Три дня спустя.

В лесу разносились крики «ухя» и «ува».

Несмотря на индивидуальные особенности, размерами псоглавцы уступали людям. В высоту они были где-то по грудь взрослому мужчине.

По размеру они были с ребёнка, но в силе и скорости превосходили людей. В бою один на один человек почти наверняка проиграет.

Ехать верхом на спине и плечах такого существа было неудобно.

Через лес не получится идти прямо.

И всё же они двигались быстрее лошадей. Прыгали вверх и приземлялись. Резко уходили то вправо, то влево.

Удобством тут и не пахло.

— Ва-ха-ха-ха-ха, — и только Хазама Сигеру радостно смеялся. — Как здорово.

Ему казалось, что он попал в парк аттракционов.

— Ничего в этом хорошего! — не согласилась с ним Ханун.

На первые переговоры отправились Хазама, девушки из деревни Линза, Ханун и Тоес и ещё двое, а ещё Тамал, которая занималась бухгалтерией и переговорами, итого семеро.

Хазама был нужен на всякий случай.

Базил мог остановить любого врага, и по приказу мужчины они могли избежать большей части опасностей.

К тому же их сопровождали пять десятков псоглавцев, которые несли багаж.

Их было больше, чем они изначально планировали, но это было связано с тем, что инфраструктура вокруг пещер улучшилась, а необходимость в физическом труде снизилась.

К тому же речь шла о сокращении расходов еды.

Когда солнце село, они разожгли костры и стали готовить лагерь, кроме Хазамы все тяжело дышали.

По пути они хотели сменить псоглавцев, чтобы дать им отдохнуть, только похоже истощалось всё, кроме физических сил. Даже не особо выражавшая эмоции Тамал была бледной как лист бумаги.

— Если не есть, сил не останется.

Базил поднял опустившуюся голову змеи, а потом снова ударил об землю, а Хазама в ответ услышал лишь стоны.

— Хазама, сколько же в тебе сил, — выдавила Линза.

— Меня никогда не укачивало в транспорте, — говоря это, Хазама выпускал змее кишки, распорол тело и поместил на огонь, насадив на ветку, и стал жарить.

— Эй, собачья голова... М. Похоже завтра мы будем на месте.

Благодаря драгоценному камню Элсим Хазама мог изъясняться с псоглавцами.

Монстры могли понимать и других, кроме эльфийки и мужчины, но интеллекта им не хватало, потому на сложные темы с ними не поговорить.

В любом случае простые приказы они понимали.

Что-то абстрактное они понять не могли. Они воровали, но о том, чтобы продать добычу и заработать, даже не думали. Им был просто не понятен принцип торговли.

— Должно было уйти пять-шесть дней, но в итоге управимся за два. Быстро же.

Хазама думал, что если переговоры с деревнями пройдут успешно, псоглавцев можно будет использовать как курьеров.

Спрос был неизвестен, но в случае чего это могло стать источником постоянных доходов. По возвращении стоит посовещаться по этому поводу с Элсим.

— Это хорошо, но не забывай о награде в случае успеха, — напомнила бледная Тамал Хазаме.

— Да. Шариковая ручка.

В этом мире таких не было, а девушка хотела удобный инструмент для того, чтобы вести записи.

Хазама не был одержим вещами, потому готов был отдать её, но решил всё же мотивировать Тамал.

До деревни они добрались к полуночи следующего дня.

— Что делать будем? Огней не видать, может нормально поговорим с ними завтра с утра?

— Не шути так! — сразу же отвергла предложения Хазамы дочь старосты Ханун. — Мы уже так далеко забрались. Вот они, наши дома!

— Ладно, ладно, — мужчина согласно кивнул. — Так, Ханун. Иди домой, вкратце расскажи обо всём и приведи старосту. Если староста послушает, можешь оставаться.

— Хорошо! — не дослушав Хазаму, девушка сразу же побежала.

— Так, — мужчина достал из багажа сумки с деньгами и раздал девушкам. — Вы тоже расходитесь. Всё как говорил. Буду молиться, что вы не вернётесь.

Девушки с тяжёлыми сумками слегка поклонились и растворились во тьме.

— Что же будет? — тихо спросила оставшаяся Тамал.

— На многое я не рассчитываю. Но надеюсь, всё пройдёт так, как рассчитывала Ханун, — довольно спокойно ответил Хазама.

Жители пришли к Хазаме достаточно быстро.

— Вот оно как, — мужчина пожал плечами.

В руках у них было оружие и орудия труда, настроены они были явно не дружелюбно. Невооружённый человек поднял факел.

— Это ты Хазама? — с расстояния крикнул пожилой и крепкий мужчина.

— Да, верно.

— Ради всего святого! Зачем псоглавцы окружили деревню?!

— Они просто перевозчики. Теперь они ведут себя спокойно.

«Ува... Как бы до драки не дошло», — думал Хазама.

— К тому же мы привели твою дочь.

— Замолчи! Ты обманул мою дочь! На самом деле это ведь ты с самого начала использовал псоглавцев!

— Я бы не стал тратить на это столько времени и сил.

— Моя дочь сказала, что тебе нужна наша еда!

— Я хочу купить ваши излишки! И я заплачу за них! Я никого не заставляю!

Хазама думал: «Эх, достало». Ладно его неправильно поняли, но эти бесполезные разговоры раздражали.

Он уже начал думать, что стоило бы использовать Базила или псоглавцев и просто похитить всё нужное.

— Тихо! Ни один человек не может подчинить псоглавцев! — прокричал староста, а несколько жителей внезапно застыли.

А потом упали на землю.

У многих были луки и арбалеты.

— Ч-что?.. — староста не договорил «происходит».

Он не мог посмотреть на тех, с кем случилось что-то странное.

— Эх, врага из меня сделать захотели? — Хазама медленно подошёл к застывшему старосте.

Среди неподвижных жителей слышались тревожные голоса.

— Так. Всем тихо. Если попытаетесь напасть на меня, не сможете двигаться, — громко объяснил Хазама. — В лесу ждут пять десятков псоглавцев, и по моему сигналу они всех вас перебьют. Эх, Тамал. Достало меня это, проведи переговоры ты.

— Да, — стоявшая позади девушка вышла вперёд и стала зачитывать заготовленную заранее речь. — Наше единственное условие — осуществлять честные торговые сделки с жителями деревни. Прежде всего нам нужна еда. Ещё нам нужна одежда, вещи первой необходимости и инструменты. Мы очень будем рады получить инструменты для кузнечного дела. Если у вас имеются вышеназванные вещи, мы готовы купить их по разумной цене.

Девушка закончила читать, и не застывшие жители стали переглядываться и перешёптываться.

— Э-это... — один из жителей неуверенно поднял руку.

— Что? — кивнула спокойная Тамал.

— Вы... Правда не пришли разграбить нас?

— А стали бы грабители возвращать похищенных псоглавцами девушек? Думаете, у вас был бы шанс, если бы мы напали не предупреждая? Чтобы переговорить было проще, мы даже отпустили дочь старосты, — Тамал показательно вздохнула.

— Хватит, надоело уже, — разочарованный Хазама поманил одного псоглавца с багажом.

Видя тихо подходящего монстра, люди зашептались, но, не боясь его, Хазама обернулся и подошёл к псоглавцу, залез в сумку и бросил содержимое за землю.

Звеня посыпались золотые и серебряные монеты.

Жители задержали дыхание.

Они столько за всю жизнь не видели.

— Если хотите поторговаться с нами, приходите завтра. Тамал оценит товар и выкупит его.

На следующий день пришли Линза, мужчина средних лет и старик.

— Ты хочешь нанять Линзу?

Выходило, что мужчина средних лет был отцом девушки.

— Да. Ей ведь будет непросто в этой деревне. Тебя устраивают деньги, которые тебе принесли.

— Нет, их даже слишком много, — на лице мужчины была озадаченность. — Этот человек — нотариус. Я не умею читать, потому он проверит договор.

— Я проверю, чтобы договор был справедливым без подводных камней, — сказал Хазаме старик.

— Его составит Тамал. Я тоже читать не умею.

— О, какая молодая.

— И уже самостоятельный торговец, — Тамал поклонилась старику.

— Конечно же мы можем использовать магию договора.

— Меня устраивает, — старик кивнул.

— Магия договора?

— Это магия, которая не позволяет одной из сторон нарушить условия соглашения, — Тамал дала простое объяснение на вопрос Хазамы.

— А если нарушить?

— Будет очень нехорошо. В худшем случае умрёшь.

Лицо Хазамы искривилось.

— Что ж, господин нотариус. Если ни у кого нет возражений, давайте заключим магический договор.

— Подождите! — девушку прервал мужчина средних лет.

— Что?

— На самом деле я хотел кое-что обсудить.

— Продать себя?..

Отец Линзы, Хайхаз сказал то, чего Тамал услышать не ожидала.

— Если я получу деньги за двоих, то сразу же смогу вернуть все долги. К тому же я не хочу расставаться с Линзой и оставаться в деревне, — говоря это, Хайхаз показал Тамал документы.

— И правда долг не погасить лишь деньгами, которые он получит за Линзу.

«Что делать?» — девушка просила, чтобы Хазама решил.

Мужчина задумался.

— Возможно ты слышал от дочери, что жизнь у нас будет непростая. Сейчас мы стараемся скупить еду, чтобы не умереть с голоду, но у нас нет никаких гарантий на будущее, — он рассказал о рисках.

— Дочь мне говорила, — Хайхаз кивнул. — И всё же меня устраивает это. Потому прошу.

— Раз ты так просишь, — со смешанными чувствами Хазама попросил Тамал подготовить новый договор.

Мужские руки для них будут очень полезны. Вот только число голодных ртов увеличивалось...

Тамал обсудила сумму, подготовила договор и передала деньги семье.

— Мы собираемся уехать либо сегодня вечером, либо завтра с утра, разберитесь со всем до этого времени. Магический договор заключим тоже перед отъездом.

Выслушав Тамал, Линза с отцом и нотариус ушли.

— Нормально ли это?

— Рассматривай это как трудовой договор или ученичество. Три года. В случае необходимости его можно будет продлить или расторгнуть.

— Ничего себе... Что за договор такой?

— А?!

Хазама спросил, а Тамал удивилась:

— А Линза не говорила?

— Вроде в детали она не вдавалась.

Они немного поговорили об этом, но мужчина не стал вдаваться в детали.

— Это договор на личное использование. Другие заключают договоры на выполнение работы, но она сама захотела. Я думала, ты знаешь.

***

— Купите это? — мужчина принёс ржавые инструменты.

— Если починить, использовать можно. Но много денег оно не стоит.

— Моя старая одежда подойдёт? — кто-то принёс охапку вещей.

— Конечно же. Даже если нельзя носить, мы купим её в качестве ткани.

— У меня остались гвозди, — человек принёс деревянный ящик.

— Немного ржавые. Но их так много...

Что бы ни приносили, Тамал старалась разобраться поскорее.

Цена была уместной и никто не возражал.

Купленные вещи упаковывали и отправляли с псоглавцами. Убрать в коробку, завязать верёвкой, замотать в ткань, работы хватало.

— А мы точно за едой приехали? — спросил Хазама, когда поток клиентов прекратился.

Им продали несколько мешков пшеницы, но большинство пришли избавиться от мусора.

Хотя им в пещерах всё может понадобиться, потому против покупки он не возражал.

— Всё только начинается. Мы доказали, что нам можно доверять как деловым партнёрам. И у нас есть средства, чтобы купить всё необходимое.

Кровь торговки заставила Тамал улыбнуться.

Ближе к полудню Тоес и другие принесли тяжёлые поклажи. Они попрощались с семьями и оставили деньги.

— Как и предполагалось, — Тоес говорила о дочерях фермеров. — Им не нужны осквернённые дочери. Их не волнуют факты, им не нужны похищенные девушки... На лицах было написано, что им не нужны проблемы. Нам больше нет места в этой деревне.

Тамал заключила магию договора со всеми вернувшимися девушками.

После этого они стали помогать упаковывать покупки.

Вечером вернулись Линза и Хайхаз. Они взяли с собой много всего. И их сопровождал старый нотариус.

— Я разобрался с долгами, — сказал мужчина Хазаме. — Больше мне нечего делать в этой деревне. Давай заключим договор.

Чтобы заключить договор с ними обоими ушло немного больше времени. В отличие от других девушек, магию применили и на Хазаме тоже.

— Не о чем переживать, молодой человек, — обратился к мужчине старый нотариус. — Раз уж решились, нечего переживать.

Выглядело так, будто получилось избавиться от препятствия или же ему лишь показалось?

Через какое-то время поток клиентов прекратился, и к ним пришла девушка с припухшим лицом.

— Идёмте, — это была Ханун. — Отец зовёт.

Старик нотариус, Хазама и Тамал отправились с Ханун домой к старосте.

— Предыдущий был хорошим человеком, — по пути нотариус старался вести беседу. — Нынешний староста слишком уж резок.

Старостой был землевладелец. Похоже он был суров к фермерам на своей земле.

Его дочь Ханун никак не отреагировала на слова старика и продолжила вести их.

— Прибыл, укротитель зверей!

Их встретили у ворот и отвели в особняк.

Здание выглядело простым и прочным. Они вошли через комнату с высоким потолком.

— Нас пригласили, потому что хотят нам что-то продать? — Хазама хотел сразу же приступить к делу.

— Начинаешь вести дела, не поприветствовав, нахал!

— Я же чужеземец, уж простите за грубость.

Хазама слегка поклонился, а сам думал, как его это достало.

— Вечером мы собираемся покинуть деревню. Сообщите, если у вас к нам дело, — понимая недовольство Хазамы, вместо него заговорила Тамал.

— Понятно. Мы хотим продать вам излишки пшеницы. Мешок за две золотые монеты.

— За две золотые? Я полагаю, что качества пшеницы великолепное? Мы обсудим цену после того, как товар будет проверен.

— Замолчите и просто покупайте! Я знаю, что золота у вас хватает! — внезапно староста ударил по столу и потянулся через него.

— Чушь какая-то, — Хазама поднялся. — Мы уходим. Похоже староста не хочет заключать с нами соглашение.

Так они не справятся с нехваткой еды, но это было ожидаемо.

— Хи-хи. Думаете, у вас всё будет идти хорошо?

Хазама собирался уходить, а староста оставался таким же самоуверенным.

— Сопляк! Думаешь, у тебя одного здесь есть рычаги влияния? Посмотрим, что будет с твоими товарищами! Хи-хи. Я уже в предвкушении!

— ... А? — после недолгого раздумья выдал озадаченный Хазама.

Что несёт этот старик?

— Разделяй и властвуй. Они возьмут остальных в заложники и будут угрожать, — прошептала на ухо Тамал, а Хазама рассмеялся.

Староста удивлённо смотрел на него.

— Эх, вот ведь! А я ещё старался никого не убить. Вот же дурак, — непривычно закричал Хазама. — Эй, старик. Я ненавижу тех, кто не ценит жизнь других, больше всего! Не знаю, скольких ты людей отправил... Но с ними сейчас точно не всё в порядке!

Линзу и остальных защищали три десятка оставшихся псоглавцев. Они прятались в лесу, чтобы люди не переживали, и жители не знали, сколько их там.

Учитывая всех людей, собравшихся прошлым вечером, сил у них не хватит, чтобы одолеть тридцать псоглавцев.

— ... С-староста! — в комнату ворвался взволнованный молодой мужчина.

— Зехас... Санмо... И Л-Лайос...

— Что случилось, Дамон?

Наблюдая за Хазамой и остальными, староста всё же приказал мужчине отвечать.

— Это... Всех троих ранили. В лесу прячется целая толпа псоглавцев!

— То есть, — Хазама прищурился. — Вы по приказу старосты напали на моих людей? Не деревня, а разбойники.

— Потом обсудим! — напряжённый староста поднялся. — Ничего нельзя утверждать, пока мы сами не увидели!

— Мы тоже хотели бы присоединиться.

Хазама дал сигнал остальным, и они собрались уходить.

Староста, Хазама и остальные прибыли на окраину деревни.

Противостояние между жителями деревни и псоглавцами продолжалось.

Трое местных держались за руки и животы, и двое монстров лежали со стрелой в голове и шее.

— Вот так заваруха, — выдал Хазама.

— Эй, ты! — молодой парень с арбалетом закричал на Хазаму, но увидел старосту и сразу же притих.

— Они внезапно напали на нас! — из-за спин псоглавцев донёсся голос Линзы. — Почему... Мы же жители одной деревни!

— Вот что говорят мои люди, — спокойно Хазама обратился к старосте.

— Трое моих людей тоже пострадали, — точно выплюнул слова староста. — Значит мы в расчёте.

— В расчёте?! В расчёте, говоришь! — голос Хазамы стал громче. — Что за потворство по отношению к шайке разбойников? У нас двое погибших!

— По закону все действия против разбойников считаются самообороной, — холодно сообщила Тамал. — Мы не несём за это никакой ответственности.

— Таковы законы, — старый нотариус подтвердил её слова.

— Какой позор! Жители деревни ведут себя как разбойники.

— То есть вы преступники, убившие двух моих подчинённых, — Хазама холодно констатировал факт.

— Подчинённых?! Да это же звери! — гневно заревел староста.

— Даже если так, они мои милые питомцы, — несмотря на крик, Хазама не утратил хладнокровия.

— Я приказал защищать их, если что-то попробует навредить моим людям. Да уж, повезло.

— Повезло? С чем повезло?!

— Да. Вам повезло. Если бы я приказал убивать врагов, в деревне бы уже никто не выжил.

Хазама не ожидал, что жители деревни нападут в открытую. Всё же мужчина не думал, что они вообще не понимали, в какой ситуации оказались.

— Нотариус. Как нам стоит поступить в данном случае?

— Так, законная процедура очень затратная по времени и силам. Потому проще оставить это. До замка лорда добираться около месяца.

— И что будет, если я всё же обращусь к нему?

— После суровых допросов вся правда всплывёт наружу... Староста будет признан подорвавшим доверие, а всех жителей могут вызвать к правителю. Даже если нет, аристократы жадны. Правитель воспользуется возможностью, чтобы увеличить здесь своё влияние.

— А потом?

Старик продолжил:

— Когда слухи расползутся, ни один торговец сюда не придёт. Никто не сможет торговать с деревней, если неизвестно, когда её жители могут на тебя напасть.

— Вот оно как, староста. И во сколько нам обойдутся мёртвые псоглавцы?

Два псоглавца стоили двадцать мешков пшеницы.

Когда переговоры начались, жители стали окружать это место, им было интересно, что здесь происходит.

Все слушали суть переговоров Тамал и старосты, а нотариус стал объяснять, что случилось.

Жители деревни узнали, что именно здесь произошло.

Раненых унесли их товарищи.

Покрасневший староста же молча принимал все условия Тамал.

Девушка составила документ, а нотариус проверил содержимое, и они подписали договор.

Подчинённый старосты проводил Хазаму до склада, и они погрузили на псоглавцев мешки с пшеницей. Нагруженные звери исчезли в лесу.

— Я ведь тебе говорила! Они не плохие! — кричала Ханун, когда Хазама собрался покидать деревню. — Меня похитили, а он меня спас. Я думала, что мы наконец вернёмся в деревню, а на нас нападают! Ненавижу! И эту деревню, и тебя, отец! — Линза и Тоес пытались успокоить Ханун, но девушка продолжала кричать на старосту. — Говоришь, что я грязная, но грязный здесь именно ты!

Староста слушал слова дочери.

— Хватит с меня! Я тоже уходу из деревни! Тамал! Если заключу договор, я смогу вернуться в пещеру?!

— Наверное, — озадаченная Тамал посмотрела на Хазаму.

— Может стоит немного успокоиться и обдумать всё, Ханун? — вздыхая, сказал мужчина. — Жизнь в пещере будет небогатой и трудной. У нас там много неудобств, а в деревне намного легче.

— Я так не хочу! Тамал! Выкупите меня на тех же условиях, как Тоес и остальных!

— Д-да.

Проследив за взглядом Тамал, Хазама обречённо покачал головой.

— Хорошо, — девушка составила документы, и они заключили договор.

Из деревянной коробки они достали деньги и передали Ханун.

Девушка швырнула их старосте.

Попав в него, монеты разлетелись по земле.

— Торговлю в этой деревне мы закончили?

— Да. На этом всё.

Услышав это, Хазама поблагодарил нотариуса:

— Спасибо за помощь.

— Уже уходите? А не поздновато?

— Да. Но мы... И ночью в лесу справимся.

— И хотите поскорее покинуть эту деревню.

— Ха-ха. Если ещё что-то понадобится, полагаюсь на тебя.

— Ещё что-то?..

— Ещё пару раз мы вернёмся. У нас в пещере ещё несколько человек сейчас восстанавливаются.

— Вот как? Надеюсь, в следующий раз торговля пойдёт лучше.

— И не говори.

И вот они покинули деревню.

На приличном расстоянии от деревни они сделали привал.

Большая часть псоглавцев несла багаж, потому некому было чередоваться, неся людей.

Потому они не собирались гнать назад, а останавливались, чтобы отдохнуть.

Они развели костры и обустроили лагерь, а Хазама, как и обещал, отдал Тамал ручку.

Сказав «я буду заботиться о ней», девушка обращалась с ней бережно.

Раньше он объяснил принцип работы ручки. Девушка думала, что возможно сможет создать копию, но даже если она могла что-то сделать с механизмом, к сожалению, с чернилами всё оказалось сложнее.

— Как торговец я приобрела много опыта, — девушка была довольна результатами.

— Только еды меньше, чем ожидали.

Хазама посмотрел на мрачную Ханун.

Его больше интересовали отношения старосты и девушки, чем детали сделки.

— Ну, это её проблемы, — сказала Тамал и пожала плечами.

— Точно, тут мы ничем помочь не можем.

Устав плакать, Ханун заснула, прислонившись спиной к дереву.

На следующий день из пещеры вернулись псоглавцы уже без груза и присоединились к Хазаме и остальным.

В итоге они вернулись до заката.

Вокруг пещеры всё начало меняться.

Число строений увеличилось.

Бревенчатые домишки нельзя было назвать профессионально построенными домами.

— Оно и понятно. Мы просто плющом деревья связали, — их приветствовала Элсим, которая зачем-то с гордостью выставила плоскую грудь.

Видать ей понравилась его одежда, она всё ещё была в одной рубашке.

— Если срубленные деревья не сушить хотя бы полгода, их как стройматериалы не использовать. К тому же плотников у нас нет.

В качестве основы они использовали толстые брёвна, а ветками и деревьями заделали стены и крышу.

Строения были простыми, но защищали от дождя и внутри были даже удобнее, чем казалось на первый взгляд.

Люди вокруг работали как и полагалось.

Всего за несколько дней к ним вернулась сила, и теперь место напоминало настоящее поселение.

Вернувшаяся немного раньше Фанталь обхватила руку Хазамы ещё до того, как они поздоровались.

Она пыталась его повалить, а мужчина вырывался.

— Давай потом, — обеими руками он отстранялся от тела Фанталь. — Для начала... Обменяемся информацией.

Хазама, Элсим, Фанталь и Тамал сели вокруг костра.

Девушки, сопровождавшие Хазаму, устали и уж пошли отдыхать.

Тамал тоже устала, но никто лучше неё не мог отчитаться о результатах торговли.

Первой о своих достижениях рассказала Фанталь:

— Они оказались на удивление щедрыми, — сообщила она. — Видать решили купить расположение Хазамы.

Она привезла восемьдесят мешков пшеницы.

Ещё женщина привезла старую женскую одежду и кухонную утварь.

— У меня вопрос, — Хазама поднял руку.

— Не слишком ли это щедро?

— Нет, не о том. Зачем наёмникам женская одежда?

— Она тех, кто утешает наёмников, — равнодушно объяснила Фанталь.

В этом мире выживали сильнейшие.

Из-за голода или долгов приходится себя продавать и человек становится лишь товаром. Если похищали высокопоставленного человека, его могли выкупить за огромную сумму, в ином случае такой человек становился рабочей силой.

— Вот как. Жизнь в этом мире стоит не так уж много, — с каким-то убеждением сказал Хазама.

Возможно и действия псоглавцев в этой пещере не считались чем-то действительно жестоким.

— Еды получилось достать меньше, чем мы рассчитывали, — Тамал передала Элсим информацию по сделкам. — К тому же людей стало на одного больше.

— Вот как, — Элсим кивнула. — Не ожидала, но да ладно.

— Эй, эй, — Хазама хотел что-то сказать. — Не холодно ли это с твоей стороны при том, что мы живыми вернулись.

— Жители не очень рады видеть людей, осквернённых представителями другой расы.

Если тебя похитили, не важно, что случилось после этого. Вот что хотела сказать Элсим.

— Какая-то дискриминация, — пробубнил Хазама. — Тогда может стоит считать, что людей меньше не станет?

— По крайней мере, вернуться назад будет сложно, — ответила Хазаме эльфийка. — Кого-то может семьи и примут, но стоит считать, что большую часть вернут сюда.

— Если надо сократить население, можно продать здоровых в другое место, — предложила Фанталь. — К счастью женщины везде нужны.

— Это если они захотят, — с горечью Хазама кивнул.

Пусть и как рабы, уж лучше они будут жить в населённом пункте, чем в лесу.

— Позже подумаем над этим. Элсим, что с едой?..

— Если ртов не прибавится, то на два-три месяца хватит, — сразу же ответила она. — Или даже дольше.

— А потом голодная смерть.

— Так что ты будешь делать?

— Как что, буду и дальше ездить по деревням с людьми. Пока у нас есть еда, потому лучше не торопиться.

— А если всё это окажется бесполезным?

— Пока не попробуем, не узнаем. К тому же сознание человека меняется, когда он понимает, что возвращаться ему больше некуда.

— Забавный же у тебя ход мыслей, — Элсим улыбнулась.

— У тебя есть и сокровища, и женщины, а тебя ещё что-то не устраивает.

— Просто там, откуда я пришёл, людьми не торгуют, — Хазаме было совсем не весело. — К такому быстро не привыкнешь. Тут вообще нет понятия прав человека.

Детальный разговор они решили перенести на утро, а пока разошлись.

После Хазама сразу же направился к воде. Он привык каждый день смывать с себя пот, потому очень хотел помыться.

Уже стемнело, и никого вокруг не было.

Он быстро разделся, запрыгнул в воду и стал обтирать тело руками. Мужчина чесал пальцами волосы.

Ему хотелось мыло или шампунь, но в этом мире их не было.

О мыле он знал, что в качестве сырья используется масло, но не знал, что с ним делать.

Оставалось лишь тщательно мыться водой.

Когда он выходил, ему бросила сухую ткань Фанталь.

Похоже для того, чтобы вытерся.

— Где спать собираешься?

— Снова в пещере наверное.

Кроме псоглавцев тут было много женщин.

Хазама не мог надеяться, что сможет поспать в какой-нибудь избушке.

— В пещере не получится. Там теперь логово полукровок.

Фанталь говорила о родившихся полукровках, которых отобрали у матерей и оставили в пещере. Им каждый день оставляли там еду.

— А это ничего? Может стоит начать их обучать?

— Для этого им надо ещё немного подрасти.

Псоглавцы были не особо умны, и особенно это относилось к их молодёжи.

— Вот как, — Хазама ничего об этом не знал, потому ему оставалось лишь согласиться.

— Если тебе негде спасть, может пойдёшь со мной, — Фанталь улыбнулась ему. — Я обеспечу тебя ночлегом.

— Ага. После того, как мы продолжим, на чём остановились.

Той ночью Хазама овладел женщиной. Нет, она овладела им.

— Как-то обычно получилось, — после всего Фанталь оценила Хазаму.

Мужчина не был бабником и опытным любовником, потому у женщины было в сто раз больше опыта.

С другой стороны.

— Как сжимала... — сказал впечатлённый Хазама.

На следующее утро, когда мужчина проснулся, к нему подошла Линза:

— Ты где был?! — с упрёком спросила она.

— Ну, я провёл ночь с Фанталь.

— Меня не волнует, с кем ты был, просто помни, где мы находимся. Тебя Элсим звала!

Линза подтолкнула его в спину, и они направились к Элсим.

Там мужчине дали свежеиспечённый хлеб. Его готовили несколько раз в день.

Иначе он бы быстро стал твёрдым.

Из всех продуктов Хазаме он скорее напоминал лаваш.

Он успел съесть несколько булок из корзины.

— И что теперь делать? — начала разговор Элсим.

Она была куда осведомлённее и опытнее, и всё же почему-то спрашивала мнения Хазамы.

— Вчера ведь говорили: подождём пока поправятся женщины, и вернём их домой. Хоть мы и достали немного еды, в целом ничего не меняется. Сократить численность не выходит, будем думать о создании торговых маршрутов, — ответил Хазама.

— Поддерживаю, — согласилась Тамал. — Пока наше положение очень шаткое.

На переговорах кое-что случилось, и они потратили не так много денег.

— Просто думаю, рано или поздно нам придётся подумать, как нам заработать.

Это была точка зрения финансиста.

— Деньги? Если тратишь, их становится меньше.

Элсим почесала голову.

— Многим для восстановления нужно время, стоит ли готовиться к долгосрочной программе?

Спасать тех, кого можно спасти. На одном этом принципе далеко не уедешь.

— Это, по поводу возможности заработать, — пока добирался до деревни, Хазаме кое-что пришло в голову. — Чтобы перебраться через лес, у людей уходит слишком много времени. А благодаря псоглавцам время можно вдвое сократить. Можно же на этом заработать?

— Перевозки? — Тамал сразу же поняла, о чём он.

— Может получиться, но есть сложности.

Соседние деревни — это поселения первопроходцев, многого у них нет.

Потому...

— Им особо нечего покупать и продавать.

— Почти всё идёт из деревень, которые сами себя могут обеспечить.

Для товаров, которых немного не хватает, достаточно регулярно приходящих торговцев.

— То есть имеются товары, которые регулярно ходят в деревнях? — Элсим тоже проявила интерес.

— Ты что-то придумала?

— Я тут кое-что готовила последние несколько дней, — Элсим поднялась и взяла что-то плоское в руки.

— Это... Бумага?

Она была толще той бумаги, которую знал Хазама, и была не белой, но это точно была бумага.

Измельчить дерево, замочить и высушить... И вот что получается.

Похоже все эльфы знали о таком.

Вот это да! — глаза Тамал засияли. — Легче пергамента!

До этого девушка использовала пергамент, когда они делили добычу с наёмниками.

Такую бумагу можно было продавать не только в деревнях, но и в городах.