Когда-то и мне довелось попробовать сахарную вату. Это случилось в тот день, когда Клодель столкнул меня с лестницы. Я сильно ушиблась и горько плакала, и тогда Клодель швырнул её мне. Сладость, которую я попробовала тогда, была настолько великолепной, что я напрочь забыла о ноющей боли во всём теле. Я ела, совершенно потеряв счёт времени, пока внезапно не почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв голову, я увидела трёх сестёр, которые с нескрываемым любопытством наблюдали за мной.

— Видимо, ей пришлась по вкусу эльфийская трава.

— Как необычно. Сестра, выходит, людям такое нравится?

— Но господин её не ест, верно?

— Мы ведь вообще никогда не видели, чтобы господин трапезничал.

— Это потому, что он вечно где-то пропадает.

Слушая перепалку трёх сестёр, я незаметно опустила руки. Скилла тут же это заметила и обратилась ко мне:

— Вам дать ещё, юная мисс?

Я замялась, нерешительно подняв на неё взгляд.

— А мне... можно съесть ещё немного?

Не успела я договорить, как перед моими глазами пронёсся лёгкий, игривый ветерок. Я широко раскрыла глаза. Прямо из пустоты посыпались крохотные листочки. Это было похоже на капли дождя или падающие снежинки. Скилла лучезарно улыбнулась, выглядывая из-за кружащейся листвы, и крепко сжала мои ладони в своих.

— Конечно! Ешьте сколько захотите! Берите всё, что здесь есть! Всё до последнего!

Сжимая в руках целую охапку листьев, я замерла в нерешительности. Лишь спустя мгновение я медленно разомкнула губы.

— Спасибо...

Где-то в глубине души стало непривычно тепло и щекотно. В особняке Сикламен мне всегда доставалось лишь то, чем Клодель уже попользовался или что ему успело наскучить. Родители всегда говорили, что им жаль тратить на меня деньги. Поэтому даже одежда на мне была перешита служанками из старых платьев, которые надоели матери.

— Юная мисс, вам вовсе не обязательно говорить с нами так вежливо. Пожалуйста, обращайтесь к нам просто: Скилла, Лора и Риза.

— Ах... хорошо.

— Хи-хи, я имею в виду, что вы можете общаться с нами запросто, как с подругами.

Я по очереди обвела взглядом трёх сестёр, которые радостно обнимали друг друга. Сладкий аромат трав манил меня, но прежде возник вопрос, который я просто обязана была задать.

— Послушайте... вы ведь не люди, верно?

Этот вопрос мучил меня с того самого момента, как одна из них спросила: «У людей другие вкусы?». К тому же я была уверена, что теперь меня ничто не удивит. Ведь ещё прошлой ночью я видела монстров Ракиэля и пушистый хвост с ушками Канерса.

— Хм-м, даже не знаем, что и сказать.

— Сестра, сестрёнка, Кан говорил, что она уже всё видела.

— Ой, неужели? Значит, нам можно во всём признаться?

На шепот Лоры Скилла ответила лучезарной улыбкой.

— Мы не люди. Мы, нимфы. Люди называют нас... м-м, кажется, феями? Но ещё мы, цветы.

— Цветы?

Я непонимающе захлопала глазами. Скилла собрала сестёр вместе передо мной.

— Я, сам бутон цветка, — рука Скиллы коснулась её ярко-рыжих волос.

— Лора, это листва. А Риза, это корень.

И правда, у них были рыжие, светло-зелёные и коричневые волосы.

— Нас трое, но в то же время мы — одно целое.

Место, где жил мой настоящий отец, было полно тайн. Оно совсем не походило на те жуткие слухи о Северном лесе.

— Ваше любопытство удовлетворено? Тогда ешьте ещё! Пока вы ребёнок, вам нужно расти не по дням, а по часам. Наш Пони тоже был таким маленьким и милым, как вы, а теперь вон каким статным стал.

Я сомневалась, что смогу наесться одними лишь листьями со вкусом сахарной ваты. Но мне меньше всего на свете хотелось разочаровывать этих троих.

— Спасибо вам всем.

Я уже собиралась отправить в рот очередную порцию листьев, как вдруг дверь широко распахнулась и появился Канерс. Едва переступив порог, он замер, в изумлении глядя на мои руки.

— Что это у вас в руках? Скилла!

Канерс закричал. В тот же миг из его брюк с шумом выскочил и встал дыбом пушистый хвост.

— Что это за безобразие?! Юная мисс до сих пор не умыта, в постели... Да ещё и это, что это вообще такое? Овощи? Трава?!

— Да не злись ты. Это всё, еда для юной мисс.

— Люди не едят такое! Основная пища людей — это мясо! Мясо! На одной траве они долго не протянут! — Канерс в отчаянии прижал ладонь ко лбу.

— Я пришёл представить слуг, а тут такое... Мне следовало остановить господина ещё тогда, когда он решил поручить вас этим троим. Это моя вина.

— Вина Канерса.

— Вина Кана.

— Замолчите! — рявкнул он, и серые ушки на его макушке сердито подернулись.

— Юная мисс умрёт, если вы будете так её кормить!

— Правда? Юная мисс умрёт? — Риза тут же подбежала и крепко обняла меня.

— Юная мисс, нельзя умирать!

— Вот именно, нельзя! — Лора тоже подскочила и прижалась своей щекой к моей.

— Да кто сказал, что она умирает сейчас?! Живо идите на кухню к Алкану и принесите нормальную еду.

— Поняла! — Лора тут же убежала.

Я смотрела вслед её развевающимся светло-зелёным волосам, а Риза всё ещё продолжала меня обнимать. Оказывается, у фей тоже тёплое тело. Мне на мгновение захотелось остаться в этих объятиях подольше.

— Юная мисс. Вы, должно быть, очень напуганы. Для начала, не желаете ли вы умыться? Пока вы будете заняты, я подготовлю завтрак. Если вы устали, можете поспать ещё.

Я поспешно покачала головой. В особняке Сикламен меня ругали за лишнюю минуту сна, а здесь Канерс сам предлагал отдохнуть.

— Доброе утро, Кан.

Канерс замер, а затем мягко улыбнулся.

— Да, юная мисс. Доброе утро.

На самом деле, я впервые в жизни по-настоящему пожелала кому-то доброго утра. Прошёл всего один день, но в доме Ракиэля было удивительно уютно и тепло.

После ванны, которая была огромной, как бассейн, Риза уже ждала меня у двери.

— Юная мисс, вам было удобно?

— Да.

— Пойдёмте завтракать. Говорят, они приготовили гору еды!

Риза потянула меня за руку. Мы пришли в залитый солнцем холл. Через огромное окно я увидела сад и дерево.

— Ого, такое большое дерево я вижу впервые.

— Это Мирунаму, — прошептала Риза. — Очень старый дедушка.