Росток махнул двумя листиками.

«Ну как? Ты впервые видишь такое? Это весело? Разве не удивительно?»

— ...Ах, — восхищенно вздохнул мальчик.

Росток тоже был в восторге. Голос мальчика, который он слышал впервые, был таким нежным, что показался ему самым чудесным на свете, несмотря даже на хрипотцу, напоминающую звук металла, скребущего по голосовым связкам.

В его бледно-голубых глазах появился ослепительный блеск. Взгляд мальчика всё ещё был мутным, словно туманное небо, но в нём явно чувствовалась человеческая жизнь. Это отличалось от того беспомощного вида, который был у него раньше.

Росток обрадовался и потряс листочком.

«Недостаточно. Я хочу увидеть больше, ещё больше, намного больше твоих разных сторон».

Росток очень хотел спросить мальчика: «Какая форма тебе нравится?»

Его тело ещё не было сформировано. И пока росток не превратился в фею, он мог изменять себя по собственному желанию.

Шло время, росточек подрастал. Он размышлял над формой тела, проглядывая в своей памяти все известные ему виды растений.

Неплохо было бы ограничиться выбором формы уже существующего растения, но росточек хотел по возможности стать любимцем мальчика, поэтому, ориентируясь на его реакцию, он изменял форму стебля и листьев, формируя своё тело.

Мальчик всё так же осторожно ощупывал пальчиками листья и стебелёк.

Похоже, ему нравились яркие цвета, которых нельзя было увидеть вокруг, поэтому стебелёк окрасил тело в цвет, близкий к светло-розовому. Чтобы мальчик не укололся о колючки, он сгладил стебли. А для того, чтобы мальчику, который часто прикасался к листочкам, не страшно было что-нибудь сломать, были выращены свежие и крепкие листья.

Мальчик не отрываясь смотрел сверкающими глазами на росток, который вырос так быстро, что его уже нельзя было назвать просто росточком.

Мягкое, но свежее растение не имело никаких признаков износа, как это было с лужей, поэтому частота потягиваний мальчика увеличилась.

Взгляд ребёнка был восторженным, словно он смотрел на самую прекрасную вещь в мире, а его рука была такой осторожной, словно он заботился о самом слабом существе во вселенной. Растение почувствовало себя таким желанным, что расправило свои листья, как при фотосинтезе, когда не хватает света. И всё же...

«Недостаточно. Покажи мне себя с другой стороны».

Растение изнывало от жажды, ибо ему было мало. Ему нравился свет в глазах мальчика и то, как он прикасался к нему, но дитя всё ещё было морально истощено.

— ...

Мальчик целыми днями смотрел на растение, даже когда оно было всего лишь лужицей, а теперь он даже начал льнуть к его боку.

Однако, как только ребёнок чувствовал присутствие приближающегося мужчины, он быстро вставал, торопливо подходил к двери под таким углом, чтобы прикрыть растение, и замирал там.

— Какой ты нынче умный стал.

— Да.

— Отлично, теперь ты даже отвечаешь мне. Наконец-то ты делаешь то, что мне нравится.

Мальчика с его обычным бесстрастным выражением лица быстро выводили из комнаты. Но растение знало, что сердце ребёнка бьется так, будто вот-вот взорвется. Оно стучало так громко, что даже его листочки дрожали.

«Почему ты так боишься?»

Растение не понимало страха мальчика, потому что ничего о нём не знало...

Поэтому, не найдя причины испуга ребёнка, оно увеличило свои размеры, и вскоре произошла катастрофа.

— Чёрт, что это такое?

В конце концов, мужчина увидел растение и свирепыми шагами направился к нему. Мальчик с судорогой, словно пораженный молнией, прыгнул между растением и мужчиной и, дрожа, закрыл собой растение. Видя отчаяние мальчика, глаза мужчины запылали от гнева.

— Ты, ублюдок, ты притворялся послушным, чтобы скрыть это!

~Бабах!~

Мальчик ударился спиной о стену и покатился. Растение так испугалось, когда по полу загрохотали и заскрежетали цепи, что замерло на месте.

Но в тот момент, когда мужчина сплюнул и попытался снова подойти к растению, мальчик ухитрился вновь скрючиться над ним.

— Отойди!

Тело мальчика продолжало неистово трястись. Из груди у него вырвался тяжелый вздох и окутал растение теплом. Мужчина грубо схватил мальчика и попытался поднять его, но тот изо всех сил старался удержаться за пол.

Мальчик отчаянно хотел защитить растение, но его рост был слишком мал для того, чтобы тягаться со взрослым, а на полу не было ни одного желобка, за который можно было бы ухватиться. В конце концов, мужчина схватил его за загривок и вновь откинул назад.

~Топ! Топ!~

Мужчина растоптал и уничтожил беззащитное растение. Хрупкие листья были разорваны в клочья и прилипли к полу, капая липким соком. Мужчина растирал растение по земле, сильно надавливая каблуком, как вдруг его нога поехала в сторону.

— Агх!

В то время как мужчина с силой оттолкнулся и упал на задницу, мальчик трясся и пытался собрать разбросанное тут и там растение своими перепачканными руками.

...Не в силах соображать от шока, вызванного этим внезапным насилием, растение вздрогнуло, когда на его тело вдруг упала горячая жидкость.

— ...

Лицо недоумевающего мужчины, сидевшего на полу, окрасилось в тёмно-красный, поскольку он не мог понять, как упал.

— Я доложу о случившемся и встречусь с тобой позже. Тебе крышка.

Мужчина вскочил, окинул взглядом остатки растения, словно насмехаясь над ними, и пнул дверь, чтобы выйти. Мальчику было всё равно, вышел человек или нет. Он просто с недоверием смотрел на испорченное растение. Глаза ребёнка, невидяще глядевшие на растение, были серыми и влажными, как вымокшая бумага.

Смятое растение пропиталось слезами мальчика.

Жидкости человеческого тела содержат в себе определенные эмоции. Наконец, растение осознало сущность тьмы, скрывавшейся в сердце мальчика. Вслед за отчаянием и покорностью наступает иссушение.

Имя этому болезненному чувству — одиночество.

Глубокое одиночество мальчика вызвало сильное волнение в душе растения. В глубинах его сознания зародилась жалость, и растение, наконец, поняло, чего оно так долго ждало.

«Я хочу увидеть твоё улыбающееся лицо».

«Не плачь. Я ненавижу, когда ты плачешь».

Растению так хотелось кричать, но без шеи оно не могло издать ни звука. Ему хотелось вытереть эти слезы, но без рук это было невозможно. Единственное, на что нынешнее растение могло повлиять, — это взгляд мальчика.

«Я хочу дотянуться до тебя».

«Я хочу обнять тебя».

«Я хочу утолить твое одиночество».

Оно ненавидело одинокую тьму, которая завладела его сердцем.

Оно хотело изгнать всю его тьму.

Если оно не может избавиться от неё, то оно просто съест её.

Если же оно не может избавиться от неё, потому что мальчик уже пуст, то оно хочет заполнить его пустоту.

А когда он наполнится, оно будет защищать его, чтобы непроглядная тьма не смогла вновь овладеть им.

«Что? Что мне делать?»

Пока основное тело не было завершено, оно могло воспроизводиться в той же форме растения столько раз, сколько потребуется. Но дело было не в этом. Это было неправильно. Один лишь нежно-розовый цвет стебля не мог утолить одиночество мальчика. Растение поспешно порылось во всех своих знаниях.

...Цветок.

Растению нужны были цветы. Люди обычно говорят, что вид цветов поднимает настроение. Судя по тому, что оно видело до сих пор, мальчику это тоже нравилось.

«Тогда сделаем цветы».

Гораздо более живые, чем сейчас. С внешним видом, достаточно красивым, чтобы приковывать взгляды, и в то же время располагающим к себе. С нежным ароматом. С цветами такого яркого цвета, что даже один-единственный цветок сможет разом заполнить всю пустоту... Оно станет цветком.

~Ша-а-а...~

Остатки растения обернулись крошечными капельками воды. Тысячи капелек собрались вместе и ярко осветили ошеломлённого мальчика. Соединившись воедино, лужица вновь обрела знакомые ему стебель и листья.

Но этим дело не ограничилось. На краю растения мягко засиял бледно-розовый бутон. Напротив неровно дышащего мальчика, что от удивления выпучил глаза, один за другим раскрывались лепестки, составляющие закрученный бутон.

...Он расцветал.

Голубые глаза, наполненные слезами, отразили множество лепестков.

Цветок смотрел на мальчика, плавно помахивая своим телом.

Ребёнок делал такую гримасу, какой цветок никогда раньше не видела: его лицо окрасилось в тёплый цвет, настолько тёплый, что цветку захотелось пустить корни.

«Ты такой милый, когда так улыбаешься».

Цветок хотел именно этого.

«Мне любопытно узнать тебя. Я хочу познакомиться с тобой. Хочу поговорить».

Так цветок захотел родиться.

~Ша-а-а!~

Цветок охватил яркий свет. Лепестки, словно вихрь, собрались в бутоны, а листья полностью охватили стебель.

Вскоре бутоны опали, и из них высунулось юное и милое личико. От тела, которое скрывали листья, отделились короткие белые конечности.

Бледно-розовые лепестки стали частью мягко вьющихся волос, а бледно-розовые листья — частью небесно-голубой юбки. Свет, скопившийся за её спиной, обернулся двумя маленькими крылышками.

Фея медленно подняла свои длинные ресницы.

В её лучистых глазах собрался свет всей вселенной, и они, как по команде, устремились вперед, отражая в себе облик потрёпанного мальчика.

— ...

Это существо, не встреть оно этого мальчика, стало бы могущественной тёмной феей, потому что в этой комнате было так темно и сыро, что можно было получить тёмный атрибут.

Однако, осознанно или нет, но это существо, которое на протяжении всего своего роста было слишком привязано к мальчику, в конце концов превратилось в цветочную фею.

Ребёнок приблизил своё лицо к маленькой фее так, что их носы соприкоснулись. Моргнув и посмотрев на мальчика, фея наконец произнесла то, что ей так хотелось сказать всякий раз, как она его видела:

— Здравствуй!

Фея широко улыбнулась, подлетела и поцеловала мальчика в покрасневшую щёку.