты думаешь о нем как о представителе противоположного пола?

- Что я думаю...?

Так вот о чем говорила Роза Гигантея. Неужели она пыталась быть свахой?

- У меня не очень хорошо с этим, поэтому я спрашиваю тебя, нормальную девушку.

- А!?

Юми ничего не поняла, поэтому нерешительно ответила:

- Если объективно, то думаю, что он довольно хорош...

Касиваги-сан заканчивал жевать рис с карри. Возможно, он и представить себе не мог, что в это время две девушки, стоящие рядом с раковиной, обсуждают его.

- ... значит, он подходит нам, - сказала Роза Гигантея.

У этой пьесы был скрытый мотив - побороть ненависть Сатико-сама к мужчинам.

- У Сатико довольно странная семья. У ее дедушки и отца много любовниц. Есть люди, которые считают, что такова истинная природа всех мужчин (как глупо). Такие мужчины не понимают, что при этом чувствуют женщины. Поэтому такие девушки, как Сатико, окруженные подобными мужчинами, приобретают чувство острой ненависти ко всем представителям противоположного пола.

"Рассказы о любовницах мужчин семьи Огасавара довольно широко известны", - продолжала шептать Роза Гигантея. Людям, имеющим такой авторитет и престиж, тяжело сохранять подобные вещи в тайне. Несомненно, Сатико-сама знала о многочисленных связях ее отца с женщинами.

- Ах, так вот в чем причина ее ненависти к мужчинам.

- Да. Я имею в виду, что для неприязни к мужчинам нужно больше причин, чем для симпатии.

В общем, им был нужен идеальный мужчина с чистыми помыслами, у которого нет никаких слабых мест.

Если бы Сатико-сама выступала на сцене вместе с таким юношей, она могла бы больше узнать о достоинствах и хороших качествах мужчин, и эта история имела бы счастливый конец. Этот сценарий они хотели воплотить в жизнь.

- Но все ли будет так хорошо с этим планом...

- Не волнуйся. Он не будет слишком сильно сближаться с Сатико, даже по ошибке.

Это никак не было связано с тем, чтобы сделать из них пару или что-то вроде того. Сначала нужно просто поставить рядом с ней "хорошего мужчину". Роза Гигантея выбрала для этой цели именно Касиваги-сана. Только он подходил под все требования. И теперь она хотела узнать мнение других людей о своем избраннике.

- Сатико-сама не встречалась раньше с Касиваги-саном? - спросила Юми, но вдруг она кое-что поняла. Сатико-сама здесь не было.

(Хах? Она была здесь, когда я пришла в комнату? Или нет?)

- Ты тоже слышала, Юми-тян? Эта девушка всегда сбегает.

Сатико-сама не ходила на школьный фестиваль академии Ханадэра, отсутствовала на собраниях, и даже начала просить, чтобы ее сняли с роли, когда узнала, что принцем будет президент школьного совета Ханадэры.

- Кстати говоря, где Золушка? - спросил Касиваги-сан и отложил ложку. Как раз вовремя.

- Похоже, Сатико была чем-то недовольна, поэтому она первой сбежала в спортзал.

Так ответила Роза Фетида. Она делала вид, будто ни о чем не догадывается, хотя все уже давно знали причину.

Только одна вещь могла вызвать это недовольство. Этой вещью был принц. Золушка ненавидела принца. И хотя часы еще не пробили полночь, она уже сбежала куда-то. Да, история Золушки превращалась во что-то совершенно иное.

- Я так ждал встречи с ней.

Касиваги-сан поблагодарил за еду и поднялся. Из своей сумки он вытащил сценарий и спортивные туфли. Похоже, Касиваги-сан с нетерпением ждал репетиции.

Когда Юми начала мыть тарелку, она задумалась о том, что произошло немного раньше.

Должно быть, Сатико-сама была той тенью, которую она видела рядом с входом для гостей.

(Но почему она была там...?)

Если бы она пошла дальше по тропинке, которая ведет к библиотеке, она оказалась бы перед статуей Девы Марии. Оттуда можно было пройти либо к главным воротам, либо к учебному зданию. Других вариантов не было. В любом случае, оттуда до любого спортивного зала идти гораздо дольше, чем из Особняка Роз.

(О нет! Она пошла домой!?)

"Если она... Если она действительно не хотела даже прикасаться к руке этого мужчины и потому сбежала..." Юми больше не могла сдерживаться. Она буквально вылетела из комнаты.

- Юми-тян?

- Извините, я пойду первой.

Юми взяла в руки свою спортивную обувь и помчалась вниз по скрипящим ступеням.