— Опусти это. Идиотка.
— П-пока старик держит рот на замке.
Это была рука, маленькая, как у ребёнка, но серьёзность, которую она выражала, была настоящей.
— Ухм... ху-у.
Она пыталась выглядеть угрожающе, но перепуганная маленькая девочка дрожала и не знала, что делать.
— …
Вот что увидел старик.
Мальчик, который очень нервничает из-за приближающейся угрозы, и девочка, которая плачет и не знает, что делать. Маленькие дети, брошенные миром, жалко стояли перед ним.
— Я-я правда могу ударить. Ик.
— Ладно, тогда заткнись, мелюзга.
Старик спокойно посмотрел в глаза плачущей девочки. Взглядом, который даётся только с годами.
В свисающих слёзах был страх, но в глазах была решимость.
— ...Хорошо.
Она и правда могла ткнуть. Только ради мальчика, стоящего рядом с ней.
— Что происходит? Скажите, — когда голоса мужчин стихли, старый кузнец тихо спросил.
Но рот мальчика не так-то легко открылся. Словно ему было трудно сказать это вслух.
— Проиграли.
Хотя слова лишь вертелись у него во рту, старый кузнец понял их. Потому что он долгое время жил в этих переулках.
— Хорхе мёртв.
— ...Он был хорошим боссом.
— Х-хи-и-и! Ик! — Как только было упомянуто имя Хорхе, из глаз Джемины потекли крупные капли слёз.
— Я понимаю ситуацию. Так что опусти уже эту страшную штуку, мелкая.
— Хик! Нет!
Но даже если эмоции и переполняли её, Джемина знала, что должна делать.
— Дай меч!
— Что?
Нужно вывести Влада. За пределы этого города.
— Отдай тот висящий меч! Даже если он благополучно выберется из города, он может умереть от монстров!
— Нет, эта сука...
Хотя она говорила бессвязно, то, что сказала Джемина, было верно.
Даже если они избежали глаз Однорукого Джека и Шоары, сейчас была тёмная ночь и холодный зимний день. Время было слишком суровым, чтобы двигаться в следующий город без надлежащей подготовки.
— Я не шучу! Если Влад умрёт, я тоже умру! Так отдай его!
Лезвие в руке девочки оказалось под подбородком старика.
— Э-эта сука!
Хоть оно и было в маленькой ручке, от этого лезвие не становилось менее острым.
В глазах девушки, полных слёз, бурлили эмоции, которые даже она не могла контролировать.
— Ты с ума сошла!
— Дай меч!
Старый кузнец почувствовал глубокую горечь, наблюдая, как Джемина угрожает ему, приказывая отдать меч.
«Да...»
Такова была природа людей, живущих в глухих переулках. Природа тех, кто могут выжить, только воруя у других.
Он сам был таким, и теперь пришло время этим детям стать такими же. Точно такими же, как и он когда-то.
— Джемина! Опусти! — донесся приглушённый крик Влада, но кончики пальцев Джемины всё ещё опасно дрожали.
Девушка приняла решение.
Воспользоваться тем, что было в её руках. Она была готова на всё, чтобы спасти мальчика.
— Джемина!
Лезвие кинжала сверкнуло вместе с приглушенным криком мальчика.
— …!
Старый кузнец закрыл глаза, ожидая, что что-то острое вонзится ему в горло.
— Я заплачу тебе.
Однако клинок, который держала девушка, был направлен не на старого кузнеца.
— Возможно, этого недостаточно, но я обязательно верну деньги позже. Клянусь!
Старик открыл глаза и замер, увидев то, что развевалось перед ним.
Кудрявый красный цвет заполняет его зрение.
Это было единственное, чем маленькая девочка гордилась: рыжими волосами.
— Она...
— Пожалуйста, отдай его мне. Пожалуйста.
Девушка, которая отказалась от того, чем больше всего гордилась, ради того, что было для неё самым дорогим.
Глаза девушки, полные отчаяния, ещё не были окрашены переулком. Её глаза, наполненные слёзами, смотрели не туда, куда смотрел он в своё время.
— Под землёй.
Старик, чьи глаза горели от ослепительного пламени перед ним, повернул голову, чтобы посмотреть на мальчика.
— Ты уходишь?
— Да.
Дети перед ним пытались сделать то, о чём он мечтал всю свою жизнь, но не смог.
Крыльями, ещё неокрепшими.
— Дети слишком докучают мне.
Старик был взрослым.
Были вещи, которые взрослые должны были делать для детей, не получая ничего взамен. Тем более, если это дети с потенциалом.
— Следуйте за мной.
Старик решил поднять голову и посмотреть на звёзды, только сегодня.
Это было то, чего он хотел всю свою жизнь, но так и не смог сделать.
※※※※
Поздно ночью. Глухой переулок, снаружи выглядевший тихим, но полный голодных глаз.
Там старый кузнец и невысокий мальчик толкали тележку.
— Как тяжело.
— Не ворчи, просто толкай телегу.
В переулке, где все затаили дыхание, единственным звуком был скрип повозки.
Место, к которому они направлялись, было одной из окраин Шоары. Это была свалка, переполненная городским мусором, и место, где селились лишь те, кто был на самом дне жизни задворок. Поэтому люди сюда забредали редко.
— Каждый раз, приходя сюда, я не могу к этому привыкнуть.
Даже в середину зимы можно было почувствовать зловоние.
«Если и здесь перекрыто...»
Это было последнее место.
Люди Однорукого Джека уже были расставлены по всем закоулкам. Было неизвестно, было ли это для того, чтобы поймать возможно выживших людей Хорхе, или для того, чтобы найти загадочного убийцу, но Однорукий Джек хотел запечатлеть всё, что пыталось ускользнуть от его глаз.
Поэтому старому кузнецу и Джемине не оставалось ничего другого, кроме как проделать весь этот путь сюда.
— Старик.
Однако, вопреки их надеждам, люди Джека уже были здесь.
— Что такое?
— Зачем ты пришёл сюда так поздно ночью?
— Не понимаешь, хотя и видишь своими глазами?
— ...Вывозишь мусор?
— В твои годы уже зрение подвело? На что это ещё похоже? Мерзавцы.
Старик пытался быть уверенным перед лицом ядовитых гиен.
— Но зачем выбрасывать сейчас?
Со старым кузнецом обращались хорошо, потому что он долгое время жил в глухом переулке, но теперь у людей Джека была цель.
— А сейчас и надо выбросить. Вы всё это время блокировали переулок, пока дрались! Кузница ломится от мусора, которые я не смог вынести!
— ...А кто это? — один из людей Джека кивнул и указал на мальчика рядом со стариком.
Потому что, насколько они знали, старый кузнец всегда работал в одиночку.
— Я стар, и сил не хватает, вот и нанял его за хлеб. Или вы давайте толкайте мне телегу!
— Погоди.
Насколько им было известно, старый кузнец всегда работал один.
— Не двигайся.
Мальчик, толкающий тележку, запаниковал, увидев приближающегося к нему мужчину.
— Стой спокойно. Сегодня вместо кулаков могут пойти лезвия.
— …
В конце концов грубая рука схватила и приподняла капюшон мальчика.
— Что вы делаете? Это чертовски раздражает, правда.
— ...Проходи.
Это был рыжеволосый мальчик.
Судя по грязным комочкам древесного угля на его лице, ему, должно быть, в кузнице пришлось несладко.
— Что вы ищете, сволочи?
— Светловолосого отпрыска Хорхе. Только его тела не нашли. И... тц, — человек, проводивший проверку, прищёлкнул языком и замолчал.
— И что? Если не скажешь, мы можем идти?
— Ещё кое-что.
Мужчина повернул голову и отдал кому-то приказ:
— Эй, чёрномазый. Проверь эту телегу.
Услышав его слова, трое затаивших дыхание сглотнули.
— Не поднимай пыль, делай это там.
— Да.
Джемина дрожащими глазами смотрела на мужчину, приближающегося к повозке.
Огромный мужчина в потрёпанной старой одежде. Его кожа была чёрной.
— Иди к нему.
— Твою же… — ворча дрожащим голосом, старик начал толкать телегу.
Хотя внешне он вёл себя спокойно, спина старика уже была мокрой от пота.
«Надо было пойти в другое место».
Но было слишком поздно сожалеть. Всё равно идти было больше некуда.
Они пришли с последней надеждой, но глаз Однорукого Джека был устремлён даже в самое грязное место города.
— Много навезли.
— Потому что за эти годы накопилось очень много, — ответил старик чёрнокожему мужчине удрученным голосом.
— Давайте... проверим.
В этот момент взгляды Джемины и тёмнокожего мужчины, собиравшегося обыскать телегу, встретились.
— …
— …!
Джемина быстро опустила голову, но ей показалось, что он узнал её. Ведь мужчина перед ней был тем, кто знал Джемину.
— Видимо, потому что мусор из кузницы, много пыли. Надо подвинуть подальше.
Тёмнокожий мужчина что-то пробормотал себе под нос и толкнул телегу вперёд.
Два человека тихо последовали за ним.
— Но почему ты подстриглась?
— …!
Когда люди вокруг него разошлись, мужчина заговорил с Джеминой безразличным голосом.
— О ч-чём ты? — ответила Джемина дрожащим голосом, но, чувствуя досаду от того, что он её узнал, она закусила губу.
— …
В тот же момент куча мусора в телеге начала незаметно осыпаться. Образуя щель, достаточную, чтобы из неё мог выглянуть меч.
— Возможно, из-за ровного среза теперь ты смотришься точь-в-точь как парень, — тёмнокожий мужчина говорил с Джеминой, но его глаза были устремлены на кого-то внутри мусорной кучи. — Потому тебя никто и не узнаёт.
Возможно, из-за того, что её толкал крупный мужчина, телега, привезённая стариком, без колебаний отъехала от людей Джека.
— Думаю, этого достаточно.
Уходя от проверявших его людей, темнокожий мужчина достал шампур.
Это был неприглядный ржавый шампур, но в глазах Джемины он выглядел острее любого другого знаменитого меча.
— Это моя работа.
Тык— И он безжалостно начал втыкать его в кучу мусора в телеге.
Когда мужчина начал ковырять в куче мусора шампуром, Джемина закрыла глаза, как будто ей было невыносимо смотреть на это. Не обращая внимания на неё, тёмнокожий мужчина продолжал втыкать шампур в кучу мусора на тележке.
— Я слышал, Хэвен спустил на воду лодку на реке.
— …
Ловко избегая места, где мог сидеть только один человек.
— Все люди Джека сейчас стеклись туда. Говорят, должна быть причина, по которой этот полудурок спустил лодку на реку.
— О ч-чём ты говоришь?
Джемина до конца делала вид, что ничего не понимает, но Влад, прятавшийся внутри телеги понимал, о чём говорил чернокожий мужчина.
— Просто чтобы ты знал. Ладно. Проходи.
— ...Спасибо, Отар.
Из повозки донесся тихий звук, но человек по имени Отар просто повернул голову, как будто не услышал его.
— Вперёд.
Как только было отдано распоряжение проезжать, старик и рыжеволосая девушка быстро вцепились в тележку и начали толкать её.
— Вот так я вернул 40 серебряных, которые задолжал мой брат, — бросил слова мимо проезжающей телеги чёрнокожий мужчина.
Цена жизни может быть заплачена только жизнью.
С последними словами человека, выплатившего долг, повозка снова тронулась. Со скрипом. По направлению к отверстию в городской стене, ведущему наружу.
По мере того, как дыра становилась всё ближе, печаль наполняла глаза девушки.
Теперь пришло время прощаться.
— Пока. Влад.
В направлении кучи мусора, что должна была быть под той дырой, старик и девушка толкали телегу вверх.
— Будь здоров.
Несмотря на то, что Джемина плакала, она думала о безопасности мальчика до последнего момента. Как только телега дошла до конца, девушка расплакалась.
— Ты обязательно придёшь ко мне?
Вместе со слёзами рыжеволосой девушки.
Под луной в ночном небе за стенами города падал мусор. Это были убогие вещи, о которых никто в городе не заботился. Но даже если никто не замечал, они несли в себе что-то сияющее.
— ...Хa-а.
С вершины горы мусора за стенами города мальчик смотрел в ночное небо. Его зрение затуманилось от слёз, но сверкающие точки в ночном небе всё ещё были видны.
Звёзды в ночном небе.
Но сегодня одна звезда сияла и на земле. Звезда, которую мальчик крепко держал в руках, была сделана из мечты старика и куплена слезами девушки.
— Я обязательно вернусь.
Пусть даже она и не в высоком-высоком ночном небе. Пусть даже если она застряла в канаве, где её никто не видит.
Если она сама хочет сиять. Если она всё ещё хранит в сердце свет.
Тогда она будет подобна звезде. Той, что сияет в груди мальчика.