— Компания “Кудзуноха”, верно? У Вас есть с собой карточка Гильдии Торговцев?
Я покачал головой.
«Простите, мы потеряли ee по дороге. В ближайших поселениях у нас не будет возможности еe восстановить, поэтому хотели бы снять комнаты как обычные постояльцы... или лучше сказать, как искатели приключений».
Я протянул свою карточку авантюриста, и молодой человек за стойкой мельком взглянул на нее, прежде чем вернуть обратно.
— Господин Райдо, верно? Понятно.
Меня начало беспокоить, что наше присутствие может привлечь лишнее внимание. Поэтому я и придумал компанию “Кудзуноха” и псевдоним, чтобы сохранить некоторую анонимность.
Это звучало довольно внушительно... Райдо, глава компании “Кудзуноха”. Но, конечно, я не обладал ни способностями, ни пышными бакенбардами героя из видеоигры, который вдохновил меня на то, чтобы взять себе это имя. Хотя мои спутники и напоминали людей внешне, могли вызвать подозрения, будто я не просто торговец, а, вероятно, сочли бы призывателем... возможно, даже Королем Драконов или мифическим зверем.
Клерк нахмурился.
— Ох, потеряли карточку, говорите... Какая неудача. К сожалению здесь есть только филиал Гильдии Торговцев, боюсь, мы не сможем Вам помочь.
«Я рад, что мы отделались лишь потерей карточки, учитывая, какие трудности нас постигли», — написал я с мрачной усмешкой. «Пересекать Край вообще не входило в наши планы».
И это чистая правда. Я не планировал оказаться в этом мире.
— Впечатляет, что Вы так хорошо справились. Настоящее чудо, что Вы смогли добраться сюда без должной подготовки.
«Это все благодаря моим подчиненным. Но вернемся к делу. Мы бы хотели снять 2 комнаты. Надеюсь, у вас найдутся свободные».
— Конечно, но боюсь, что в наличии у нас остались только самые дорогие люксы.
Отлично... По крайней мере, на этом постоялом дворе, наконец-то нашлись свободные комнаты. Создается впечатление, что в этом поселении сейчас самый пик туристического сезона.
Возможно, я слишком впечатлен компьютерными играми, раз думал, что можно просто отдать немного золота, и нам сразу предоставят место для ночлега.
«Сколько стоит одна комната?».
— Ну, учитывая, что Вы предъявили карточку искателя приключений, а у Вас еще и лошади, за которыми нужно ухаживать, цена будет не из дешевых. Но она все же будет более выгодной, чем если бы вы использовали карточку торговца.
Он увиливал от прямого ответа, напоминая младшего брата из симулятора свиданий — словно был создан для суеты и недоговорок.
«Так сколько же?».
— Да, касаемо цены... — он продолжил, избегая прямого ответа. — Поймите, поскольку Вы искатели приключений, мы не несем ответственности за потерю или кражу каких-либо предметов во время Вашего пребывания.
Может, хватит уже увиливать и скажешь цену прямо?
Я не думаю, что у большинства искателей приключений найдется много ценных вещей, которые стоило бы перевозить в повозке. У купцов, конечно, могут быть разные товары, даже в таком суровом городе, как этот, постоялый двор должен нести ответственность за любые потери. В конце концов, я не слышал о лагерях, полностью свободных от преступности.
«Я не возражаю», — написал я. — «Мы не будем требовать компенсации за возможные потери».
— Хорошо, в таком случае, с учетом ухода за Вашими лошадьми, стоимость составит шесть золотых за ночь.
Шесть золотых?! Это невероятно дорого!
Гномы говорили, что цена за комнату в трактире не превышала одной серебряной монеты, но, видимо, их информация уже устарела.
Основной валютой в этом мире были металлические монеты: медные, серебряные и золотые. Но были и более ценные — монеты из Морийского серебра, которое проводило ману, и называлось Магисеребром. Самой же ценной монетой был Истинный золотой — из металла, который значительно превосходил обычное золото по своей стоимости. Я полагал, что Морийское серебро — это просто другое название мифрила, но гномы настаивали, что это разные материалы. Если бы это было так, то, полагаю, карточки искателей приключений делали бы из этого материала.
Одна медная монета стоит около тысячи йен, серебряная — десяти тысяч, а золотая — сто тысяч. Магисеребряная монета стоит около миллиона йен. Истинное золото было редкостью, и его обычно выставляли на всеобщее обозрение. Предполагалось, что за одну такую монету можно было приобрести целый замок. Это напомнило мне о временах эпохи Эдо в Японии, когда золотые монеты использовались для крупных сделок.
Среднемесячная зарплата в этом мире составляла от одной до трех серебряных монет, что значительно отличалось от подверженной инфляции йены.
Шестьсот тысяч йен за ночь в этом богом забытом месте... Это весьма дороговато, даже для отдаленного приграничья… И страховку на лошадей они не предоставляют!
Я оказался перед выбором. С одной стороны, я могу согласиться на цену и сыграть роль богатого купца, но это означает пустую трату денег, которые дали мне гномы, а я обещал им, что не стану растрачивать их на мелочи. Конечно, мы могли бы вернуть эти деньги со временем...
— Пусть будет десять дней, — уверенно сказала Томоэ, фактически взяв на себя контроль над моим кошельком.
Я бросил на нее укоризненный взгляд, но все же начал доставать из кошелька золотые монеты.
Одна... две... три...
Я почти чувствовал, как все в комнате следят за мной, невольно считая вместе. Конечно, Томоэ не знала, сколько это денег, но все, что у меня было в этом мире — это мешочек с сотней золотых. И вот большая часть из них лежала на столе.
Десять дней в отеле за шесть миллионов йен, оплаченных наличными... Ха-ха, я чувствую себя знаменитостью. Изящная парочка снимает комнату в бревенчатом домике в глуши!
Клерк одобрительно кивнул.
— Оплачено полностью, спасибо. Позвольте проводить Вас в комнату.
Томоэ внезапно остановилась, прежде чем мы двинулись дальше.
— Ах, еще кое-что...
Я остановил ее, как флэш-счетчик в каком-нибудь файтинге.
Чего теперь хочет эта идиотка?!
Юноша развернулся на месте, тяжело сглотнув.
— Э-эм... Да?
— Наш господин — добрая душа, но у меня, видите ли, вспыльчивый характер. Меня не раз за это ругали. — С этими словами она небрежно достала из кармана свою карточку искателя приключений, позволяя клерку увидеть ее невообразимо высокий уровень.
Неприкрытая угроза, получается, хах...
— Так получилось, что это первый постоялый двор, где нашлись свободные места, которые мы смогли найти в городе. Ваше гостеприимство, конечно, приветствуется, но Вы уверены, что цена правильная?
— К-ко-конечно, — заикаясь промямлил клерк. — В-вы же знаете, как это бывает, здесь, на Краю... Кроме того, мы гордимся своим заведением больше, чем любым другим жильем в городе.
Его голос дрожал, и в нем явно угадывалось сомнение.
Томоэ кивнула, пристально глядя на него.
— Хорошо. Лучшая комната на предыдущем постоялом дворе, где мы побывали, стоила всего один золотой за ночь. Простите за недоверие, но если бы вы признали, что цены завышены, я бы не постеснялась разнести это здание до основания.
Она улыбалась, но в ее глазах читалось пронзительное сомнение. Я раньше считал Томоэ наивной, но сейчас понял, что ее проницательность значительно глубже, чем казалось на первый взгляд. Я даже не знаю, где она нашла такую цену. Я взглянул на Мио, улыбка которой тоже не сходила с ее лица. От их вида у меня по спине пробежал холодок.
— Позвольте уточнить еще раз, — продолжала Томоэ, не снижая давления. — Вы сказали, что это будет стоить шесть золотых за ночь, верно?
— Э-Это... эм... я...
Значит, он все-таки специально завышал цену... Этот красавчик с детским личиком пытался притвориться хитрым мошенником? Кажется, в этом мире правило "не суди книгу по обложке" работает вдвое сильнее. К этому будет сложно привыкнуть... Я не могу не растаять, когда вижу красивую девушку. В конце концов, я всего лишь школьник. Погодите, а в этом мире вообще есть средняя школа? Вряд ли, особенно в таком захолустье, как этот город.
— Д-два золотых! — наконец выдавил клерк, заикаясь и кланяясь так низко, что казалось, он сейчас сложится пополам. — Мне очень жаль, я, должно быть, ошибся!
Тем не менее, это все равно было около двух миллионов йен на нас троих, что должно было бы обеспечить нам отель дворцового уровня. Я не мог поверить, что это адекватная цена за такую убогую комнату.
Томоэ забавляясь приподняла бровь.
— Ох? Какую до смешного большую ошибку вы допустили.
Она непринужденно топнула ногой, “случайно” поставив ее прямо сквозь деревянный пол. Побледнев, клерк застыл на месте.
Она вздохнула.
— Ха-а, мои извинения. Похоже, Ваши полы сильно обветшали.
По выражению лица служащего было понятно, что это не так.
— Пожалуйста, будь внимательнее, Томоэ, — предостерегла ее Мио. — Знаешь, мальчик, у меня появилась идея... Почему бы тебе не взять на сохранение оставшиеся деньги до нашего отъезда? До тех пор мы возложим на тебя всю ответственность.
Проклятье, Мио, это просто жестоко — заставлять его держать деньги, которые он пытался выманить у нас. Если он сейчас попытается сбежать с нашим золотом, ему не удастся отделаться легким испугом...
Он судорожно замотал головой.
— Н-нет, я верну Вам деньги прямо сейчас, обещаю!
— Слишком много хлопот, — со вздохом отмахнулась Мио от него. — Нашему хозяину ни к чему такая мизерная сумма. Я с нетерпением жду нашей трапезы... Надеюсь, то, что повар в этом захолустье сможет предложить , меня удовлетворит.
Ее улыбка была столь же сладкой, сколь и угрожающей, давая понять, что она не примет отказа. Она была намерена заставить его довести дело до конца.
Но если они обе такие умные, зачем же они пошли и устроили в Гильдии столько проблем? Если уж на то пошло, создается впечатление, что они специально пытаются создать проблемы...
Клерк приостановился в дверях, наполовину обернувшись, чтобы без слов обратиться ко мне с мольбой.
Ты что, маленькая собачка? Извини, приятель, но я больше кошатник, так что не рассчитывай на меня!
Впрочем, даже если бы я был собачником, я бы и пальцем не пошевелил, чтобы помочь ему очиститься от попытки обмануть нас. Не придумав ничего подходящего, чтобы ответить служащему, я демонстративно отвернулся и направился в наш номер.
— Как проблематично... Я рада, что мы смогли пресечь эту глупость в зародыше.
Мио кивнула в знак согласия с претензией Томоэ.
— Надеюсь, этот мальчишка не поддастся искушению причинить кому-нибудь еще такой же вред. А мысль о том, что ему придется тщательно оберегать ту самую сумму, которую он пытался у нас украсть... Хи-хи-хи!
— Вы обе сумасшедшие, — фыркнул я. — Хотя, возможно он это заслужил...
Теперь, когда мы оказались в нашей комнате, я почувствовал, что можно свободно поговорить. В комнате не было никаких признаков звукоизоляции, но думаю нас никто не подслушивает. А если говорить тише, то слышно не будет вовсе.
— Надо признать, здесь все гораздо дороже, чем мы ожидали, — сказала Мио.
Томоэ пожала плечами. — Что есть, то есть. Похоже, цены здесь устанавливают торговцы... Ничего не поделаешь.
— Да... Особенно учитывая, как здесь сложно достать даже самое необходимое, — добавил я. — Рынок просто в плачевном состоянии... Не лучшее место для начала нашего пути.
Томоэ задумчиво кивнула.
— Не стоит надеяться, что деньги здесь не потеряют своей ценности. Фляга воды тут стоит дороже приличного клинка, а клыки или когти чудовищ — еще дороже.
— Потому что они такие вкусные? — предположила Мио.
— Вода — это единственное, что человек должен регулярно употреблять! Серьезно, Мио, перестань пытаться все сводить к еде.
Впрочем, я не думал, что предупреждение поможет. Судя по всему, став обжорой однажды, всегда будешь оставаться обжорой.
— Самые ценные товары здесь — те, которые можно найти только в этой местности. В других местах они продаются за большие деньги, — заключила Томоэ. — Затем идут труднодоступные предметы первой необходимости, а уж потом стандартное оружие и доспехи. Какое необычное место...
Я кивнул, понимая, почему предметы первой необходимости и прочее стоят дорого, но не мог взять в толк, почему оружие стоит дешевле еды. Если бы мне пришлось гадать, я бы предположил, что дело в том, что еда и вода расходуются быстрее, чем изнашивается оружие, и их запасы нужно постоянно пополнять. Это увеличивает спрос.
Но что-то здесь явно не сходится. Для изготовления оружия требуются особые навыки, не говоря уже о специальном оборудовании и необходимых материалах. В любом другом месте оно стоило бы дороже пищи и даже предметов роскоши. Нет, тут явно что-то не так.
Наверное, там, где есть власть и деньги, обязательно есть люди, которые дергают за ниточки... Любой торговец, который захочет вести дела в таком месте, несомненно, быстро разбогатеет, но должна быть какая-то более глубокая причина для всего этого.
— Погодите, здесь же есть гильдия торговцев, верно? Стоит ли нам пытаться продать товар, не обратившись к ним?
Томоэ задумчиво кивнула.
— Конечно, похоже, у них здесь есть филиал.
Мио покачала головой.
— Если бы они не захотели, чтобы Вы занимались своим ремеслом, я бы хотела посмотреть, как они попытаются остановить Вас.
Проблема здесь не в этом. Мы действительно не можем позволить себе привлекать внимание.
— Разве это не вызовет подозрения? — спросила Томоэ. — Мы заявили, что зарегистрированы у них, несмотря на потерянную карточку, но при этом не знаем самых элементарных правил? Это только ослабит прикрытие нашего Юного Господина как наследника торгового дела.
Ладно, она все-таки не глупая...
— Да, именно так, — кивнул я. — Мио, не могла бы ты выяснить, где находится филиал гильдии? Просто скажи, что хочешь присоединиться к ним или что-то в этом роде, и узнай как можно больше об их правилах.
Мио удивленно моргнула.
— Прямо сейчас, Юный Господин?
— Разумеется сейчас. К утру слухи о вас двоих будут ходить по всему городу, так что сейчас наш единственный шанс, пока информация не распространилась.. Отправляйся прямо сейчас.
Она тяжело вздохнула.
— Ох, ладно, если Вы настаиваете. Раз надо, я пойду.
Когда Мио вышла, Томоэ удовлетворенно усмехнулась.
— Как хорошо, что наш хозяин использует нас по своему усмотрению. Вы прямо мудрая старая душа.
— Я ни разу не старый! — огрызнулся я. — Кроме того, нам бы не пришлось так осторожничать, если бы Вы не устраивали такие сцены в Гильдии.
Томоэ слегка нахмурилась, поджав губы.
— Но разве не так всегда поступали в Мито Комон? Разве после прибытия на постоялый двор не принято расследовать местные неприятности?
— Это совсем другое. Кто знает, есть ли здесь вообще кто-то, кто стоит за всеми проблемами?
— Конечно, есть, — уверенно ответила она.
— Почему ты так уверена?!
Мир гораздо сложнее, чем черно-белая этика старых драм!
— Рынок слишком неуправляем, чтобы быть чем-то иным. Это точно должно быть заговором.
Так значит, она теперь умная? Неужели вся тупость вылетает из ее головы, когда она переходит в режим драматического гика?
— А ты довольно сообразительна, Томоэ.
— Ничего подобного. Вы, несомненно, догадались об этом раньше меня. Подумать только — кто-то там делает так называемые «грязные деньги»! Нелегально!
Не нужно говорить это с таким восторгом!
— Надеюсь, Мио что-нибудь выяснит, чтобы у нас был хоть какой-то план, — пробормотал я.
— Невозможно, даже не надейтесь. Она, похоже, не догадывалась о заговоре, и я даже удивлюсь, если она вернется без преследователя!
Опять же, не стоит так ликовать.
Одной из наших главных проблем было то, что большинство моих товаров состояли из продуктов питания. Мы не могли продавать ничего из этого, не выделяясь.
Почему все это так напоминает старый эпизод из «Мито Комон»?
— Лично я думаю, что ты больше похожа на злодея дня или продажного торговца...
Ее злобный смех идеально подошел бы для любой из этих ролей, но, честно говоря, не было ни одного персонажа, который бы идеально ей подходил.
Она раздраженно нахмурила брови.
— Очевидно, что я идеально подхожу на роль Каку-сан!
— Одна из особенностей Каку-сана в том, что он не пользуется мечом!
— Тогда я стану новым Каку-саном, мастером меча!
— Ты искажаешь персонажа!
— Я буду подгонять его под себя, в любом случае. Больше никаких вопросов!
Так ты собираешься тупо навязывать свою идею?!
— Ты такая... Ладно, хорошо, ты будешь Каку-саном.
Скорее, размазня-саном, но неважно.
— Хм? Этот нюанс... Вы хотели сказать это, как оскорбление!
Она теперь умеет читать мысли?!
Я вздохнул.
— Я начинаю подозревать, что ты специально устроила весь этот шум в Гильдии Авантюристов.
— Э. Ну...
Дерьмо... Она что, серьезно пыталась все испортить ради своей дурацкой ролевой игры в драму периода Эдо?!
Она слабо улыбнулась и отвела взгляд.
— Ха-ха... ха-ха-ха...
Ага, точно размазня-сан. Из-за нее мы все погибнем.
***
Тук-тук!
За дверью раздался громкий стук.
Хм? Кто это?
Я бросил на Томоэ косой взгляд.
— Кто пришел? — спросила Томоэ.
— Это я, Мио. Могу я открыть дверь? — донесся знакомый голос из-за двери.
— Пожалуйста, заходи.
Голос был похож на ее, но на всякий случай я расширил вокруг нас Сферу. Как и ожидалось, вокруг трактира стояло шесть человек, и, судя по тому, как они держались, каждый из них был опытным бойцом.
Вот черт. Никогда бы не подумал, что за ней действительно будут следить...
Мио, заметив мой пронзительный взгляд, слегка покраснела и начала ерзать.
— Юный Господин? Что-то случилось? Вы так пристально смотрите...
Я покачал головой.
— Нет, не беспокойся, просто... забудь об этом.
Судя по всему, Томоэ тоже догадалась о наших посетителях. Они еще не вошли в здание и не подошли к конюшне за нашими товарами. Я сомневался, что утечка информации была от клерка, учитывая, как сильно Томоэ его напугала, но он казался легко подкупаемым типом.
— Я закончила расследование в Гильдии Торговцев, — объявила Мио.
Я кивнул.
— И?
— Оказывается, продажа товаров без лицензии незаконна. Ближайший город, где мы можем получить или восстановить карточку — это соседний город Циге.
— Как далеко он находится?
— Примерно в трех деревнях. Путь туда обычно занимает месяц.
Погодите, целых три поселения после этого? Это нелепо далеко.
Несомненно, нам будет трудно прокормить себя в это время. Даже если Мио и Томоэ будут заниматься авантюризмом, оплата для ранга E не будет такой уж большой.
— Есть ли способ продать наши товары раньше? — спросил я.
— Похоже, есть торговый пост, который может удовлетворить наши потребности.
— Торговый пост?
Впервые об этом слышу.
— Мы можем выступать в качестве оптовиков для любого отделения Гильдии Торговцев... Кстати, могу я спросить, что такое “оптовик”?
Тебе бы следовало спросить об этом у людей из Гильдии торговцев.
— В принципе, мы можем продавать только другим торговцам, — подытожил я. — Но…
Это был бы отличный способ определить рыночную стоимость наших товаров, но, учитывая нынешнее состояние беспорядка на базе, мне казалось, что торговцы намеренно пытаются выдоить авантюристов досуха. Я не хотел этого допускать, но была вероятность, что я просто перемудрил.
Я задумался на мгновение.
— Думаю, срок годности всех наших товаров скоро истечет, так что мы должны продать все, что у нас есть, завтра на торговом посту.
Это, по крайней мере, принесет нам немного денег.
Первый день подошел к концу, но впереди было еще слишком много дел, чтобы мы могли расслабиться. Я решил не уходить в подпространство и приготовился спать на одной из кроватей в гостинице.
Томоэ кивнула, соглашаясь с моими решениями.
— Также нам лучше не обращать внимания на преследователей снаружи.
Мио бросила на нее растерянный взгляд.
— Преследователи?
— Ты не поняла, что за тобой следят?
— За мной? Следят?!
Я даже не удивился. Она не показалась мне человеком, который избегает опасности, а предпочитает нырнуть в нее и проглотить ее целиком.
Она подошла к окну.
— Я пойду избавлюсь от них.
Я покачал головой.
— Нет, оставь. Я хочу их отпустить.
— Почему?!
— Я сказал, оставь их.
Она надула губы.
— Хмф.
— Давай, уже почти время для ужина. Было бы отвратительно не насладиться им, верно?
К счастью, это сразу же улучшило ее настроение, как я и надеялся.
Я повернулся.
— Кстати, Томоэ...
— Да, Юный Господин?
— Я хочу, чтобы ты подождала возле наших товаров... Вообще-то, тебе лучше провести там ночь. Они уже начинают разнюхивать.
Ее глаза расширились.
— Что?!
— Ты хочешь быть похожей на Каку-сана, да? Вперед, он всегда делал подобные вещи в кино!
— Н-но ужин!
Я тепло улыбнулся.
— Все будет хорошо!
— В-вы дьявол?!
— Полагаю тебе, не нужно говорить об этом, раз ты такая хорошая маленькая купеческая слуга, но не трогай наши товары, ладно?
— Вы демон! Демон среди нас!
— Просто вспомни, сколько неприятностей ты нам сегодня доставила! А теперь иди, это приказ!
Время от времени мне приходилось давить на них.
Называй меня хоть дьяволом, хоть демоном или как тебе больше нравится! Муа-ха-ха-ха-ха!
[От лица Томоэ]
Честно говоря, он мог бы быть более внимательным.
При таком раскладе он должен был стать ни кем иным, как стереотипным суровым стариком. Я бы, конечно, предпочла, чтобы он был добрым и знающим Комон-доно, не говоря уже о том, что у него почти не было желания совать свой нос в неприятности.
Например, когда его пытались обмануть при регистрации, он заметил подвох, но не предпринял никаких действий. Если бы я не вмешалась, конфликт закончился бы, так и не начавшись. Это было нехорошо. Мир не станет лучше, и до кучи у меня так и не появится возможность воспользоваться своей новой катаной.
Пусть клинок был правильным лишь по форме, но старшим гномам... нет, старномам, как я их буду называть, им все же удалось сделать очень похожую катану, точь в точь как в родном мире Юного Господина. Мио, со своей обычной беспечностью, привела к нашему порогу неприятности, что, надо признать, внесло оживление в нашу историю. Она идеально вписалась в роль неуклюжего Хачибе-сан, проведя все необходимые приготовления. Теперь, если бы только наш господин был готов встретить злодеев лицом к лицу, мы могли бы начать наше "Путешествие по Краю Мира" всерьез!
В данный момент я ютилась среди различных товаров в нашей повозке. Хотя я все еще была подавлена отсутствием ужина, в воздухе витало предвкушение, и я была благодарна Юному Господину за его предусмотрительность. Клинок висел у меня на бедре — легкий, остро заточенный с одной стороны, с формой настоящей катаны.. Пусть это пока не идеал, но путь к совершенству еще не завершен. Мне еще только предстоит найти способ ковки настоящей катаны.
Мой Господин однажды рассказывал мне, как его родители притащили его на так называемый Хамоно Мацури, или Фестиваль Клинков, в город Секи, где изготавливались такие клинки. Я решила позже более тщательно изучить его воспоминания об этом событии. К счастью, он был любопытным человеком и постоянно изучал все, что его интересовало. Этой его чертой мне было легко воспользоваться, и я была весьма благодарна ему за это.
Я мельком осмотрела наши товары. В основном это были фрукты, растущие в естественных условиях в родном мире Юного Господина. Поскольку он утверждал, что знает их все, то это оказалось весьма полезно в определении тех, которые можно употреблять в пищу. Фрукты были спелыми, сочными, и я лично убедилась в их превосходном вкусе. Это был еще один продукт суровых условий, в которых он жил, и, несмотря на несколько бессистемный способ упаковки, ни на одном из них еще не было признаков гниения. Они были настолько свежими, словно их только что сорвали...
В этот момент я замерла.
— Хмф... Значит, они осмелились сделать свой ход.
Преследователи Мио медленно приближались. Хотя их приближение свидетельствовало о том, что они тщательно тренировались, я слишком долго жила отдельно от [людей], чтобы распознать их только по этому признаку. Нет, в воздухе витала едва уловимая злоба, которая ясно говорила об их недобрых намерениях. Их движения были слаженными, что говорило о закалке в горниле битвы.
Хмм... Как мне поступить?
За мгновение до того, как я покинула комнату, Юный Господин попросил меня не убивать их всех сразу. Я стала намного сильнее с момента заключения нашего Контракта, но у меня не было тех сдерживающих артефактов, которыми пользовался Юный господин. Если бы я атаковала всерьез, они могли бы превратиться в пыль в считанные секунды,, но я не могла просто проигнорировать приказ.
Попробуем на практике определить идеальный вариант применения силы.
Двое из шестерых остались снаружи, четверо направились в конюшню. Отлично. Значит я оставлю в живых двоих, даже при самом худшем раскладе. Двое из воров медленно приблизились к повозке, протягивая руки, чтобы ухватиться за нее.
Время близится!
Я молча встала и выхватила свой клинок, встав рядом с повозкой.
— Какое у вас дело к нашей повозке? — весело спросила я, преграждая им путь.
Незваные гости замерли, повернув головы в мою сторону. В их глазах читались злоба и настороженность в равных долях. Это было ожидаемо: когда передо мной стояла моя добыча, а битва приближалась, я встречала такие взгляды с холодным, хищным ликованием, как змея, наблюдающая за сочной крысой.
— ...
Моя добыча молчала. Они лишь раз обменялись взглядами и слегка кивнули. Значит, у них не было желания вести переговоры, но меня это не смущало. Такие жалкие хулиганы заслуживали лишь боли. Наблюдатели, несмотря на то что, несомненно, слышали мое вмешательство, не сделали ни единого движения, чтобы приблизиться. Я решила, что они не станут вмешиваться в драку.
Я заметила блеск стали в руках двух ближайших бандитов. Вдвоем они бросились на меня. Я отразила удар первого, затем уклонилась от второго, легко отклонив ножи ножнами своего клинка. Их атаки были слабыми и вялыми — недостаточными, чтобы даже заставить меня напрячься.
Промахнувшийся мимо меня короткий меч снова метнулся вверх, причем под углом, который так и просил меня выбить его из рук владельца. Стремительным движением я ударила его по запястью носком ноги, но бандит не выдержал моего давления, и все же отлетел назад с глухим треском. Я сдерживалась, как могла, но его запястье, без сомнения, было раздроблено. Использовать меч против таких противников казалось бы излишне жестоким, но в то же время меня раздирало любопытство..
— Хмм...
Я ведь не должна убить их, если направлю свои атаки на их оружие. Отступив назад, прежде чем мои противники успели расслабиться, я нанесла молниеносный удар полумесяцем.
— Что?! — вскрикнул один из них.
Не в силах продолжить, он, скорее всего, вообще не понял, как я отступила. Я практически исчезла из его поля зрения, а он застыл, как жалкий новичок.
Кланг!
Мой противник остановился, потрясенный звуком, увидев, как его меч укорачивается прямо у него на глазах. Я почти не ощутила сопротивления, когда мой клинок прошел сквозь сталь его клинка. Моя катанка ощущалась настолько естественно, как продолжение моей руки. Старномы действительно превзошли сами себя, и я с нетерпением ждала, чего они добьются в своих будущих исследованиях.
Щмяк!
Что это был за звук?
Я последовала за ним и увидела, как верхняя половина тела моего противника, отрезанная выше груди, рухнула на землю. Спустя мгновение упала и нижняя половина.
Невозможно! Подумать только, я могу нанести такой удар!..
Хуже того, похоже, мое беспокойство заразило оставшихся четырех противников. Их охватил страх, и если я не буду действовать быстро, все четверо сбегут. А мне нужны были живые для допроса! Двое самых дальних нападающих уже находились на значительном расстоянии от меня, и, если я буду их преследовать, остальные отбросы разбегутся. Придется довольствоваться оставшимися, кто не успел далеко убежать..
Я перехватила рукоять своего клинка, вспомнив совет Юного Господина о том, что мне следует выковать катану с обратной кромкой. Мои следующие цели уже нагло повернулись спиной и попытались скрыться. Хотя я не могла видеть их лиц, форма тела одной из них говорила о ее женственности.
Я рассудила, что если мне удастся взять в живых только одного, то Юный Господин предпочтет женщину. Ее грудь была довольно большой и, казалось, заметно выделялась из черных одежд. Он всегда восхищался красотой даже самых заурядных прохожих, что, видимо, говорило о его одиночестве, и я решила, что он просто изголодался по женским прикосновениям. Хотя, несмотря на его разговоры, он ни разу не воспользовался Контрактом, чтобы добиться чего-то подобного. Он действительно был загадочным человеком.
Нет... Если Милорд будет удерживать в плену женщину, что будет отличать его от какого-нибудь продажного чиновника?! Он, несомненно, совершил бы такое злодеяние! Какая подлая уловка — использовать мое преклонение перед Юным Господином против меня! Какая хитрая тактика... хотя не могу отрицать, что это кажется странным.
Впрочем, такие мысли можно отложить на время. Я отпущу женщину и поймаю мужчину.
С легкостью оттолкнувшись от земли, я обогнула располовиненного нападавшего. Затем я повернулась, чтобы отрезать им путь к отступлению, и нанесла удар клинком плашмя в его живот. Женщина-вор, бежавшая впереди, обернулась, ее глаза расширились при виде моего удара. Она, несомненно, видела судьбу своих товарищей и, как я и ожидала, споткнулась лишь на мгновение, прежде чем прибавить скорость и уносить ноги, спасая свою жизнь..
Хе-хе, я так и знала. Отличная работа! Теперь осталось лишь выпытать нужную нам информацию, чтобы выследить тех, кто скрывается в тени этого места! Наконец-то, все начинается! Все по плану... Ке-ке-ке-ке!
***
— Все таки, единственная роль, которая тебе теперь подходит — «коррумпированный чиновник».
Я вздохнул при виде темноволосого мужчины, которого привела Томоэ. Он все еще не пришел в себя, а Мио уже отправилась на улицу, чтобы избавиться от тел.
Пока я властно складывал руки перед Томоэ, пойманный вор молча сидел на табурете позади меня, а его глаза беспокойно блуждали по комнате.
Расставшись с Томоэ, мы направились в столовую, а во время прогулки после ужина наткнулись на потерявшуюся девушку. Мы планировали отвести ее обратно в трактир и выяснить узнать подробности ее ситуации, но по дороге встретились с Томоэ, что несколько изменило наши планы. Она была чрезвычайно довольна собой и хвасталась, что не убила их всех. Меня, честно говоря, вполне устроило, что трое из шести сбежали, но когда я спросил, значит ли это, что она захватила троих, ее ответ оказался далеким от того, на что я рассчитывал.
— Двоих я убила на месте, но один все еще лежит там живой, — сказала она с невозмутимым спокойствием.
Она попыталась выбить меч первого из его рук, но случайно отправила его в полет, и он так и не поднялся после удара о землю. По моим предположениям, он умер от шока. Что касается второго, то она перерубила его меч, чтобы обезоружить, но случайно разрубила беднягу пополам. Очевидно, оба случая были непреднамеренными, но ее оправдания звучали слабовато.
Это просто ужасно! Это не исправить милым маленьким «ой»! Боже, я путешествую с убийцей!!!
Я спросил Мио, может ли она съесть… э, сделать так, чтобы тела исчезли тихо и незаметно, и она с радостью согласилась помочь. Она сразу же направилась к повозке, чтобы навести порядок.
Вздохнув, я подошел к нашему пленнику, лежащему на кровати. Его тело было стройным и легким, без признаков мускулатуры, как я ожидал увидеть.
— Томоэ? Ты похитила эту девушку или что-то в этом роде?
— Хехе... Кекекеке!..
Оу. Над чем она смеется?
— Я знала, что Вы именно такого сорта, Юный Господин!
Что за «сорт»? О чем, черт возьми, она говорит?!
— Теперь я вижу, Юный Господин — Вы бы назвали меня безнравственной, не так ли?!
Я не знал, в чем она так уверена, но она знала, как я собираюсь ее назвать... Удачная догадка.
— Однако, — продолжала она, властно указывая на нашего заложника, — это мужчина!
— ...
Что? Почему, черт возьми, меня это должно волновать?! Гораздо важнее знать, проверяла ли она этого парня на наличие спрятанного оружия или нет!
Очевидно, она наверное обыскала его, если была так уверена, что он мужчина. На нем не было ни одеяла, ни чего-либо еще, поэтому его тело было выставлено на всеобщее обозрение.
Но действительно ли это парень? Что-то здесь не так... Я имею в виду, только посмотрите на эти бедра...
Я тяжело вздохнул. Было очевидно, что Томоэ не проверила пленника должным образом — его ножны скрывали несколько кинжалов, что можно было заметить с первого взгляда..
— Почему ты не проверила его на наличие оружия? — укорил я ее. — Серьезно, зачем было тащить его сюда, не убедившись хотя бы в том, что он безоружен? Это просто беспечно.
Я осторожно извлек кинжалы. Судя по размеру, они предназначались для метания, а не для ближнего боя. Однако их было бы вполне достаточно, чтобы бесшумно подкрасться к кому-нибудь и нанести смертельный удар.
Томоэ слабо хихикнула.
— Я подумала, что это будет забавно, если он пригрозит нам насилием, когда мы останемся одни.
Это отличается от моего представления о хорошем времяпрепровождении, но что поделаешь.
В это время пленник на кровати застонал и неловко перевернулся, словно все происходящее было частью его сна.
Кс-с-с!
— ... Ваа?
Раздался характерный звук рвущейся ткани, и бинты, которыми была стянута грудь нашей пленницы, разорвались, обнажив ее большой бюст.
... Ох.
Таким образом мы вернулись к моим прежним словам. Томоэ все еще была в шоке и казалось, переводя взгляд с меня на заложницу и обратно, ее лицо горело от стыда.
Полагаю, это ставит Томоэ в затруднительное положение, как и грудь нашей заложницы... Стоп, это не смешно.
Должно быть, нападавшая довольно туго перетянула свою грудь, иначе она бы так не вырвалась.
— Это, должно быть, заговор! Жестокая махинация какого-то скрытого повелителя! — прошипела Томоэ. — Как еще можно было заставить меня нанести удар с такой жестокостью?! Ох, как бесчеловечно!
— Не могла бы ты в следующий раз хотя бы попытаться учесть мои потребности? — я тяжело вздохнул. — Вы же должны были понимать, что это значительно усложнит допрос.
— Я избегала сисястых с огромным упорством и решимостью, — стоически ответила Томоэ. — Клянусь, всего несколько минут назад она была мужчиной.
Э-э... «сисястая?» Я уже запутался, но это, наверное, даже к лучшему.
— А если серьезно... Если тебе снова придется кого-то похищать, осмотри их как следует. Убедись, что они безоружны... и проверить их причиндалы, если это действительно имеет для тебя такое значение.
— Ах, но Вы забываете, что я так боялась, что меня назовут извращенкой, что не могла к ним прикоснуться.
— Черт возьми, Томоэ... Безопасность превыше всего! Всегда на первом месте! Это тебе не какое-то кино. Тебе не нужно беспокоиться о цензуре, о том, как ты будешь выглядеть, или о чем-то подобном! Для всех нас будет лучше, если ты будешь извращенкой, а не идиоткой!
Теоретически, конечно… надеюсь, никто меня в этом не обвинит.
— Хрнгх!..
Не рычи!
Я раздраженно покачал головой.
— Честно говоря, ты такая...
— П-простите? — раздался незнакомый тихий голос, полный тревоги.
Я остановился. Этот голос явно не принадлежал ни Мио, ни Томоэ. Впрочем, я не мог вспомнить, кому он мог бы принадлежать.
Ах да... Я совсем забыл о девочке, которую мы подобрали во время нашей прогулки!
Она все еще сидела на табуретке с беспокойным выражением лица. Судя по всему, она потеряла семью, и мы забрали ее с собой, чтобы узнать подробности и помочь ей найти их. Томоэ почти заставила меня забыть о ней. Она была совершенно посторонней, и я был почти уверен, что она не поняла ни слова из того, что я только что сказал.
Конечно, это должно ее беспокоить... Я писал ей все это время, потому что был «слишком болен, чтобы говорить». Неудивительно, что она волнуется.
Я обернулся к Томоэ.
— ... Просто постарайся быть осторожнее в следующий раз, хорошо?
Заметив, как встревожена девочка, я решил сдержать раздражение и сменить тон на более спокойный..
Успокоенная изменением моих эмоций, Томоэ поклонилась нашей гостье.
— О, спасибо за помощь, девочка!
Разве она не должна сначала поблагодарить меня?! Она даже перешла на Всеобщий Язык для этого... Это должно быть преднамеренное преступление. Хотелось бы, чтобы она использовала свою голову, чтобы облегчить мне жизнь, а не создавала постоянно проблемы... Кажется, я сейчас заплачу.
— Я думала вы сказали, что не можете говорить? — растерянно спросила девушка.
— Я могу говорить, — ответил я как можно четче на Всеобщем Языке. Мое произношение должно было быть безупречным, а эмоции — переданы точно.
Девушка лишь растерянно склонила голову набок, ничего не ответив. Я взглянул на Томоэ, которая кивнула и повернулась к девушке.
Боже как тактично.
— Юный Господин пытался сказать, что он «может говорить». Видишь? Совершенно невразумительно.
— А?! Я услышала только «яхамюмюмюамуни»!
Дерьмо... Неужели я действительно так сказал? Похоже, до меня дошла только первая часть...
— Это самая любопытная черта его проклятия, — драматично продолжила Томоэ. — Видишь ли, хотя он не может говорить на Всеобщем Языке, он владеет другими языками и может свободно общаться с нами с их помощью.
Девушка моргнула.
— Я думала, он просто заболел?
— Действительно, мы какое то время тоже так думали, но это был всего лишь побочный эффект заклинания. Мы предпочитаем называть это болезнью, чтобы избежать предвзятости. Ведь многие, услышав о проклятии, сочтут Юного Господина… нечистым.
Девушка, казалось, приняла это объяснение, кивнув с понимающим видом.
Боже, хотел бы я хоть вполовину так же хорошо убеждать людей, как она...
Ее маленькие брови нахмурилась.
— Ты можешь говорить на стольких языках, но не можешь использовать Всеобщий Язык... Это ужасно! Какой бы демон тебя ни проклял, он очень плохой!
"Демон?" Подождите-ка. Разве проклятия присущи только демонам? Если так, то нам лучше придумать другое объяснение... Не хотелось бы бросать тень на целую расу ради нашего прикрытия.
Томоэ сочувственно кивнула.
— Да, бедная душа. А теперь, дорогая, расскажи мне, как ты оказалась здесь и как встретила Юного Господина.
«Погоди», — написал я.
Неужели она совсем не услышала, что сказала девушка?
— Хмм? Что-то случилось? — небрежно ответила она.
Что, неужели она действительно согласна с тем, что только что сказала девушка?
«С чего ты взяла, что меня прокляли демоны?»
Девочка, к счастью, умела читать и продолжила свой рассказ.
— Всеобщий Язык — это дар Богини, ее благословение всем жителям мира, чтобы мы могли понимать друг друга. Почти все получают его вскоре после рождения!
— ...
— Ох, но только не монстры. Богиня принимает только [людей], так что монстрам нужно тяжело и долго учиться, чтобы говорить.
— ...
Слова девушки заставили меня почувствовать легкую грусть. В ее понятии под "всеми" явно подразумевались только [люди].
Значит ли это, что технически я являюсь монстром?
Про благословение тоже звучало немного странно. Я слышал, что каждый год после рождения родители приводят детей в святилище Богини, чтобы те молились, и с каждым посещением владение ребенком Всеобщим Языком становилось все лучше. Конечно, существовали некоторые различия в том, когда ребенок обретал способность говорить, но обычно это происходило примерно к трем годам. Девочка сказала нам, что она научилась говорить в четыре года.
Очевидно, что я не могу просто так взять и выучить это дерьмо... Я не испытываю ничего, кроме уважения, к не[людям], которым удалось овладеть Всеобщим Языком.
В конце концов, это не имело под собой никакой научной основы. Нужно было просто повторять гласные без остановки, снова и снова, пока в конце концов не получали достаточно благословений, чтобы они обрели смысл. Заставить не[людей] вникать в этот буквальный бред и осваивать язык вручную было невообразимо.
Хм, так вот как это работает... Имел я эту Богиню! Неужели она ждет, что я буду цепляться зубами и ногтями за каждую мелочь?! Все ясно, хватит об этом — перейдем к более насущным делам!
Отбросив это поразительное откровение о Всеобщем Языке, я повернулся к Томоэ и сразу перешел к делу.
[От лица Мио]
Вернувшись после уборки, я застала Юного Господина совершенно безэмоциональным, а Томоэ стояла с озабоченным выражением лица. Я предположила, что тонкое посапывание, доносившийся из глубины комнаты, принадлежало девушке, которую мы приютили. Однако рядом с Томоэ и Юным Господином сидела другая женщина, чье присутствие источало злобную ауру.
Честное слово, Томоэ, как ты не додумалась похитить мужчину? Юный Господин — главный дознаватель, в конце концов.
Эта женщина явно принадлежала к той же шайке бандитов, что преследовала меня от Гильдии торговцев, и я сомневалась, что на вкус она окажется лучше, чем ее павшие товарищи. Даже несмотря на то, что я ела их не напрямую, окутывая их тьмой и вытягивая из них ману, пока они разлагались, они обладали вкусом грязи. Впрочем, если бы я не насытилась маной Юного Господина, то, скорее всего, не стала бы возражать.
Полагаю, содержание допроса будет мало меня касаться.
Мир людей до сих пор оставался для меня загадкой, а их эмоции сбивали с толку еще больше. Если бы я стала раздражаться, то, без сомнения, сожрала бы ее на месте и навлекла бы на себя гнев Юного Господина. Однако, признаться, мне было любопытно, что Юный Господин так странно выражает свое мнение, и мне стало любопытно, о чем они говорят.
— Томоэ, — наконец сказал Юный Господин. — Сделай это.
— С радостью.
С этими словами Томоэ окутала тело пленницы густым туманом. Она дергалась, пытаясь сопротивляться, но через несколько мгновений бессильно осела на кровать, потеряв сознание. Это было похоже на какое-то сонное заклинание, только туман вокруг нее оставался густым, пока она спала.
— Вы видите ее выражение лица, Юный Господин, не так ли?
Он кивнул.
— Похоже на то, да. Ты уверена, что я могу говорить с ней в таком состоянии?
Юный Господин не проявлял ни малейшего намека на эмоции. Это было настолько необычно, что во мне вспыхнуло желание прикончить виновницу его состояния прямо здесь, на месте.
— Вы будете говорить через меня, — заверила его Томоэ.
— Неважно. Давай покончим с этим.
Они не заметили моего возвращения, возможно, из-за той напряженной атмосферы, которая витала в комнате. В воздухе не было ни гнева, ни злобы, но все же ощущалась невыносимая тяжесть.
— И все же это довольно безобидный способ допроса... Это будет не весело.
Я поражена, что она может говорить с таким легкомыслием.
— Мне не нужно, чтобы это было весело. Неважно, будем ли мы угрожать ей, накачивать наркотиками, или еще что угодно — лишь бы получить нужную нам информацию.
— Согласна.
— Я рад, что ты со мной в этом деле. Я не знаю, как получить сыворотку правды или что-то в этом роде, и никогда раньше не пытал людей.
В его голосе не было ни тепла, ни холода, только спокойная констатация факта. Я слышала, что его прежний мир был мирной землей, где не было ни убийственной смерти, ни боли, поэтому предполагала, что Юный Господин будет более обеспокоен в таких вопросах.
Намеревался ли он убить эту женщину? Не мне было об этом судить.
Контракт или нет, но я принадлежала ему душой и телом. Все остальное не имело значения, и в такие моменты важно было напоминать себе об этом.
Я наблюдала за их допросом. Томоэ применила на пленнице какое-то заклинание, сделав ее более внушаемой. Женщина охотно отвечала на все вопросы Юного Господина. Они напали не для того, чтобы украсть наши товары, а девушка, которую мы нашли, как-то связана с этим инцидентом.
Боже, эта база полна отбросов.
Когда их вопросы, казалось, иссякли, они оба вздохнули и позволили туману, нависшему над женщиной, исчезнуть, после чего обменялись взглядами. Это, как я поняла, был оптимальный момент, чтобы объявить о себе.
— Похоже, вы закончили? Прекрасная работа.
Милорд удивленно обернулся, и выражение его лица смягчилось при виде меня.
— О, Мио. Да, что-то вроде этого... Ты закончила с уборкой? — его голос был мягким и нежным, как и всегда.
— Конечно, — ответила я. — Вкус, как и ожидалось, оставляет желать лучшего.
Я бросила взгляд на Томоэ, и она виновато опустила голову.
Милорд вздохнул с облегчением.
— Спасибо. Если бы только все не происходило по сценарию Томоэ, мы могли бы наконец перевести дух.
Как хочет Томоэ?
По ее сценарию? Я вспомнила, что она что-то упоминала о поисках некоего организатора, но подробностей пока не слышала.
Томоэ яростно замотала головой.
— Клянусь, я не намерена больше навязывать свою волю! Да и едва ли это может быть достаточно интересным, чтобы продолжать.
Я понятия не имела, о чем она говорит, но, очевидно, это последнее испытание подходило к концу.
— Может быть мы продолжим с этим завтра? — спросила я. Предполагалось, что по окончании допроса дело останется за малым.
Однако вместо ответа Юный Господин просто протянул мне клочок бумаги.
— Ч-что? Могу я узнать, что это такое?
Это был рисунок углем, причем довольно искусный. Это был портрет улыбающейся молодой женщины, изображенной от бюста вверх.
— Сестра девочки, — просто сказал Юный Господин.
Ах, теперь понятно.
Когда мы впервые встретили девочку на прогулке, она спросила нас, не видели ли мы ее старшую сестру. Мы заставили девочку пойти с нами, потому что ей показалось, что за ней следят, хотя к тому времени, как мы добрались до постоялого двора, ощущение слежки исчезло, и я не знала, почему она все еще была тут. Однако если такова была воля Юного Господина, я не была склонна ему перечить.
Из допроса стало ясно, что старшая сестра находится в плену у нападавших. Юный Господин явно намеревался ее освободить. Это казалось неосуществимым желанием — мы даже не были уверены, жива ли она.
— Кажется, я знаю, где находится ее сестра. Вы с Томоэ, можете пойти и проверить?
Что?.. Значит ли это, что мы не будем сегодня спать?
— Ю-Юный Г-господин! — запротестовала Томоэ. — Сначала Вы отказываете мне в ужине, а теперь еще и во сне?!
В кои-то веки я согласна с ящерицей.
Юный Господин безразлично кивнул.
— Вам, ребята, ведь не нужно спать каждую ночь, не так ли?
Это... это, пожалуй, правда. Я вспомнила, как могла бодрствовать месяцами, даже годами, а затем погружаться в столь же длительный сон. Однако я хотела, чтобы мой сон как можно ближе соответствовал сну Юного Господина, не говоря уже о другом вопросе.
— Возможно, Вы правы, Юный Господин, но...
— Я хочу спать! — громко запротестовала Томоэ. — Сон в этом теле дарит мне такое ощущение утренней свежести, какого я еще никогда не испытывала!
Она выражалась грубо и прямолинейно, но я согласна. Я пробыла в [человеческой] форме всего несколько дней, но сон оставил у меня странное чувство удовлетворения.
Юный Господин покачал головой.
— Вы слышали, что она сказала. Мы понятия не имеем, жива ли сестра девушки. Кроме того, мы даже знаем, где она находится, и я уверен, что вы вдвоем сможете решить все проблемы, которые всплывут по пути.
— Какой смысл торопиться, если она уже может быть мертва? — поинтересовалась я.
Я хотела задать искренний вопрос, но ошиблась. Глаза Юного Господина снова затуманились пустотой.
— Мио... Я хочу сделать все возможное, чтобы спасти сестру этой девушки. Постарайся вернуть ее домой живой и невредимой. А если она уже погибла, девочка должна узнать об этом как можно скорее. Поняла?
Я тяжело сглотнула и кивнула. Что-то в Его взгляде вызывало глубокую тревогу. Они были неестественными и безразличными, как будто Он полностью потерял ко мне интерес, а то, что меня так внезапно признали бесполезной, было неописуемо больно. Я взглянула на Томоэ, которая выглядела такой же расстроенной. Она решительно кивнула.
— Простите за это, — Он безэмоционально извинился. — Завтра я отведу девочку на торговый пост, так что не беспокойтесь об этом. Сейчас ваша задача — найти ее сестру. Живую или мертвую, — он перевел взгляд на Томоэ. — Поскольку у нас нет достаточного количества актеров, вам двоим придется играть Гин и Яшичи.
Томоэ вздохнула.
— Полагаю, у нас нет выбора... Роль Комон всегда заключалась в том, чтобы ждать вестей о том, что невинные в безопасности. Мио, мы выдвигаемся.
Я не понимала, что именно произошло между ними во время этого разговора, но была благодарна за то, что напряжение в комнате наконец исчезло. Юный Господин лучше всего проявлял себя, когда был спокоен, и я чувствовала некоторую долю благодарности к драконихе.
Когда Томоэ уже собиралась выйти, она остановилась у двери и на мгновение оглянулась.
— Ах, еще кое-что.
— Что случилось?
Хорошо... Его голос снова звучит нормально.
— Если мы успешно завершим эту миссию, я... я хотела бы называть себя «им».
Напряжение заметно спало с плеч Юного Господина. Мне тоже было непонятно, зачем ей понадобилось разрешение на такое дело.
— Э... почему бы и нет, — ответил Он, и я не могла с ним не согласиться. — Почему ты вообще спрашиваешь?
— Оно, определенно, мне больше подходит, но я полагала, что это удовольствие называть себя Комон вы оставите себе.
— Ну... это не так. Делай, что хочешь.
— Ах, спасибо вам, Юный Господин! До встречи!
Поклонившись с полным пренебрежением, она распахнула дверь и вышла. Я последовала за ней, сохраняя полное самообладание. Поскольку она, без сомнения, знала, куда мы направляемся, мне оставалось лишь идти за ней.
Однако как только мы покинули трактир, я остановилась. Меня все еще беспокоила одна вещь, и теперь, когда мы остались одни, я решила спросить об этом. Поскольку время было позднее, в округе не было видно прохожих.
— Томоэ? Могу я узнать, что вызвало у господина такое беспокойство?
Она пожала плечами.
— Понятия не имею. Я просто была рада, что ты вернулась и помогла сдвинуть дело с мертвой точки. Ты видела портрет, да?
— Видела. Сестра девочки, не так ли?
— Верно. Поскольку девочка утверждала, что умеет хорошо рисовать, мы попросили ее предоставить наглядное изображение.
— Она весьма талантлива для своего возраста. Кажется, ей не больше десяти лет.
Томоэ кивнула.
— Однако стоило ему взглянуть на нее, как эмоции исчезли с Его лица, а в воздухе повисло странное давление. Пленница тоже отреагировала странным образом... Это, как ты понимаешь, и было причиной допроса.
Я вспомнила сцену в трактире. Конечно, я никогда не испытывала ничего подобного.
— Как ты думаешь, Юный Господин знаком с ее сестрой? — предположила я.
— Невозможно. У него нет ни друзей, ни врагов во всем этом мире.
В ее голосе прозвучала твердость, которая пресекла дальнейшие предположения.
— Ты... ты довольно хорошо знаешь Юного Господина, — сумела выдавить я. — У меня сложилось впечатление, что вы знакомы совсем недолго.
По моим сведениям, это должно было быть не более нескольких дней.
— Полагаю так и есть... Хотя мои обстоятельства, в частности, довольно уникальны.
— Могу я узнать подробности?
— Почему бы и нет? Видишь ли, я могу свободно управлять иллюзиями, хотя у этого есть серьезный побочный эффект.
— И какой же?
— Я могу видеть воспоминания... Я видела воспоминания Юного Господина. Ни больше, ни меньше.
— Ты что?! Как смеет ничтожный слуга так нарушать Его разум?!
— Тогда мы с ним были врагами, как и с тобой.
Я скорее завидую... нет, я не хочу этого говорить вслух.
— Кто же такой Юный Господин?
— Спроси его об этом сама. Сделай это, и вы оба, без сомнения, найдете новые источники доверия.
— В этом есть смысл... но разве будет плохо, если ты сама расскажешь?
Она покачала головой.
— Даже я не все видела — и не видела твоих воспоминаний. И разумеется, наш Повелитель разрешил мне ознакомиться с содержимым его головы.
Мои воспоминания? Сомневаюсь, что они у меня остались после тех бесконечных дней голода...
— А в тех воспоминаниях, которые ты видела, был ли кто-то, похожий на эту женщину на портрете?
Это был самый простой способ прояснить ситуацию, но Томоэ снова покачала головой.
— Я не в состоянии искать такие мельчайшие подробности, не говоря уже о том, что большая часть его разума была закрыта для меня после заключения Контракта. Возможно, она сокрыта внутри. Однако есть одна вещь, в которой я могу быть уверена, — она повернулась, чтобы посмотреть мне в глаза. — Если нам не удастся обеспечить благополучие сестры этой девочки, наш Повелитель, без сомнения, еще некоторое время будет пребывать в таком плохом расположении духа.
Это, безусловно, серьезная проблема. Улучшение Его настроения было крайне важно для поддержания приятного характера нашего путешествия. Томоэ не нуждалась в ответе, чтобы понять, что смысл сказанного был понят.
— Отлично. В таком случае я оставлю прошлое в прошлом и сосредоточусь на поставленной задаче.
Ради нашего настоящего и будущего, ради того, чтобы продолжать наслаждаться нашим маленьким путешествием, я сосредоточилась на поставленной перед нами задаче.