Честно говоря, если бы он дрессировал в этой комнате зверя с кнутом, меня бы это даже не удивило. Поэтому, оказавшись в захламлённом помещении, напоминающем рабочий кабинет, я спокойно огляделся. Внутренняя отделка стен и тёмно-красный ковёр выглядели роскошно, но картину портила простая офисная мебель и диван, не вписывающиеся в интерьер. Сама комната была явно слишком большой для одного человека, однако каждая доступная поверхность, начиная от столов и шкафов, и заканчивая полом, была завалена стопками книг и толстыми папками.

Я закрыл дверь и остановился, когда взглянул на Сумасшедшего, сидящего за большим письменным столом. Он был в очках, а его глаза метались туда-сюда между двумя экранами и беспорядочно раскиданными на столе бумагами. Непроницаемое лицо за тонкой оправой, казалось, принадлежало совершенно другому человеку.

— Присаживайся.

Услышав его приказ, я не мог не нахмуриться. Куда мне присаживаться, если единственный в комнате диван завален кипами бумаг и каким-то хламом? Я взглянул на хозяина кабинета, который был поглощён работой и совершенно не обращал на меня внимания, а затем на диван и, грубо отодвинув бумаги в сторону, сел.

Для меня всё происходящее оказалось немного неожиданным. Я думал, что он будет развлекаться, медленно потягивая алкоголь, и раздражать меня. В худшем случае готовился к тому, что снова получу пару ударов в лицо. Но в конце концов… Это что ещё за напряжённая рабочая атмосфера? Покосившись на стопку документов, половина из которых была на английском языке, я поинтересовался:

— Кто ты такой?

Исходя из разговора с руководителем Паком было очевидно, что он не один из артистов компании.

На вопрос, который мне следовало задать ещё в нашу первую встречу, он ответил, даже не поднимая головы:

— Акционер.

Я не сразу понял значение слова, вылетевшего из его рта, поскольку ожидал, что этот парень не станет так просто отвечать мне и снова отшутится. К счастью, он быстро пояснил:

— Если точнее – один из основных акционеров.

Но где? Хотя можно не уточнять. Вероятно, в «Dream». Однако мне не совсем ясно, на какой позиции в компании находятся акционеры. Просто владея определённым количеством акций, он имеет достаточную власть, чтобы заставлять актёров склонять головы перед ним и делать сотрудникам выговоры… Если подумать, в нашу первую встречу на крыше он решил, что я подошёл попросить сигарету, чтобы соблазнить его. Но неужели акционеры обладают таким влиянием? Я немного сомневался, но всё же допускал, что это может быть правдой, поэтому перешёл к следующему вопросу:

— Как тебя зовут?

На этих словах он впервые поднял голову. После чего снял очки и молча уставился на меня. На его лице снова возникла эта неповторимая улыбка.

— Если хочешь узнать чьё-то имя, то следует для начала представиться самому. Или тебя устраивает Ли Бэквон?

— ...Ли Юхан.

Я ожидал, что он удивится, поскольку моё имя было похоже на псевдоним Мёншина, однако это не вызвало у него какой-то особой реакции. Сумасшедший надел свои очки и представился:

— Джей.

Что? Неосознанно нахмурившись, я уставился на него. Между тем его внимание снова переключилось на монитор. Но разве Джей – это не английское имя? Он ведь не сказал, что его фамилия «Дже», а имя «И»? Теперь я чувствовал себя опустошённым. Мне казалось, если выяснить его имя, то получится узнать о нём больше. Но теперь я только сильнее запутался.

Я отвернулся от него и откинулся на спинку дивана. Затем мой лениво блуждающий взгляд остановился на телевизоре, установленном на противоположной стене. Он явно выбивался из этой офисной обстановки. Хмуро вперившись в чёрный экран, я начал считать про себя. Когда отсчёт дошёл до девяти и я уже решил встать, что-то маленькое вдруг упало передо мной на стол. Это была USB-флэшка.

— Включи и посмотри, — приказал он и снова вернулся к своей работе.

По какой-то причине у меня возникло ощущение, что мне не стоит его беспокоить, поэтому я без лишних слов включил телевизор. Но что же удержало меня от того, чтобы сразу развернуться и уйти? Простое любопытство. Кабинет, скрытый в самой отдалённой части этого роскошного заведения, лицо за оправой очков, лишённое улыбки, когда он погружён в работу, и даже его имя – всё это оказалось для меня неожиданностью. Я вставил флэшку в разъём на телевизоре, и в следующий момент на экране появилась заставка.

***

Пять короткометражных фильмов продолжительностью около двадцати пяти минут каждый. Когда последний фильм подошёл к концу и появились финальные титры, за моей спиной вдруг прозвучал вопрос:

— Как тебе?

Я, полностью сосредоточенный на экране, вздрогнул от неожиданности и обернулся на голос. Не знаю, когда Сумасшедший умудрился так тихо подобраться, однако он стоял, прислонившись к стене позади меня и скрестив руки. Разгневавшись на себя за то, что не заметил его приближения, я грубо переспросил:

— Что именно?

— Фильмы.

Как человек, который ничего не смыслит в кино, я не понимал, что именно он хочет от меня услышать. И Сумасшедший, уловив мою озадаченность, изменил вопрос:

— Какой из них тебе понравился больше всего?

Я задумался. Честно говоря, они все оказались скучными. В них не было ничего увлекательного или интересного – обычные моменты из повседневной жизни, запечатлённые объективом камеры. А некоторые и вовсе показались бессмысленными. И тем не менее кое-что мне запомнилось.

— Первый и четвёртый.

В ответ он медленно приподнял один уголок губ. Его улыбка выглядела искренней, без тени насмешки, что, разумеется, только сильнее раздражало меня.

— Удивительно. Как ты узнал?

Что?

Я вопросительно посмотрел на него, и тогда он объяснил:

— Оба этих фильма снял один режиссёр.

И что? Я потратил два часа на просмотр скучных короткометражек, чтобы угадать, какие из них снял один режиссёр? Недоумевая, какого чёрта вообще здесь делаю, я начал подниматься с места, как снова раздался его расслабленный голос:

— Видишь ли, я должен выбрать фильм, в который можно вложить деньги. Начинающий режиссёр – это, конечно, большой риск, но, если сделать правильный выбор, отдача от инвестиций будет очень высокой. Нужно также учесть вкусы простых обывателей, вроде тебя.

Он лениво потёр шею одной рукой.

— Это часть моей работы – выбирать фильмы для инвестирования, собирать деньги и получать прибыль.

— …

— Ещё вопросы?

Я подозрительно уставился на него, не понимая, почему он так любезно мне всё объясняет. Что ж, если он в таком хорошем расположении духа, то почему бы не воспользоваться этим.

— Это заведение принадлежит тебе?

— Нет.

Тогда как он может использовать этот кабинет, не являясь владельцем? Словно прочитав этот вопрос на моём лице, он вновь улыбнулся.

— Но я владею его долей.

Этот парень вкладывает свои деньги то туда, то сюда...

— Кроме того, это место очень полезно. Ещё какие-нибудь вопросы?

— Зачем ты привёл меня сюда? Явно ведь не для того, чтобы кино смотреть?

— Почему нет? Как ещё я могу использовать такого бесполезного человека?

— ...

— Хотя ты прав, есть и другая причина.

— Какая?

— А чего ты ожидал?

Он убрал руку с шеи и поднял голову. Прищуренные в улыбке глаза встретились с моими, но в них не было и намёка на искренность. Потому я и не мог принять его слова за шутку.

— Неужто вообразил, что я внезапно наброшусь на тебя? Вставлю член внутрь и начну вбиваться?

Проклятый ублюдок, что он, блять, несёт?

Я признаю, что этот парень сильнее меня, но мне слишком сложно сдерживать свою злость. Поэтому, вместо того чтобы пропустить его слова мимо ушей, я поддался на провокацию.

— Верно, как ты догадался? Я именно это и представлял, — мои губы растянулись в улыбке. — То, как вхожу в тебя и трахаю.

Я опустил глаза и демонстративно осмотрел его тело снизу вверх. Чёрные брюки, подчёркивающие его ноги, такого же цвета ремень и аккуратно заправленная рубашка, обтягивающая плоский живот. Затем мой взгляд медленно поднялся по тонкой ткани, которая скрывала его крепкую грудь, и наконец встретился с чёрными глазами.

Он широко улыбался, но в глазах был лёд. По моей спине вдруг пробежал холодок. Сожаление овладело мной, но я быстро его подавил. Такова моя сущность – столкнувшись с тем, кто сильнее меня, я всегда хочу бросить ему вызов, даже если сердце замирает от страха.

— Что ж, так и быть. Думаю, я могу потерпеть один разок и вставить тебе.

Я намеренно произнёс это с равнодушным видом, дабы показать, что нисколько не растерян. В моих словах не было сарказма, но я знал: они спровоцируют его. Поэтому старался не давать заднюю и не разрывать зрительный контакт. Вскоре в его глазах загорелся странный огонёк, и он ответил:

— Всего один раз? Как грустно. Хотя, если подумать, для меня так даже лучше.

Что? Я невольно нахмурил брови. Между тем Сумасшедший наклонил голову в сторону и улыбнулся, словно находя в данной ситуации что-то забавное.

— Полагаю, в таком случае будет правильнее, если верхнюю позицию займёшь не ты, которому придётся пересиливать себя, чтобы разок меня трахнуть, а я, действительно желающий этого. Ты так не считаешь?

— Не смеши меня.

— Почему? Это же справедливо. Тот, кто хочет сделать это, должен быть сверху, — стерев с лица улыбку, он невыразительно добавил. — Уверен, мне не наскучит, даже если я трахну тебя несколько тысяч раз.

Я молча буравил его взглядом, изо всех сил сдерживая рвущиеся наружу ругательства. Нельзя позволять эмоциям взять вверх, ведь иначе я проиграю. По правде, это всё немного непривычно. За последние пять лет ещё никому не удавалось настолько вывести меня из себя. Так что меня удивляло, как я, способный сдерживать гнев после того, как узнал о поступке Мёншина, сейчас реагирую на каждое слово этого ненормального.

— Только ты так считаешь.

— Но я учёл твоё мнение. Ты сказал, что сможешь вытерпеть это только один раз. Так что тебе стоит быть благодарным за то, что я готов возложить всю работу на себя.

Что за абсурдный аргумент? С недоумением наблюдая за тем, как он несёт чушь, я вспомнил, что этот же человек пытался содрать с меня двести миллионов за один окурок. Да, точно. Я забыл, что имею дело с психом.

— Тогда учти ещё кое-что. У меня нет ни малейшего желания быть трахнутым тобой.

— Почему?

— Да потому, что я изначально не планировал связываться с тобой. К тому же... — выдержав небольшую паузу, я назвал самую важную причину. — Я всегда был сверху.

После моих слов его взгляд оживился, и он выпрямился.

— Как интересно. Всегда, значит? — пробормотал Сумасшедший и довольно усмехнулся. — То есть, хочешь сказать, что в тебя ещё никто ни разу не проникал?

Я почувствовал себя странно оскорблённым его недоверием, но понимал, что мне нужно дать чёткий ответ, дабы сохранить свою самооценку. Поэтому кивнул и открыл рот.

— Естественно. Никто, ни ра…

И прежде чем я успел договорить, кое-что пришло мне на ум. Точно цветной кадр посреди чёрно-белого фильма, в голове внезапно мелькнула яркая, отчётливая сцена. Это было воспоминание о том, как я сидел на чьём-то теле в тускло освещённом мотеле пять лет назад.

Кажется, в то время я ещё раздавал листовки. Не снимая костюм маскота, я отправился в мотель с незнакомым парнем. Это был первый раз в моей жизни, когда я уступил инициативу, но единственное, что сохранилось в моей памяти, – это давящая темнота внутри старой, запотевшей маски. Из-за маленького отверстия в голове кролика всё казалось размытым, и зрение постепенно затуманивалось.

Вероятно, это было из-за слёз. Они текли по моему лицу, смешиваясь с потом, и капали с подбородка, отчего я толком не мог ничего видеть. Поэтому мне совершенно не запомнился тот парень. А может, тогда я просто не хотел его запоминать.

— Продолжай.

Неожиданно прозвучавший голос заставил меня вздрогнуть и поднять голову. В его ледяном взгляде чувствовалась настойчивость.

— Никто? Продолжай.

— ...

— Не собираешься договаривать?

Строгий командный тон вынудил меня поспешно заговорить:

— Был… один человек.

И только один раз. Не произнеся продолжения, я задумался. И всё же, кто это был? Воспоминание о том, как я плакал, было настолько ярким, что оно перекрыло остальные события. Меня не покидало странное тревожное чувство, будто я знаю этого человека. Кажется, у него была какая-то выделяющаяся черта…

Невольно погрузившись в размышления, я вдруг почувствовал, что в комнате стало слишком тихо. Я снова перевёл на него взгляд и обнаружил, что он смотрит на меня с тем же бесстрастным выражением, как во время работы. Его молчание раздражало меня ещё сильнее, чем неуместные вопросы. Не знаю, было ли это из-за моего честного ответа, но, кажется, он потерял интерес. Тем не менее я открыл рот и твёрдо добавил:

— Но это был только один человек. Не считая этого, я всегда был активом, так что и с тобой тоже буду...

— Кто он?

Его голос был монотонным и безэмоциональным, но, как ни странно, он давил на меня, точно нож, врезающийся в плоть. Из-за этого, даже понимая, что он имеет в виду, я переспросил как идиот:

— Что?

— Кто тот человек, который трахнул тебя?

— Тебя это не касается.

— Почему? Ты так сильно любил этого парня, что даже сменил позицию ради него?

Раньше, услышав что-то подобное, я бы схватился за живот и рассмеялся. Однако сейчас, глядя на его серьёзное лицо, не мог не нахмуриться.

— Ты шутишь?

— Я же говорил тебе, что не шучу. Так что просто ответь на вопрос.

Гнев вскипел во мне с новой силой. Почему я вообще должен ему это рассказывать? Хотелось возразить, но, осознав, что он действительно хочет знать, я остановился. Этот парень не шутит – он абсолютно серьёзен. Но почему ему так интересно? Я был озадачен. И хотя мне не хотелось отвечать, было очевидно, что он не оставит меня, пока не добьётся желаемого.

— Это определённо была не любовь. Теперь я удовлетворил твоё любопытство?

— Тогда почему ты это сделал?

— ...

— Мне очень нравится этот взгляд, — он усмехнулся, приподняв уголок губ и заглянул в мои недовольные глаза. — Значит, ты пошёл на это не из-за партнёра, а по какой-то другой причине? Мне становится всё интереснее и интереснее. Но всё-таки кто это был? Кто лишил тебя девственности?

— Лучше займись своими делами.

— Нет, — лениво ответил Сумасшедший, делая шаг вперёд. — Раз уж я внёс залог за невозвратный товар, то, разумеется, мне следует обратить на это внимание.

Он вдруг развернулся и направился обратно к своему столу.

— Вполне естественно задаваться вопросом, кем был тот человек, ради которого ты подавил свой характер.

— Да что ты знаешь о моём характере?

— Знаю, что ты бы не стал мстить Сон Мёншину только из-за того, что пять лет назад он сбежал с твоими деньгами, — как бы невзначай бросил Сумасшедший и остановился перед компьютером.

Откуда он узнал? Хансу? Менеджер? Но ведь я не говорил никому из них о том, что это было именно пять лет назад. Пока я стоял как вкопанный, он добавил, монотонно постукивая по клавиатуре:

— Хотя, если ты всё ещё тот бездельник, который бросил среднюю школу, чтобы участвовать в гонках на байках и работать в кредитной конторе, то, безусловно, так бы и поступил.

— …

— Ах, но если ты спускал все деньги на ветер, постоянно ввязывался в драки и размахивал ножом, чтобы покрасоваться, то тебе следовало просто найти Мёншина и напасть на него, — закончив свою работу, он в последний раз громко щёлкнул клавишей и повернулся ко мне. — Но это как-то на тебя не похоже, да?

— ...Как ты узнал?

Моё прошлое нигде не задокументировано. Даже если я совершал ужасные поступки – об этом помню только я сам и те, кто меня знал. Пять лет назад я порвал все связи со своим прежним окружением, и они давно забыли обо мне. Поэтому найти кого-то, кто мог бы рассказать о моём прошлом, крайне сложно.

Кровь застыла в жилах, а по коже побежали мурашки. Такое чувство обычно возникает перед дракой, когда тело автоматически распознаёт противника. Его слова вызвали у меня не столько удивление, сколько осторожность. Но на мой вопрос он ответил так медленно, что у меня едва не начал дёргаться глаз.

— Твой трудовой стаж начался примерно пять лет назад. Значит, в то время произошло что-то, что изменило тебя. Я изучил твоё резюме и узнал о твоей семье.

Я открыл рот, чтобы остановить его. Ведь иначе могло прозвучать то, чего я не хотел слышать. Однако он оказался быстрее. Раздался скучающий голос:

— Смерть твоего брата и матери заставила тебя так измениться?

Когда я вскочил со своего места, стопка документов, сложенных рядом со мной, разлетелась по всему полу. Однако я этого не услышал. Бешеный стук сердца заполнил мои уши. Чёрные, лишённые эмоций глаза смотрели на меня так, словно знали обо мне всё. И хотя разум кричал, что это невозможно, я невольно затаил дыхание.

Иронично, но мне стало страшно. Возможно, все эти пять лет под внешним спокойствием внутри меня жила тьма – тяжёлый, плотный клубок вины. И чем сильнее я подавлял свои желания, сдерживал эмоции, изнурял тело и старался ни к чему не привязываться, тем больше росла эта тьма. И вскоре она снова меня накрыла, успокоив и притупив все чувства. Однако неожиданный страх, который я испытал в этот момент, прочно засел в моём сердце и не спешил исчезать.

— Честно говоря, в это слабо верится, — будто найдя ответ в моем молчании, он прищурился и продолжил. — Неужели семья для тебя так много значила, что ты настолько изменился после их смерти?

— ...Нет.

— ...

— Это не так, — я поднял на него свои глаза и спокойно пояснил. — Для меня они ничем не отличались от незнакомцев.

Я ожидал, что он спросит: «Тогда почему?», но вместо этого Сумасшедший поднял со стола пульт и перевёл взгляд на телевизор.

— Я позвал тебя сюда не только, чтобы ты посмотрел фильмы. Хотел дать тебе небольшое вознаграждение, — он положил пульт, предварительно выбрав какой-то файл, и с улыбкой спросил. — Слышал, тебя снимал фотограф Ли из студии XX?

От кого он это услышал? Сразу же в моей голове всплыло лицо руководителя Пака, но его следующие слова привлекли моё внимание:

— Не знаю, как ты убедил его, но в главном офисе «Dream» все очень удивились.

Ага, но взамен он выторговал у меня обнажённую фотосессию. Я решил, что было бы более хлопотно, если бы я назвал ему причину, поэтому просто задал вопрос:

— Так что за вознаграждение?

Одновременно с моим вопросом на экране открылся файл. Изображение небольшой комнаты было снято камерой, закреплённой где-то в углу на потолке. Приглядевшись, я нахмурился. В этой комнате сидел я. Причём в той же самой одежде, как сейчас. Вскоре до меня дошло – это комната ожидания, в которую меня привёл управляющий этого бара. Так там была скрытая камера?

Когда я метнул в его сторону возмущённый взгляд, он, не отрывая глаз от экрана, пояснил:

— Учитывая твой прошлый образ жизни, я ожидал увидеть что-нибудь поинтереснее.

Несмотря на разочарованный тон, Сумасшедший всё равно улыбался. В этот момент из динамиков как раз раздался мой голос: «Убирайся».

— Как это понимать? Ты меня проверял?

Я даже не пытался скрыть своё недовольство. Он со скучающим видом ускорил запись и, коротко глянув на меня, ответил:

— Ага.

— На основании чего?

— Я ведь вложился в безвозвратный товар, поэтому мне нужно знать, стоит ли оно вообще того.

Мне было нечего ответить этому наглому ублюдку. Я в очередной раз пожалел, что выбрал его. Однако внезапно в голову пришла мысль, что это явно было не то вознаграждение, о котором он говорил. В конце концов, оно должно было как минимум удивить меня, а не вывести из себя, как сейчас.

Я снова посмотрел на телевизор. На видео я уже вышел из комнаты, и ролик завершился. Теперь стало ясно, к чему он клонил. Если он снял меня, значит, мог снять кого-то ещё. Вероятно, в остальных комнатах установлены такие же камеры. Затем мне вспомнился вопрос, который я задал ему ранее.

«...Как ты узнал?»

В моём окружении нет никого, кто бы знал о моём прошлом. За исключением одного человека.

— Ты снимал Мёншина?

Он слегка прищурился и широко улыбнулся.

— Неплохо.

Каждый раз, когда этот парень хвалил меня, я чувствовал себя отвратительно. Раз собрался что-то показать, то не тяни и показывай. Подгоняя его взглядом, я заметил, как от улыбки на его щеках появились ямочки. В тот же момент изображение на экране сменилось. В комнате, вдвое больше той, в которой ждал я, сидели двое человек и прижимались друг к другу. Тем, что был ниже ростом, оказался Мёншин, а рядом с ним – сотрудник, которого я ранее выгнал из комнаты.

— Юхан – это ведь псевдоним? Почему вы выбрали именно его? — спросил молодой человек, медленно поглаживая его бедро.

То ли Мёншин был пьян, то ли чужие прикосновения сводили его с ума, но он прикрыл глаза и томно протянул:

— М-м-м... Ничего особенного. Просто имя человека, которого я когда-то знал.

— Вот как? Наверное, он вам очень нравился.

Лениво облокотившись на него, Мёншин засмеялся.

— Нравился? Ха-ха… Да, нравился. Когда я был помладше. Тогда он казался мне крутым.

— Что же в нём было такого крутого?

— Он был бездельником, который бросил школу. Гонял на байке и работал в кредитной конторе, — слова, которые я уже услышал от Сумасшедшего, слетали с его губ. — Все деньги спускал на развлечения, постоянно ввязывался в драки, любил размахивать ножом и выпендриваться. Сейчас понимаю, каким же он был ничтожеством, но тогда считал его очень крутым. Настоящий отморозок. Хоть и невысокий, но никогда не проигрывал даже тем, кто выше него.

Я ощущал на себе пристальный взгляд Сумасшедшего, но намеренно не отрывался от экрана. Молодой человек теперь дразнил Мёншина, поглаживая его чуть ниже живота.

— Хм, похоже, вы были близки. Говорите, он вам нравился? Может, вы и жили вместе?

Мёншин вздрогнул, когда чужая рука накрыла его пах.

— Да, мы жили вместе. И он очень хорошо ко мне относился… Ах, хватит спрашивать, просто сделай это уже, — он нетерпеливо подался бёдрами вперёд. Сотрудник озорно улыбнулся и начал массировать выпуклость на его брюках.

— Если он хорошо к вам относился, то почему вы с ним порвали? Или это он вас бросил? — хихикнув, прошептал он Мёншину на ухо. Голос звучал тихо, но даже я его услышал.

Мёншин, чьё лицо уже горело от ласк, ответил:

— Нет, я его бросил. Я украл все деньги у этого идиота и сбежал. Ух, ну поторопись! — раздражённо выкрикнул он.

Молодой человек умело расстегнул его брюки и просунул руку под нижнее бельё. Когда возбуждённый стон вырвался изо рта Мёншина, он быстрее задвигал рукой. Между тем вопросы не заканчивались.

— Вы украли его деньги, а он после этого ни разу не объявился? Наверняка он не раз видел вас по телевизору.

Стоны Мёншина резко оборвались. С пустым выражением он схватил своего спутника за запястье. Атмосфера вдруг изменилась. Мёншин будто превратился в другого человека.

Я прищурился и шагнул к экрану, чтобы рассмотреть поближе. Это выражение невозможно было увидеть на его лице пять лет назад. Нет, точнее сказать – он просто был не способен изобразить его. Ледяной взгляд Мёншина заставил сотрудника заметно напрячься.

— Почему ты задаёшь столько вопросов?

— Мне просто любопытно... Ах!

Выкрутив запястье, он поднял его высоко в воздух. На руках, которые уже не были худощавыми, как раньше, проступили вены.

— Просто любопытно? И только?

— Да.

Молодой человек был крупнее Мёншина, поэтому мог бы легко освободиться от его хватки, если бы захотел. Но вместо этого он широко улыбнулся.

— Если честно, я немного приревновал. Мне стало интересно, кто же этот крутой бывший, раз вы выбрали его имя в качестве своего псевдонима.

Мёншин всё так же холодно смотрел на него, крепко держа за запястье. Но вскоре, как и в прошлый раз, резко изменился в лице.

— Умеешь ты всё-таки зубы заговаривать…

Он наконец-то опустил его руку. Затем обхватил лицо и притянул к себе. Голос Мёншина понизился до шёпота, и, хотя я не смог как следует его расслышать, мне показалось, что он сказал: «В следующий раз я не закрою на такое глаза».

Как только молодой человек натянуто улыбнулся и кивнул, он надавил ему на плечо.

— Ты весь настрой сбил, так что теперь отсасывай.

Сотрудник без колебаний опустился между его ног и склонил голову. Лицо Мёншина тут же приняло возбуждённое выражение. Он закрыл глаза и откинул голову назад. Проведя рукой по волосам молодого человека, Мёншин застонал. Некоторое время раздавались хлюпающие звуки и тяжёлое дыхание.

Сцена, от которой уже клонило в сон, тянулась без перемотки, но я не жаловался. Должна была быть причина, по которой Сумасшедший всё ещё не выключил это видео. Как и ожидалось, вскоре Мёншин, вцепился в волосы сотрудника и пробормотал:

— Угх, соси сильнее. У меня сегодня, ха-а… настроение ни к чёрту из-за этого выродка Чоя. Жалкое ничтожество. Каким-то чудом договорился с фотографом Ли, а теперь ещё и жалуется на меня компании, а-ах!

Издав стон, он задрожал и кончил. Мёншин не отпускал его волосы, пока дрожь не прекратилась. И лишь когда возбуждение окончательно спало, он убрал свои руки. Пока молодой человек пытался откашляться, Мёншин ласково гладил его по лицу.

— Всё-таки в этом ты лучший.

На эти слова тот лишь усмехнулся и вытер рот тыльной стороной ладони. Мне показалось, что его взгляд быстро скользнул прямо на камеру, но вскоре он выпрямился и сел обратно к Мёншину. Затем нажал на какую-то кнопку на столе и поднёс бокал с вином к губам. Похоже, он действительно был хорошо обучен, потому что вёл себя так, будто ничего особенного не произошло.

— Слышал, менеджер Чой был отстранён? — непринуждённо спросил сотрудник.

— Был. И я ожидал, что его наконец выпрут из компании, а он где-то подцепил какого-то убогого типа. Теперь мне нервы треплет, — Мёншин поморщился, а затем вдруг рассмеялся. — Хотя пускай посещает занятия, которые оплачивает компания. Ему же хуже.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, я отправил туда своего человека. Сказал, чтобы как следует раздавил сопляка, которым сейчас занимается старик Чой. Кстати, он скоро придёт сюда.

Как только он договорил, кто-то постучал в дверь и сообщил, что к ним пришёл гость. Судя по всему, кнопка на столе, на которую тогда нажал сотрудник, предназначалась для подачи определённого сигнала. Вскоре дверь открылась, и в комнату шагнул человек. Запись закончилась прямо перед тем, как показалось его лицу.

— На этом твоё вознаграждение заканчивается.

Голос Психа вернул меня к реальности. Я отвёл взгляд от экрана и спросил:

— Когда ты успел это записать?

Это определённо произошло сегодня. Причём совсем недавно.

— Пока ты смотрел фильмы.

Только не говорите, что... Он намеренно пригласил меня посмотреть фильмы, а сам в это время копал под меня, используя Мёншина? Нет, это слишком невероятное совпадение. А если бы Мёншин не пришёл сюда? Однако ответ прозвучал раньше, чем я успел задать вопрос:

— Актёры из «Dream» постоянно здесь отдыхают. К тому же, сюда можно попасть только по брони. Думаешь, я просто так владею долей в этом месте?

Мне вдруг вспомнились его слова о том, что это заведение очень полезно. Так вот что он имел в виду: это возможность следить за актёрами. Чем больше я его узнавал, тем сильнее убеждался, насколько он невыносимый человек. Но сейчас была проблема поважнее. Я взглянул на выключенный экран и спросил:

— Почему ты остановил на этом моменте?

Человек, вошедший в комнату, мог быть тем, кого подослал Мёншин, чтобы «раздавить» меня. И с ним мне придётся посещать одни занятия. Сумасшедший сказал, что вознаграждение закончилось, а значит, для продолжения мне нужно отдать что-то взамен.

— Скажи мне, кто он.

«Он»? Я нахмурился, не понимая, что Сумасшедший имел в виду. Тогда он любезно пояснил:

— Парень, который тебя трахнул.

— ...

— Скажешь, и мы продолжим просмотр.

— Зачем тебе это?

— Ну, — пробормотал он и ухмыльнулся. — Чтобы найти и снести ему голову?

— Для чего сносить ему голову? Он ничего тебе не сделал.

— А причём тут «сделал»? Просто хочу и всё.

Его абсурдные желания – это одно, но меня зацепило другое. Почему эти слова прозвучали так жутко?

Сумасшедший заметил мой хмурый взгляд и непонимающе взглянул на меня.

— Ты сам-то избивал только тех, кто тебе что-то сделал?

Я замер. Ах, и ведь не поспоришь. Раньше я не искал повод, чтобы применить к кому-то насилие. На секунду сам забыл, каким отбросом был в прошлом. Словно прочитав что-то на моём растерянном лице, он со смешком спросил:

— Обидно это слышать, потому что теперь ты изменился?

— Нет, не обидно, — невольно пробормотал я. Затем поднял глаза и заметил, что он смотрит на меня ничего не выражающим лицом, с которого сползла улыбка. Мне стало не по себе от такой реакции. Лучше бы продолжал фальшиво улыбаться.

— И всё же, когда человек в твоём возрасте хочет без всякой причины снести кому-то голову, это выглядит жалко.

К счастью, моя провокация вернула на его лицо улыбку.

— Разве у меня нет причины? Я хочу сделать это, чтобы стереть его воспоминания.

— Какое тебе дело до воспоминаний незнакомца?

— Он ведь ясно помнит, как трахал тебя. Наверняка до сих пор каждый день думает об этом и дрочит. Нельзя оставлять это просто так.

— С чего ты взял, что он на меня…

Я уже хотел возразить, но вовремя вспомнил, что этот парень просто псих, и закрыл рот. Нельзя поддаваться на его уловки. И всё же мне не давало покоя, почему он так зациклился на этом. Я пристально смотрел на него и гадал: а может, у него есть какие-то скрытые мотивы? Что он задумал? В голову ничего не приходило, однако я точно мог сказать, что в глазах этого ублюдка, с интересом разглядывающего меня, отражалась жестокость.

— Забей, не на тебя же дрочат.

— Я не могу забить, — ласково произнёс Сумасшедший. От его интонации у меня по коже пробежал холодок. Не отрывая от меня взгляда, он любезно добавил. — Если кто-то пускает слюни на мою игрушку, я обязан с ним разобраться.

«Игрушку». Да, он определённо играет со мной. И всё равно это не объясняет его бурную реакцию.

— Но не переживай. Твою голову я трогать не буду.

Мои подозрения только росли. Что, чёрт возьми, у него на уме?

— Скажи. Это же просто.

От его мягкого и убедительного тона у меня снова побежали мурашки по коже.

— Если просто, то почему сам это не сделаешь? Найди парней, которые тебя трахали, и разнеси им голову.

— Думаешь, кто-то мог бы меня трахнуть?

Действительно. Я мысленно кивнул и пробормотал:

— Тогда иди и найди тех, кого ты трахал.

— Этим я как раз занимаюсь.

Решив, что это шутка, я поднял глаза, но при взгляде на него понял: он серьёзен. Его глаза оставались холодными, но губы скривились в подобие улыбки. Я снова почувствовал раздражение и, не удержавшись, съязвил:

— Сколько же их, раз ты до сих пор в поисках?

— Один.

— ...

— Удивлён?

Честно говоря, да. Если он правда не шутит, то это очень неожиданно. Однако ещё больше меня удивил его беззаботный тон.

— Он единственный мужчина, с которым я спал. И это было только однажды.

— …

Я не смог ответить, потому что теперь был не только удивлён, но и озадачен. Это не вязалось с образом, который я сформировал. Исходя из того, что он говорил раньше, мужчины ему не противны. Даже наоборот – складывалось ощущение, что только их он и предпочитает. Поэтому слово «однажды» ему совсем не подходило.

Может, он и не сторонник беспорядочных связей, но явно не похож на того, кто будет отказывать себе в удовольствии. Так что искать только одного человека, да ещё и того, с кем был лишь «однажды», совсем ему не подходит. Моё чутьё на людей очень редко меня подводило. Брови сами собой нахмурились, и я произнёс:

— Значит, тебя вообще не привлекают мужчины.

В таком случае причина может быть только одна – это был разовый эксперимент.

— Именно.

Его лёгкий ответ заставил меня усомниться. Насколько же привлекательным должен быть парень, чтобы натурал захотел с ним переспать? Ещё и не может выкинуть его из головы и продолжает искать. Неужели это была большая любовь? Я нахмурился.

— Тогда это тем более странно. Переспал с тем, кто тебя не привлекает, влюбился в него, а теперь пытаешься найти… — и тут мне в голову пришла мысль, что всё может быть как раз наоборот. — Или ты ищешь его не потому, что влюбился?

— Верно, — на его лице была всё та же улыбка, но последующие слова заставили меня вздрогнуть. — Я ищу его, потому что он чертовски меня разозлил.

Не знаю, что у них там произошло, но мне вдруг стало жаль этого парня. Если его найдут, лучше бы ему заранее вырыть себе могилу. Он явно разозлил не того человека. Неужели он настолько глуп, что не понял, что лучше не связываться с этим ненормальным? Хотя, глядя на улыбающееся лицо этого психа, сразу и не скажешь, что с ним что-то не так. С другой стороны, я и сам не лучше, раз связался с ним.

Размышляя об этом, я вдруг заметил кое-что странное. Если ему даже не нравятся мужчины, то какого чёрта он пристал ко мне? Ах, понял… Так он не хочет меня – ему просто нравится надо мной издеваться. От этого настроение стало ещё хуже.

— Тогда иди и найди его, а меня оставь в покое.

— Он – это он. А ты – это ты.

— А?

— Ты идиот? Я говорю, что ты второй. Второй мужчина, с которым я хочу переспать.

— …

— Я не могу оставить тебя в покое, ведь ты для меня так ценен.

Его голос был дружелюбным и ласковым, но у меня по спине пробежал холодок. Я едва сдержался, чтобы не отступить назад. Мне оставалось только наблюдать за тем, как с его лица постепенно сошла улыбка, и он сухо произнёс:

— Так что даже не думай прятаться. Потому что я не совершу одну и ту же ошибку дважды.