Стоя рядом с Канерсом и крепко сцепив пальцы, я во все глаза смотрела на Ракиэля. Его ледяной, пронзительный взор на мгновение задержался на мне.

«Мой настоящий отец — страшный человек», — пронеслась пугливая мысль. Он казался ещё более суровым и холодным, чем те люди, которых я привыкла считать родителями. Мне почудилось, что, когда наши взгляды встретились, его лицо на миг смягчилось... но это наверняка была лишь иллюзия. В его манерах и взгляде не было ни капли радости от нашей встречи.

А что, если я пришла не вовремя и он теперь меня ненавидит? Если так, не лучше ли извиниться прямо сейчас? Если он одним движением усмирил сильного Канерса, то со мной, десятилетней девчонкой, расправится и подавно.

От этих мыслей по рукам пробежала дрожь. В горле пересохло так, что стало трудно дышать.

— Простите... что я пришла... — мой голос, созвучный дрожи в теле, едва пробился сквозь гнетущую тишину.

В тот же миг перед глазами всё поплыло. Я оступилась. Резкое головокружение лишило меня сил, и мир начал стремительно погружаться во тьму. Последним, что я успела увидеть, была высокая фигура Ракиэля, застывшего у двери.

Я сидела на холодном тёмном полу. Вокруг была непроглядная чернота, но я не испугалась. Ощущение ледяного камня и шершавая поверхность стен были мне слишком знакомы.

«Я в своей комнате».

В поместье Сикламен у меня было две комнаты. Одна — со спальней, а другая... комната для наказаний. В неё меня запирали после уроков. Там никогда не было света, не было камина, и царила жуткая стужа. Совсем не то, что в уютных и светлых покоях Клоделя.

Я прижалась спиной к стене, стуча зубами от холода. Вдруг послышался скрип открываемой двери и знакомые шаги. Я зажмурилась, ожидая того, что должно было последовать за этим.

«Страшно. Сейчас меня снова высекут розгами...»

Но прошло много времени, а удара так и не последовало. Напротив, мне показалось, что стало светлее.

Странно. Почему меня не бьют?

Вокруг по-прежнему было темно, как в самую глухую ночь, но ощущения начали меняться. Я почувствовала, как по телу разливается мягкое тепло. Как это возможно?

Пока я гадала, что происходит, я ощутила под собой что-то невероятно мягкое. А в воздухе разлился тонкий, нежный аромат. Так пахли цветы в саду поместья Сикламен.

Я медленно приоткрыла тяжёлые веки.

— Ох...

Сквозь узкую щелочку глаз пробился яркий свет, и я почувствовала дуновение лёгкого ветерка. Я убрала со лба растрёпанную чёлку и протёрла глаза.

— А... это был сон.

Я откинула пышное одеяло и огляделась. Комната была светлой и очень уютной. Совсем не похожей на мою каморку у Сикламенов — здесь было по-настоящему тепло.

Постепенно ко мне начали возвращаться воспоминания о Ракиэле. Его бирюзовые глаза, полные холода... Чтобы убедиться, что встреча с ним не была лишь красивым миражом, я больно ущипнула себя за руку.

«Значит, встреча с настоящим отцом — не сон».

— Ой, а это что?

Когда я полностью откинула одеяло, на кровать что-то посыпалось. Я подняла один из предметов, пытаясь понять, что это такое.

— Морковка?

Только спустя пару минут я смогла подобрать название этому предмету, хотя и не была уверена до конца. Длинная, оранжевая... но для обычной морковки она была просто огромной.

— Ой, ты проснулась! — раздался незнакомый голос.

Я подняла голову и увидела девушку с волнистыми волосами нежно-салатного цвета. Она была в аккуратной форме. Горничная? Поражённая её необычным цветом волос, я замерла, а девушка в ответ лучезарно улыбнулась.

— Сестра! Сестрёнка! Она проснулась! Принцесса проснулась!

Она развернулась и стремительно убежала, но тут же вернулась в компании другой женщины. Та была повыше и с ярко-рыжими волосами.

— Лора, не принцесса, а юная мисс.

— Почему? Все же её так называли!

— Всё равно нельзя. Кан запретил так говорить.

Значит, девушку с зелёными волосами зовут Лора. Рыжеволосая легонько щёлкнула её по лбу.

— Мы должны соблюдать правила, которые установил Кан.

Раз Лора назвала её сестрой, значит, они родственницы? Обе были в нарядах горничных. Рыжеволосая девушка посмотрела на меня и, встретившись со мной взглядом, широко улыбнулась.

— Здравствуйте, юная мисс! Наконец-то вы пришли в себя.

Её лицо, которое секунду назад казалось строгим, в улыбке совершенно преобразилось. Она подошла к кровати.

— Меня зовут Скилла. Господин приказал мне заботиться о вас.

— Ах... я...

— Мы знаем. Вы — мисс Мэйбел, верно? А это моя сестра Лора.

Лора, услышав своё имя, энергично замахала мне обеими руками.

— Я Лора! Принцесса! Ой, то есть юная мисс!

— О-очень приятно...

— Да-да! И мне! Мне всегда было так любопытно взглянуть на вас!

При каждом взмахе её рук копна кудрявых зелёных волос смешно подпрыгивала. Я смотрела на них, совершенно сбитая с толку таким приёмом.

— А, есть ещё одна, но куда она запропастилась? Риза!

На зов Скиллы из-за двери высунулось чьё-то личико. Это была третья девушка, ростом поменьше Лоры, с очень добрым и мягким выражением лица. По знаку Скиллы она быстро подбежала к нам.

— Это Риза, самая младшая из нас троих. Риза.

— Здравствуйте, юная мисс.

Риза говорила немного медленно и смотрела на меня сияющими глазами. Все три сестры были не очень похожи друг на друга, но каждая была ослепительно красива. Мне стало неловко от того, что они все втроём так пристально меня разглядывают.

У-р-р...

Внезапно мой живот издал громкое урчание. Я в ужасе обхватила его руками. Сёстры удивлённо переглянулись.

— Что это было?

— Она проголодалась.

— Еда. Ей нужна еда, верно? — подхватила Лора.

Она принялась шарить в складках одеяла и вытащила ту самую гигантскую морковку.

— Кан говорил, что, когда вы проснётесь, вы будете очень голодны. Я всё предусмотрела и принесла её заранее!

Она с гордостью протянула мне овощ. Её глаза так и сияли в ожидании похвалы.

— Это морковь Альтора. Она крепкая и большая! Раз она такая огромная, значит, точно вкусная, правда?

Я неуверенно приняла морковь. Неужели в этом особняке едят такие странные вещи?

У-р-р... — снова раздалось в животе. Под выжидающими взглядами трёх сестёр мне ничего не оставалось, кроме как откусить кусочек.

«Ой... как горько!»

Я привыкла терпеть невзгоды, но эта горечь была просто невыносимой. Я не смогла проглотить её. Заметив, что я замерла, Лора недоумённо склонила голову. Я испуганно сжала морковку в кулаке. Неужели придётся доедать через силу?

Но Лора отреагировала совсем не так, как я ожидала. Она хлопнула в ладоши.

— Кажется, не понравилось. А вот Пони её обожал... Сестра, что делать?

— Пони — это осёл, глупая, — вздохнула Скилла.

— А. Вот оно что? У людей другие вкусы?

— Похоже на то.

Скилла озадаченно приложила ладонь к щеке. Видя её замешательство, я хотела сказать, что всё в порядке и я могу это съесть, но тут вмешалась Риза.

— Я принесу! — воскликнула она. — Значит, нужно что-то другое?

Она пролепетала, что у неё припасено много всего, и упорхнула из комнаты. Вскоре она вернулась с целым подносом диковинок.

Шурх!

Всё содержимое подноса высыпалось прямо на мою кровать. Я испугалась, что испачкаю простыни, но, судя по спокойному лицу Скиллы, здесь это было в порядке вещей.

— Сестра, может, это подойдёт?

От горы подношений исходил приятный аромат, но была одна проблема — это была сплошная трава.

— Юная мисс, вам нравится? Что именно вам нравится? Попробуйте же!

Там были неведомые мне коренья, листья и овощи. Я выбрала то, что больше всего напоминало знакомую мне еду.

— Скажите... а это что?

— Это капуста Айтла! Говорят, она очень хрустящая!

— Это тоже Пони сказал? — уточнила Скилла.

— Ага!

Я откусила кусочек капусты и тихонько положила её обратно. Если морковь была невыносимо горькой, то капуста оказалась ужасно терпкой и вяжущей.

— Ой, и это не по вкусу? Тогда вот это! И вот это попробуйте!

Сёстры не сердились. Вместо этого они наперебой предлагали мне новые «блюда»: овощ, похожий на огурец, плод, напоминающий томат, и какие-то пушистые травы... Перепробовав почти всё, я наконец наткнулась на маленькие листочки и решилась их проглотить.

— О... — я невольно прикрыла рот ладонью. — С-сладко!

Листик, похожий на обычную зелень, стоило ему коснуться языка, растаял со вкусом сахарной ваты. Я взяла ещё один — и он снова растворился, оставив после себя нежное послевкусие.

Сахарная вата была невероятно дорогим лакомством, которое могли позволить себе только высшие аристократы. В поместье Сикламен её покупали только для Клоделя.